В истории современного российского кино день 3 ноября 2009-го станет новой точкой отсчета, или — что точнее — поворотным моментом. С 2010 года конкурсная система финансирования переводится на субсидирование, функции финансовой поддержки новых кинопроектов предлагается возложить на Федеральный фонд кинематографии, сняв эту обязанность с Минкульта. При этом общий бюджет кинематографа будет увеличен.

Об этом заявил министр культуры Александр Авдеев перед первым заседанием Правительственного совета по развитию отечественного кинематографа: «По сравнению с 2009 годом бюджет кинематографа вырастет на 55%. Бюджет на кино по линии государства составит 4,9 млрд рублей». Заседание было приурочено к пышному празднованию 90-летия ВГИКа, вел его в стенах кузницы будущих Пырьевых и Александровых нынешний премьер Путин.

Идея переведения отрасли на новую схему госфинансирования была оглашена Владимиром Путиным 7 октября 2008 года на совещании «О развитии отечественной кинематографии», проведенном на новейшей «RWS-киностудии Санкт-Петербург».

Процесс пошел, когда в канун нынешнего года был создан Совет по развитию отечественного кинематографа. По слухам, не проявившие достаточной лояльности к отстоявшему в судах звание председателя СК Никите Михалкову были из предварительного списка совета выведены. Среди утомивших солнце отечественного кино называют Вадима Абдрашитова, Даниила Дондурея, Александра Роднянского, Сергея Сельянова и Александра Голутву. Зато на заседании Правительственного совета по развитию отечественной кинематографии присутствовало большое количество других важных людей (см. «под текст»).

Итак, денег на кино дадут в два раза больше.  Они будут проходить через «отдельный фонд» крупным продюсерским компаниям, успешно зарекомендовавшим себя на кинорынке (по нечетким обещаниям чиновников, нововведения не затронут интерес авторского кино, им обещают сохранить частичное финансирование). Предположительно это будут: производящая компания студии «Централ Партнершип», «РВС Санкт-Петербург», «Студия ТРИТЭ Никиты Михалкова» и некоторые другие. Тут не может не возникнуть вопрос: чем же за последние годы эти компании себя зарекомендовали? В чем они эффективнее других? Это не вполне очевидно, а нынешнее руководство СК настаивает на участии в распределении всех потоков госсредств. Но главное, государство начинает, как встарь, финансировать решительно нужные ему фильмы. Владимир Путин напомнил, что правительство намерено оказывать помощь той продукции, «которая направлена на формирование ценностных установок, соответствующих интересам российского общества и стратегическим задачам развития страны». Планируется создание примерно десяти «особо ценностных» картин, стоимость каждой может доходить до 200 миллионов рублей. Предварительно скупо разъяснялось, какие фильмы могут претендовать на высокое звание «нацпроекта»: картины, «пропагандирующие ценности правового демократического государства, способствующие развитию патриотизма, инновационного поведения, толерантности, бытовой культуры, установок на позитивное и стабильное развитие страны». Государство планирует финансировать не только их производство, но и продвижение в прокате.

При этом есть ощущение, что люди, облеченные властью и принимающие ответственные решения, не до конца понимают сложность всего спектра проблем. Вот Владимир Путин сообщает: «Факты таковы: только каждый шестой российский фильм востребован в зарубежном прокате и собирает там не больше одной пятой от своей российской аудитории…» (статистика премьера что-то слишком оптимистичная, видимо, речь прежде всего идет о прокате в бывших союзных странах: Украине, Белоруссии, Казахстане). «Мы обладаем богатейшим кинематографическим наследием, наши фильмы традиционно получают престижные награды на международных фестивалях. Но массового иностранного зрителя у нашей продукции пока еще нет, то есть не только экономические, но и цели культурного, гуманитарного влияния в полной мере не достигаются».

Значит, отныне вся надежда на упакованные «ценностные проекты»? Но отчего-то зарубежный зритель не ломанулся ни на «1612», ни на «12», ни на «Тараса Бульбу», ни на «Адмирала» — «народные фильмы», полностью отвечающие идеологическим задачам нового «нацпроекта». При этом показательно игнорируется новое российское кино, которое как раз и представляет Россию на зарубежных смотрах: от Канн до Венеции, от Берлина до Локарно. Там аплодируют скромному авторскому кино Дворцевого и Германа-младшего, Звягинцева и Хлебникова, Хржановского-младшего и Мизгирева, Попогребского и Гай-Германики, Бакурадзе и Калатозишвили. «Никита Сергеевич (Михалков) позавчера всю плешь мне проел, — жаловался премьер, — говорил, сколько нужно денег для того, чтобы сделать этот качественный рывок. Денег всегда мало, а хороших идей, талантливых работ еще меньше. Но не деньги порождают талант, а таланты порождают деньги».

Хорошо бы при выборе обласканных государевой любовью режиссеров руководствовались и степенью их таланта (если уж выстраивать стратегию выхода на западный кинорынок), и их фестивальной судьбой. Но вместо того чтобы поддержать в прокате поисковое, молодое кино, обещано субсидировать дорогостоящие продукты.

«Государство может помочь материально, может обустроить техническую базу, инфраструктуру, наладить образовательный процесс, но оно не сможет заставить зрителя смотреть то, что ему не интересно. Вот и весь «закон творчества», — констатирует премьер. Есть, конечно, мощнейший резерв — федеральные каналы (не случайно Эрнст и Добродеев призваны к рулю киноиндустрии), их зона тотального облучения зрителя пока еще весьма обширна. Но она уменьшается день ото дня с введением цифрового телевидения, с распространением «торрентового» кино, которое можно бесплатно скачать на множестве сайтов. Никита Сергеевич озвучил, «сколько нужно денег»: миллиард долларов на несколько лет. На эту сумму, по его мнению, можно не только поддерживать отрасль, но и поднять ее на качественно иной уровень.

Итак, деньги рекой потекут в кошельки компаний-производителей. Решение кардинальное, спорное (учитывая масштаб коррупции в России). Остается множество вопросов. Что будет с продюсерами небольших компаний, создающих российское авторское кино? Придется ли им вливаться в крупные холдинги? По каким критериям будут избираться «творцы нацпроектов»? По каким схемам оцениваться результат? Бюджетные деньги требуют строгого отчета. Если, к примеру, завет премьера не исполнят и «ценностный фильм» не будет востребован не только на Западе, но и на родине, какие механизмы позволят корректировать, направлять развитие индустрии?

Между тем эта финансовая революция внутри отдельно взятого кинематографа не может не повлечь серьезнейших последствий для имиджа и развития отечественного кино, телесериалов, привлечения свободных средств в киноотрасль. И такое знаковое решение принимается без обсуждения плюсов и минусов — не только в обществе, но и в профессиональной среде. А в условиях раскола киносообщества это особенно опасно.

Под текст

На заседании Правительственного совета по развитию отечественной кинематографии также присутствовали:
зампред правительства Александр Жуков, министр культуры Александр Авдеев, министр связи и массовых коммуникаций Игорь Щеголев, заместитель министра экономического развития Станислав Воскресенский, заместитель министра финансов Татьяна Нестеренко, директор Департамента культуры и образования правительства Денис Молчанов, гендиректор «Студии ТРИТЭ Никиты Михалкова» Леонид Верещагин, председатель «Внешэкономбанка» Владимир Дмитриев, гендиректор «ВГТРК» Олег Добродеев, председатель совета директоров «АФК «Система» Владимир Евтушенков, директор филиала ЗАО «Всемирные русские студии (RWS)» Дмитрий Месхиев, гендиректор «Ленфильма» Вячеслав Тельнов, советник председателя совета директоров ЗАО «Трансмашхолдинг» Сергей Толстиков, кинорежиссер Владимир Хотиненко, гендиректор «Мосфильма» Карен Шахназаров, гендиректор «Первого канала» Константин Эрнст.