Восемнадцатого августа 1969 года, в понедельник, Джими Хендрикс вышел на высокую дощатую сцену Вудстока и сыграл американский гимн. Было холодное утро, чувствовалось приближение осени. Народ уже расходился и разъезжался, на зеленых холмах оставались только группки хиппи, и кое-где уборщики уже орудовали пиками, собирая мусор.

Хендрикс сыграл американский гимн так, как его не играл никогда никто. Он превратил эту патриотическую мелодию в грозную музыку Апокалипсиса. Его гитара ревела, как трубы Иисуса Навина. Хендрикс, наивное дитя Америки, любивший носить яркие доломаны и голубые клеша, импровизируя, вылепил в холодном воздухе образы то ли прошлого, то ли будущего. Так мог бы звучать гимн огромной страны, жителями которой являются птеродактели и бронтозавры. Так мог бы звучать гимн сильнейшей технологической державы, в которой место людей заняли роботы на гидравлических ногах. Это была музыка угрожающей силы и одновременно полного распада.

Этой музыкой хорошо было бы сопровождать банкротство General Motors и тяжелую работу морской пехоты в Афганистане.

Грейс Слик из группы Jefferson Airplane, красивая девушка с длинными черными волосами, пела на Вудстоке о психоделических галлюцинациях и прочих радостях жизни. У Грейс Слик было нежное лицо и стальной характер воительницы. Эта амазонка рок-н-ролла никогда не знала, что такое робость в любви, сдержанность в сексе и тормоза в желаниях. Однажды она, выпускница престижной женской школы, получила приглашение на прием в Белый дом, который устраивала дочка президента Никсона. Это явно был промах службы протокола, рассылавшей приглашения. Они понадеялись на репутацию школы и не запросили информацию ФБР.

Грейс Слик решила, что приглашение необходимо использовать для того, чтобы перенести войну на территорию противника. Президент Никсон, которого хиппи называли неприличным словом, был олицетворением постной морали и консервативного занудства. Грейс Слик решила подсыпать ему в коктейль пригоршню таблеток ЛСД. Она хотела посмотреть, как президент Никсон будет на четвереньках бегать по Овальному кабинету. Но она была остановлена охраной Белого дома, потому что явилась в прозрачном топе и высоких черных сапогах.

Однако мечта Грейс Слик, у которой недавно, кстати, открылась выставка картин в Бостоне, осуществилась. Белый дом все-таки был превращен в хипповый флэт. Это сделал через много лет после Вудстока президент Клинтон, игравший на саксофоне и занимавшийся сексом с Моникой Левински.

Джанис Джоплин танцевала на ночной сцене Вудстока так, как танцуют только счастливые дети. Ей оставался примерно еще год жизни, но она об этом не знала. Если вы хотите понять, что такое счастье, загляните в наш блог и посмотрите ночные танцы Джанис в рубрике «Песенки». Это так называемые Woodstock Outtakes — кадры, снятые на Вудстоке, но не вошедшие в фильм о фестивале по причине плохого качества, авторских прав или чего-то еще. Возможно, эти кадры войдут в новую версию фильма, которая должна выйти в ближайшее время и включать в себя все сохранившиеся материалы.

Джанис была счастлива от любви, которую излучали на нее музыканты, с которыми она играла. Она была счастлива от любви, которую давали ей 800 тысяч слушателей, собравшихся на полях Вудстока. Все они, эти пестрые люди с длинными волосами, с голыми торсами, с самокрутками в зубах, с бутылками в руках, с маленькими таблетками в карманах джинсов, были убеждены в том, что любовь представляет собой естественное состояние человека, а музыка есть самое лучшее, что только есть в жизни.

Есть много отдельных людей, которые понимают это. Но общество как сумма людей по-прежнему напоминает зверинец, где правят законы зла и установления силы.

Знаменитый кадр, на котором изображены парень-хиппи и девушка-хиппи, стоящие, завернувшись в одеяла, в самой середке Вудстока, обошел весь мир. Они стоят на этом кадре, одинокие дети Америки, и пейзаж вокруг них похож то ли на поле вчерашней битвы, то ли на бивак кочевников. Там еще множество людей лежат на траве в одеялах. Парень и девушка обнялись, и понимаешь, какая опасность подстерегает в жизни эти влюбленные друг в друга сердца.

Я всегда думал, что люди на этом фото, символизирующем Вудсток, не имеют имен. Это просто Он и Она, двое из рок-поколения, завернувшись в одеяла, сохраняют свое тепло от наступающего всемирного холода. Но недавно двое с кадра 40-летней давности снова появились перед миром. Их зовут Бобби и Ник Эрколайн, у них морщинистые лица простых американцев, и они помнят Вудсток. Тогда им было 20. Через два года после Вудстока они поженились. У них двое детей. Они прожили в любви все эти 40 долгих лет.

Веками до Вудстока считалось, что единственный повод, по которому миллион человек может собраться в одном месте — это война. До Вудстока люди в таких количествах собирались исключительно для того, чтобы отрубать друг другу головы, руки, ноги, дырявить грудь, выпускать кишки, резать глотки. На Вудстоке впервые в истории миллион человек собрался, чтобы в любви и согласии послушать музыку. Но это был не просто огромный концерт под открытым небом, это было послание о необходимости мира и любви, направленное во все стороны: на север и на юг, в ООН и в пятый автобусный парк, фараонам Египта и царям Ассирии, тебе, дураку, и мне, дураку, а также президентам Обаме и Медведеву, одному из которых было в тот год восемь лет, а другому — четыре.

Джанис Джоплин танцует на сцене Вудстока, и ее роскошные хипповые одежды развеваются, и волосы ее летят во тьме и вдруг загораются красным огнем, и босые ноги переступают по доскам сцены, сколоченной плотниками под руководством Майкла Лэнга. Лэнг в этом году организовал в Нью-Йорке и Берлине Вудсток-2009. А еще свой Вудсток в этом году будет в Польше. Первые концерты мемориального Вудстока уже прошли. Я не знаю сегодня, сколько там собралось людей и что там вообще происходило. Но разве в этом дело? Дело только в том, что Джанис танцует свои хипповые танцы на ночной сцене Вудстока, и в ее голосе такая сила и такая боль, что сомнений не остается: счастье возможно.