В «Лаборатории Дмитрия Крымова» разрабатывают вещества двух классов. Одни — продукт долгого синтеза. И иногда — соль репертуара. Как «Опус №8», действо о Шостаковиче с безумным воздушным боем обшитых алюминием роялей в звездах и роялей в свастиках — под сполохи прожекторов, под Блокадную симфонию.

А есть у них летучие вещества-спектакли: катализаторы, реагенты. «Смерть Жирафа» именно из таких. Чума какая-то… Гражданская панихида в цирке.

…Ну делают, что хотят! Хоть какой-то сквозной мотив нашли для приличия, чтоб связать полдюжины безумных этюдов, — смерть Жирафа. Сперва они его строят: из больших детсадовских кубиков, из облезлых кофейных столиков, из чашек и пастилы. Вот из чего сделаны наши Жирафы, уроженцы г. Таганрога, узники зоосада имени Чехова. (Узнаете эту человеческую породу?) Потом… один цирковой кульбит — и Жираф рухнул.

Тогда его везут хоронить в древнерусских княжьих санях. Говорят о нем речи: Жираф был циркач, блистательный акробат. Делал стойку на Эйфелевой башне. Жил в «хрущобе», на первом этаже: вечно ломался мусоропровод, выбивало пробки… По Жирафу плачут все дамы, но каждая говорит о своем. Кроткая Вдова с ясной и безумной улыбкой актрисы Анны Синякиной — о детях. Восточная Женщина (Наталья Горчакова) Жирафа знала недолго… а теперь все ищет в сумке хмели-сунели.

И выкладывает на сцену: зиру, куркуму, тазепам, кандидатский диплом, фото Валико (он погиб), рейхан, вай-фай, корвалол, имбирь, чеснок, фото дяди Аслана (тоже погиб), гранат, кизил, тиви-сет, базилик, укроп, ланцет, фото бабушки Ашхен в 1906-м…

Клоунада минут на пять стоит многих либеральных речей в защиту «понаехавших».

Кстати, написана она — как и все тексты здесь — в театре, чуть не всей труппой.

На костыле, с кислородным баллоном и красной гвоздикой выходит Циркач-партнер: «Ты учил меня ремеслу! Я отрепетировал этот фокус! Вот — есть спичка! Нет спички!».

Жираф-то был поэтом. Его занятия не стоили ни черта. Долгих недель репетиций до крови, переломов в семи местах, смерти без лонжи. И все — ради фокуса со спичкой…

Воображение Крымова и Ко (очень молодая студенческо-актерская Ко допущена в лабораторию) — пенится, греет стекло пробирок, из красного делается синим. И без этих химических реакций явно не будет таких премьер, как «Донкий Хот» или «Опус №8».

Старый закон природы! Его и демонстрирует лабораторная работа «Смерть Жирафа».

Кто ж верит поэтам на слово? Вот они и ставят перед классом (залом) опыты на себе.