Дмитрий Дибров: «Либо адюльтер, либо невроз»

Лев Ландау – один из тех, кто постарался найти новое решение ханжеской сексуальной этики, принятой в обществе. Ведь Фрейд писал, что господствующая в обществе семейная мораль дает человеку два выхода – либо адюльтер, либо невроз. Абсолютно все грешат, особенно те, кто сухоньким кулачком потрясает в воздухе. Есть счастливые случаи, когда избранница находится на всю жизнь. Но рассчитывать на подобное – значит рассчитывать на то, что молния когда-нибудь попадет в горлышко бутылки. Я не говорю, что благодаря фильму промискуитет должен быть пропагандируем. Но ведь им-то здесь и не пахнет. Речь о том, как великий человек решил для себя проблему избавления высокого духа от ежедневных склок. Мы не говорим, что всем рекомендуем быть, как Ландау. Его можно и оспорить. Но не показать — не значит, что история не будет прочитана. Так уж лучше поговорить об этом и для себя все решить.

Есть и другая проблема – позволено ли гению больше, чем обычному человеку. И что бы сейчас ни сказали ревнители морали в своей жизни, а особенно в академической иерархии, строжайшей и рабовладельческой, со всем этим они мирятся. И в этой иерархии, конечно, гению можно больше, чем остальным.

Александр Гордон: «Людям брезгливым я не советую его смотреть»

— Как происходило обсуждение фильма в программе «Закрытый показ»?

— Яростно, но продуктивно. Большая часть аудитории пришла к выводу, что хорош фильм или плох, но он все же не о Ландау, а о его жене Коре. Это ее мемуары, переложенные на телевизионный язык. И при всем моем сложном отношении к фильму я никакого криминала в нем не вижу.

— Возмущение академиков вызвало то, что сексуальный контекст жизни Ландау вышел на первый план. Получается, что все остальное в его жизни — не важно.

— Возмущение академиков абсолютно понятно. Большая часть приглашенных — ученики Ландау. И у каждого из них — свой Ландау. Люди, которые не знали Ландау, например, Игорь Волгин, выражали претензии, что фильм сделан в угоду толпе. И я с ним должен согласиться. Но о вкусах не спорят. Насколько я понимаю мотивы Первого канала, это попытка исследования границ нормы в культуре, в том числе и в телевизионной. Попытка узнать, что можно, а что нельзя. Я считаю этот эксперимент уместным. Единственное, что людям брезгливым я не советую его смотреть. Я сказал уже (при записи), чтобы детей увели от экрана. Кроме того, странно говорить о Ландау, когда молодые вообще его не знают. Мы договорились с Эрнстом, что накануне выйдет фильм Льва Николаева о Ландау как об ученом — чтобы уравновесить точки зрения.

— Этот фильм не вписывается в концепцию «Закрытого показа».

— Не каждый фильм, который мы показываем, является артхаусным.

— …Но тут — скандальное полоскание белья.

— Художественные достоинства фильма мы не обсуждали. Я вышел на запись, только получив уверения в том, что абсолютно волен в выборе своей позиции к любому фильму и могу высказывать свое отношение и здесь.

— Как вы смотрите на попытки академиков запретить фильм? Может, это и есть зарождающаяся тенденция, когда зрители смогут влиять на телевидение, на его контент?

— Всех пятерых, кто выступил в программе против, я спросил: запрещать фильм или нет? Только один высказался за то, чтобы положить фильм на полку и забыть о нем. Даже не за запрет. Другие сказали в духе современной толерантности: запрещать не надо, но предупредить, что это поклеп, надо. Были аргументы и у тех, кто фильм защищал. Они сводились к тому, что это частный взгляд не на жизнь Ландау, а на мемуары Коры.

— А у вас лично не возникло этического протеста?

— Разговаривая с руководством Первого, я честно сказал, что фильм мне отчаянно не понравился. Но 99% фильмов, которые показываются в рамках программы, мне тоже не нравятся. Некоторые из них мне кажутся более возмутительными. Но моя позиция такова: пусть они делают что хотят, если у меня есть право относиться к этому так, как я хочу.

Семен Герштейн: «Это как в грязь окунуться»

Сейчас весь мир отмечает 100-летие Ландау, его великие заслуги. Это парень, который в 14 лет окончил школу, в 19 – институт, в 20 сделал работу фундаментального значения. Ландау – последний универсал ХХ века, знавший все. Последний номер «Успехов физических наук» посвящен рассекреченным материалам, показывающим, какую колоссальную роль Ландау сыграл в создании ядерного оружия. Не говоря о том, что он гениальный физик, что курс, который он создал, явился учебником и для студентов, и для профессоров многих поколений.

И вот делается фильм, в котором якобы за основу взята книжка его жены Конкордии Терентьевны. Книжка, как сейчас говорят, неоднозначная. Но если бы сценаристы хотя бы ее придерживались! А в фильме столько ложных, гнуснейших измышлений, которые пачкают и Ландау, и его окружение!

Продюсер Первого канала (Олег Вольнов. – «Новая») сказал, что ученые фильма не видели, и ругают его, как книгу Пастернака. Я фильм видел. Да, не мог его просмотреть сразу – тошнило, но в несколько приемов все же сделал это. Это подло – использовать имя великого человека, чтобы привлечь самые низменные интересы. Это как в грязь окунуться. И, когда мне задали вопрос, запретить этот фильм или нет, я сказал, что мы не имеем такой возможности. Но если сейчас действуют рыночные способы, то можно вспомнить графа Юсупова, выигравшего во Франции два процесса против кинокомпаний, снимавших про убийство Распутина и изобразивших его жену как соблазнительницу.

А другая мерзость фильма, трусливая, пакостная, — в том, что имена отдельных людей они заменяют псевдонимами, а других называют реальными именами.

Игорь Ландау: «Что значит гений?»

— Они начали сочинять: каким должен быть гений. А я и слова такого не люблю — гений. Что значит гений? Это способность делать какое-то дело много лучше других. А в остальном - это обычные люди, они бывают хорошие и плохие, сильные и слабые. Но в фильме отца представили только человеком, слабым во всех отношениях, довольно жалким, абсолютно закомплексованным. В общем, полная противоположность моему отцу. Продюсеры говорили, что это фильм о любви его жены, но ведь любить такого человека трудно. Говорят, он любил женщин. Но мужчина, который любит женщин, не озабоченный половой маньяк. А там он выглядит именно таким. В этом фильме люди, отношения между ними — все другое, не такое, как было.

Подавать в суд? По-человечески это мне противоречит. К тому же, когда приписывают какой-нибудь конкретный факт, конкретный поступок, наверное, можно что-то доказать. А если изображают человека совсем другим? Я пока не знаю, подам ли в суд – хочу посмотреть договор, есть ли там пункт о том, что они должны были показать мне сценарий.

Телеведущий Лев Николаев: «Надеюсь на здравомыслие»

Фильмы о Ландау я делал не раз – для «Культуры» и для Первого канала. А сейчас Первый заказал новый фильм – о Ландау-ученом, его жизни, друзьях и чувстве юмора. Мы вот-вот ее закончим. А уж как канал этим распорядится, не знаю. Руководство Первого мне передало, что будет фильм по книжке Коры, что они хотят две точки зрения столкнуть – точку зрения друзей и его жены. Не знаю, получится ли уравновесить их. Но очень надеюсь на здравомыслие. Этого фильма я еще не видел. Кстати, и книжку Коры не читал – не могу заставить себя ее открыть: есть вещи, которые не могут быть общим достоянием. Какими бы чувствами ни руководствовался автор.