Одноногий африканец — «холодный сапожник» для протезов: в его уличной мастерской прислонены к стене деревянные голени тех, кто подорвался на растяжках. В другом кадре — полдюжины увечных женщин и детей ковыляют по безнадежно разбитой войной улице. В бараке для беженцев темно: влажно блестят белки глаз (здесь полсотни душ!), масляные коптилки и алюминиевые миски для «гуманитарки». Темнокожий подросток с автоматом глядит в кадр: о его судьбе Виктория Ивлева и Сергей Соколов когда-то писали в «Новой». Насильственно мобилизованный «в партизаны» лет в двенадцать, убивавший — и пулей, и мачете, мальчишка выдрался из отряда, вернулся в школу (психоаналитиков на тропических фронтах нет). Но его судьба — исключение.

 …Афганистан. Таджикистан. Сомали. Радары на выжженной земле похожи на огромные рты, раззявленные воплем к небу. Девяностые и нулевые годы дали Виктории Ивлевой много сюжетов: горячие точки угольками тлели на карте мира.

 Выставка организована альянсом женщин-миротвориц России и Грузии. Эта маленькая НКО создана недавно. Уже после августа 2008 года. Выставка — наше первое общее культурное событие после войны.