…Газетами заклеена стена, газеты лежат на полу. В газеты уткнулись два молодых человека и одинаковым жестом встряхивают их, имитируя нарастающий грохот мчащегося поезда. За их спинами девушка гладит белье. Стопка растет, треск газетных страниц становится резче, нервней. Они будут вырывать газеты друг у друга, возникнет потасовка, клочья вчерашних новостей усеют пол. Воскресная скука взорвется протестом: «Молодость уходит!.. Давайте притворимся, что мы человеческие существа и действительно живем!».  Джимми (Артем Осипов) закипит привычным бешенством, Клифф (Игорь Гудеев) попытается успокоить, Джимми толкнет его на Элисон (Юлия Мельникова), она обожжет руку… и только когда Клифф выйдет, станет понятно: за шумом и яростью — страсть, сомнение, желание, отчаяние двоих.

Свет погаснет, и в темноте мы услышим резкий звук — стрелки часов соскребают мгновения — шорох времени, отсчет драмы.

Артист «Сатирикона» Яков Ломкин поставил на Малой сцене спектакль «Оглянись во гневе». Классическая уже пьеса Джона Осборна некогда обозначила рождение  «рассерженных молодых людей», сокрушителей устоев, жаждавших новой истины, на чье детство пришлась война, а совершеннолетие совпало с изобретением атомной бомбы. В наши дни их прогнозы уже оправдались («Высоких и прекрасных идеалов больше не существует», «Мы гибнем во имя ничто»). Рифма пятидесятых ХХ века и десятых ХХI — парадоксальна: в городе и в обществе, где сегодня царит религия денег, монологи главного героя против буржуазной морали, его чистый нонконформистский пафос вдруг вносят в зал свежий запах озона.

Но в сегодняшнем спектакле «Сатирикона» самым внятным мотивом становится не голос социального протеста, а голос любви, главным — рвущаяся ткань чувства, его роковая, разрушительная  природа. В крошечной квартирке живут муж, жена и лучший друг мужа. Джимми и Элисон испытывают друг друга на прочность, Клифф исполняет роль подушки. Девушка из богатой семьи вышла за парня из рабочих  кварталов. Брак обернулся испытанием разности, она — сдержанна, он — безудержен, она пытается выстроить хрупкое равновесие, он — сокрушает всё.

Джимми Артема Осипова обречен видеть изъяны во всем. От нежности к ярости, от бешенства к страсти, и за всем — полынно горький вкус бунтарства, раненость несовершенством мира. Внутренний непокой своего героя артист проживает в темпе аллегро; в вибрациях этого характера невозможно уцелеть. А Элисон, вдруг обнаружившая, что беременна, хочет  только покоя. Тут возникает гонец из другого мира, лучшая подруга, Елена. Высокомерная  красотка (Марьяна Спивак)  отправляет Элисон  назад, в отчий дом, чтобы… занять ее место возле Джимми.  Жизнь сломана, но продолжается. Стрелки все соскребают время, Клифф покидает дом, где по-прежнему гладят белье и читают газеты, но отныне обитает пустота. И вдруг на пороге возникает измученная, подурневшая Элисон, пережившая измену и потерю ребенка. Юлия Мельникова играет медленное высвобождение человека из куколки, новое рождение героини. Сцена, когда они снова вдвоем и врозь, обрывается ее обмороком. Наступает момент истины: все жертвы принесены, теперь нужно только мужество быть собой.  И после отчаянных обвинений невыразимой дрожью прозвучит шепот бунтаря: «Не надо, Элисон! Не уходи!»  И хлынет всё обновляющий дождь.