Подготовка к Рождеству в Мюнхене началась еще 19 ноября. Народ, ничего не подозревая, поднимался из метро по эскалатору на Мариенплац и на последних ступеньках просто обалдевал. Роскошная елка расправляла ветви у стен неоготической ратуши, и мужички в оранжевых комбинезонах, словно огромные игрушки, подплывали к ней на специальных подъемных устройствах. Сказка начиналась…

Как это они умеют — весь город сделать празднично-волшебным. Изменить не только антураж, но и настроение, атмосферу. Кругом продают чудный глинтвейн, пахнущий корицей, горячий ром, а на Wittelsbacherplatz, где устроили средневековый рождественский рынок, публика глотает из глиняных кружек нечто уж совсем обжигающее (называется Feuerzangenbowle). Не знаю, благодаря или вопреки таким напиткам, но народ добреет прямо на глазах. Толкотня ужасная. А со всех сторон только: «Извините», «Ничего, не беспокойтесь», «Никаких проблем»…

И все хотят тебе помочь, и как-то порадовать, и улыбнуться.

Все-таки Рождество… Никто не должен остаться без участия. Без любви. Без подарка.

Тут и я про своего ребенка вспомнила. Нам в Россию ехать — а дочка без зимних сапог. Понеслись в обувной магазин Nymphenburger Schuhhaus. И забыли там про сапоги. Застыли перед елкой. Но не с игрушками. С открытками. В которых — пожелания детей-инвалидов.

В этом магазине каждый мог стать волшебником. Неизвестным, а значит — настоящим. Снять с елки любую понравившуюся открытку и — исполнить желание.

Желания оказались совсем простыми.

Пятую модель БМВ (несмотря на то что производят ее буквально в двух шагах от Института слепых, где находятся на учете дети-инвалиды) никто не просил. В отличие от некоторых юных российских сверстников, приезжающих в Мюнхен с мамками и няньками на каникулы. Сама недавно слышала разговор двух пацанов в музее БМВ: «Вот этот мотик R1200R у нас на даче стоит… А мне отец такую «тройку» на 18-летие обещал подарить».

Немецкая молодежь поскромнее будет. Впрочем, не только немецкая. На открытках — фамилии всех видов. Есть и русская. Дима мечтает об учебном CD-диске, но только «если можно — на русском языке».

Четырнадцатилетняя Штефани хотела бы теплые варежки. Похоже, она не знает нашего печального анекдота про мальчика, пославшего письмо Деду Морозу с просьбой о шубке, шапке и рукавичках. Помните? Тетеньки на почте, прослезившись, скинулись и купили бедняге шапку и шубу, а про рукавицы забыли. Противный хозяйственный мальчик тут же настрочил Деду Морозу очередное послание с жалобой: «Спасибо за одежку, но вот варежек почему-то нет. Наверное, гады, на почте украли…» Дети, живущие в Германии, особых чудес не ждут, но и в подлостях никого не подозревают.

Семилетняя Паулина мечтает о красивых заколках для волос. Многим ребятам, как и нашему Диме, нужны диски или книги, по которым им легче было бы учиться читать. Что еще? Специальные краски, чтобы рисовать не кисточкой, а пальцами, надувные игрушки для плавания… Какой-то Макс, по-видимому, жуткий футбольный фанат, попросил календарь любимой команды — «Баварии».

Среди самых серьезных пожеланий — трехколесный велосипед для четырехлетней девчушки. «Можно и gebraucht», — написано в открытке (то есть «бывший в употреблении»).

Нет денег? Можно помочь и по-другому. Бросить монетку в специальный ящик для пожертвований. На эти деньги сотрудники магазина купят подарки тем ребятам, чья открытка осталась висеть на елке. Если не хватит — добавят из своих. Не из прибыли (я специально уточнила), а именно из своих, кровных — кто сколько сможет. До Рождества все подарки должны быть готовы. И хозяин магазина Вольфганг Шафер нагрузит свой джип до самого верха теплом и любовью вроде бы чужих людей и привезет все в Институт слепых, туда, где так ждут нашего участия…

И еще неизвестно, кто будет самым счастливым в этот день.