Опять — «55»! Но теперь не фильм — выставка. В Центральном музее современной истории России. Называется: «Первые леди России ХХ века».*

Десять женщин: императрица Александра Федоровна Романова, Надежда Константиновна  Крупская, Надежда Сергеевна Аллилуева, Нина Петровна Кухарчук-Хрущева, Виктория Петровна Брежнева, Татьяна Филипповна Андропова, Анна Дмитриевна Черненко, Раиса Максимовна Горбачева, Наина Иосифовна Ельцина, Людмила Александровна Путина. Справочные материалы убеждают нас: «Страна видела и знала о них лишь по кратким протокольным заметкам. И вот завеса приоткрылась, и мы можем увидеть, какова же роль первых леди в истории нашего государства».

Никакая завеса не приоткрылась. Ничего мы не увидели. Об этих десяти женщинах рассказывают нам на бегу, скороговоркой, всех унифицируя музейно-елейно-совковым стилем. Соцреализм в худшем виде (придворный, а не просветительский).

О каждой (включая императрицу) — производственная характеристика в скучной рамке под стеклом: родилась, вышла замуж, родила детей, жива или умерла своей смертью или не совсем своей. Всё!!!

Разницы — никакой. Что императрица, что жена Андропова или Черненко… Просто смесь одежд и лиц. (Фотографии и личные вещи героинь — тут же, под стеклом.) Всех завернули в стандартную оболочку. Сделали одинаковыми и низвели до абсолютной посредственности.

Лестно ли самим этим женщинам сходство друг с другом? Да, все «главные жены страны». Но различия — в чем? Выставка не показывает их как людей или женщин, а подытоживает, стирая границы отдельных существований. Сквозь круглые цифры и уклончивые факты не прикоснуться к единичной жизни, богатой подробностями и понятной только в своей конкретности. Нет, здесь все фрагментарно, невнятно, бессодержательно, расплывчато.

Я — субъективна? Да. Но субъективная оценка: «мне не нравится», а объективная: «начальству нравится». (Щедрин: «А что у нас внутри, как не начальственные предписания?»)

Кстати, о начальстве. Догадайтесь с трех раз, с кого выставка начинается? Ответ правильный: первый — самый большой — зал отдан сегодняшней первой леди. Потом рядком идут императрица, Крупская, Аллилуева и т.д., все строго по времени, регламенту, никаких отклонений, каждой — маленький зальчик, уголок, закуток. И только для госпожи Путиной сделали исключение. Почему? Вопрос риторический.

Говорят, история — это область, в которой никогда нельзя начать с самого начала. Но вот, кажется, решились. С самого что ни на есть начала.

Вины Людмилы Александровны Путиной тут — абсолютно никакой. По-моему, к самой Л.А. все относятся хорошо. Тогда: зачем так суетиться? Кто просил? Л.А. — уверена! — нет. Если хотели подлизаться к ней, к чему было «притягивать» девять других первых леди? Или дело совсем не в Л.А.? Она — повод, чтобы  отметиться перед начальником страны? Уже две недели по возлюбленному отечеству идут массовые митинги под лозунгами: «Путин — навсегда!». Как говорится, все происходит не случайно, а по тем или иным причинам, обычно по иным.

Так вот: об иных причинах. Еще в 1956 году, в хрущевскую оттепель, Лидия Гинзбург писала: «…возник новый вид литературы — подхалимствующая фронда. Очевидно, он и станет ведущим». И — стал. И не только в литературе. Теперь: одним — легкая фронда, другим дозволяется лишь чистое подхалимство. Основной прием подхалимствующей фронды: на сцену выводятся исключительно легкие тени зла. Не более того! Вот закутки императрицы Александры Федоровны Романовой и Надежды Сергеевны Аллилуевой. О делах страшных и кровавых — с какой-то странной ужимочкой. Почему нет внутреннего сигнала: «Не трогать!», если вся правда — не формат выставки или когда нельзя (не хочется) сказать правду?

В тюркских языках есть время: недостоверное прошлое. А у нас и настоящее — недостоверно. Нехорошо иметь недостоверное настоящее, но неопрятное — еще хуже.

Все десять первых леди (опять же включая императрицу и Путину) изображены на выставке ВЕЛИКОСОВЕТСКИМИ львицами. И я, грешным делом, подумала: уж лучше глянец, чем советскость! В глянце хоть какая-то жизнь, а советская пошлость — силы небытия. (Кто-то хорошо сказал: «Пошлость — это истина не на своем структурном месте».)

Впрочем, противно не то, что кто-то подлизывается. Противно то, что те, кто не подлизывается, уже в явном меньшинстве. Хотя почему «уже»? Так было почти что всегда.

У той же Лидии Гинзбург: «…есть еще свободные от всяких общественных настроений и служащие любым господам (Михалков и проч.). Это группа многочисленная, стойкая и мощная». В 1987 году писаны эти строчки. Михалков тогда имелся в виду — Сергей Владимирович.

Конечно, и по поводу этой выставки опять, как в «55», нас будут уверять в искренности. Ну решили похвалить всех разом десять первых леди? И что в этом дурного? Но один человек как-то заметил: когда меня хвалят, кажется, что обливают теплыми помоями. А насчет искренности… Не признаваться же: «В том, что делаю дурного, не нахожусь на своей стороне»?

...Начнут теперь школьников водить на эту выставку. И сделают угодничество «предметом
школьного изучения».

А дальше — что?

«А там — другому править,
А нам — другого славить».

---
* Организаторы выставки: Министерство культуры и массовых коммуникаций РФ, Федеральное агентство по культуре и кинематографии РФ, Государственный центральный музей современной истории России.