С 1 по 9 июля во Всероссийском детском центре «Орленок» проходит тринадцатый Открытый фестиваль визуальных искусств. С президентом фестиваля Дмитрием Харатьяном говорим о детском кино. Или — о его показательном отсутствии на наших экранах.

— В конце 80-х благодаря «Розыгрышу», то есть самому настоящему тинейджеровскому кино, мы и узнали о существовании юного Димы Харатьяна. Фильм и песни из него были чрезвычайно популярны. Но в те годы реакция на фильмы в обществе была принципиально иной. Помнишь, что творилось после «А если это любовь?» Райзмана, «Чучела» Быкова? Кино советской закваски умело возмутить общество. Да и общество было способно возбуждаться. Возможно ли подобное снять сегодня? Ведь востребовано иное: язык, ритм, энергия. Да и романтика первого «Розыгрыша» уже кажется сахарной ватой. Или ты со мной не согласен?

— Конечно, тот «Розыгрыш» для нынешних юных не актуален. Но для старших поколений, тех, кто смотрел фильм тогда, он не кажется сладковатым. Он часть молодости, пласт человеческих воспоминаний, живой связи с историей нашей общей жизни. Ведь в «Розыгрыше» отразилась и эволюция музыки, песни. Разрешили петь молодым. Многие впервые с помощью этого, как ты говоришь, сахарного кино узнали, что есть ребята, сами сочиняющие, играющие свою музыку. И не обязательно опусы про комсомол, сочиненные дядями из Союза композиторов. Тогда это было почти революционным. Плюс интонация. Честная. Ну да, кино — ничего особенного. Зато про нас. Мы точно так же разыгрывали учителей. Или как-то иначе. Дух передан. И проблемы. Про отцов и детей. Про лидерство и аутсайдерство. Про белых ворон и коллектив. Там много всего совпало. Язык, устаревший сегодня, тогда был ультрасовременен. Все эти словечки «клево»… И гитары были похожи, и прически, и одежда. Мы им поверили. Режиссер Меньшов сработал точно.

— Замечу, что в давние советские времена в детское кино пришла большая режиссура: Климов, Митта, Быков.

— «Подранки» Губенко вышли в тот же год, что и «Розыгрыш», поведав нечто важное о первом послевоенном поколении. А Динара Асанова, работавшая в то время? В фильмах «Не болит голова у дятла», «Ключ без права передачи» — новый уровень откровенности разговора с подростком.

— К картинам, которые ты назвал, можно добавить внушительный список. Главное заметить, что в фильмах той поры, обращенных к молодой аудитории, ставились недетские проблемы взаимоотношений между людьми: порядочности и предательства, совести и сервильности. Сейчас сместился взгляд на юношеское кино. Нынешние фильмы лепят в песочнице для социально и умственно отсталых. Пытаются надувать цветные шары в трехмерном мире.

— Потому что кинематограф из сферы художественной, проблемной, воспитательной ушел в разряд чистого развлечения. А развлечь серьезным разговором не получится.

— Тогда давайте постебаемся, как в «Гитлер капут!» или «ДМБ». Отсюда темки сказочные, диалоги фальшивые.

— Изменилось время, кино стало продуктом, зритель — потребителем. Кинопрокат — рынком. Кассовые сборы — идеей фильма. Просто задачи поменялись.

— Но на этой территории развлекательного, аттракционного кинопродукта мы немощны. «Гарри Поттер и Принц-полукровка», выходящий на экраны, стоит уже $200 миллионов. Но кино камерное, психологически смысловое практически исчезло. Оно-то не требует ни больших вложений, ни мощной производственной базы. Отчего ж его нет?

— Назову несколько фильмов. Может, они исключения из общей тенденции. К примеру, «Итальянец» — фильм о мальчишке из детского дома, близок асановским картинам.

— На мой взгляд, ни «Итальянец» Кравчука, ни «Спартак и Калашников» младшего Прошкина не стали откровениями. Но это вполне качественное, профессиональное кино… Но и подобных приличных фильмов единицы. Будто сегодня нет разведенных родителей, брошенных детей, разрыва поколений. Почему это неинтересно молодым режиссерам? Замечу, что и «Добро пожаловать…», и «Сережа», и «Друг мой, Колька!», тот же «Розыгрыш» были режиссерскими дебютами. Кстати, во втором «Розыгрыше» есть попытка влить в старые сюжетные меха проблемного кино новые ритмы. С модным рэпером Noize MC и его песнями.

— Считаю, этот фильм свои задачи выполнил. Другое дело, что зритель не откликнулся. Что это, время? Внутрипрокатная конкуренция? Неправильное рекламное поле? Ни резонанса, ни зрителя.

— А как фильм приняли в «Орленке»?

— Здорово. Я же читал рецензии ребят. Кто-то сравнивал с первым «Розыгрышем». Многие писали, что точно такие ситуации происходят сегодня в их классах. Любопытно, что взрослые говорили: «Это жестоко — делать MMS-рассылку с голой учительницей». Дети возражали: «Все это семечки. У нас было круче». Сегодня кино бежит от реальных проблем. Мы же знаем, что происходит. В интернете можно увидеть, как подростки практически убивают друг друга. Действительность жестче. «Розыгрыш» по сравнению с ней — добрая сказка. Тем не менее вижу, что детей эта история взволновала.

— В «Орленке», конечно, особая аудитория. Помню, Александр Абдулов во время показа «Бременских & С°» признался мне, что у него мурашки бежали по коже: «Я видел многое. Но еще никогда не испытывал такого счастья от общения со своей аудиторией». В «Орленке» счет фильму выставляется во время просмотра. Зал будет бесцеремонно хлопать стульями, уходя, если на экране бездыханный сюжет, ложь. И орать после показа, если фильм понравился…

— В «Орленке» уникальная аудитория. Одни дети. Признаюсь, я думал о них хуже. Все эти клише про компьютерное поколение, которое не парится… Но мы показали на фестивале фильм «Аврора» про девочку — жертву Чернобыля. И детские рецензии на фильм меня поразили. Не только степенью профессионализма, но готовностью сочувствовать. Соучаствовать. Оказывается, они не нацелены только на развлечение. Люди 13—15 лет готовы к ответственной душевной работе.

— Выходит, это кинематографисты не могут соответствовать уровню запроса на актуальный серьезный разговор со своей аудиторией?

— Но при этом, заметь, каждый фестиваль в «Орленке» показывает один-два фильма, точно попадающих в молодежную среду. Одна из последних таких работ «Пробуждение» Станислава Лебедева с Юрием Кузнецовым в роли деда главного героя. С нетривиальным, эмоциональным разговором о жизни и смерти.

— Около трех тысяч детей принимают участие в Открытом фестивале визуальных искусств. Смотрят кино и сами снимают клипы, оценивают качество развивающих компьютерных дисков. Высказывают собственное мнение об уровне телевизионных программ для детей. Помню, как детское жюри фестиваля не согласилось с решением ТЭФИ, наградившим новгородскую передачу «Домашний адвокат» званием «Лучшей детской передачи». Возмущение детского жюри вылилось в петицию к арбитрам из ТЭФИ. Дети взывали и к создателям программ, требуя советоваться с ними, выяснять, что им на самом деле интересно. Правильно ли я поняла: самое важное на фестивале в «Орленке» — работа с аудиторией. Сегодняшней и будущей.

— Ну да, я вижу в них наше «продолженное настоящее». Главное, чтобы их услышали.

— Вот написали ребята письмо в ТЭФИ — и что? Появились на телевидении смысловые передачи? Детское жюри в номинации «Кинематограф» не дало Гран-при, написали президенту страны письмо с просьбой обратить внимание на отсутствие достойного детского кино. И где это кино? Ты называешь отдельные опусы, понимая, что до уровня фильмов Быкова, Митты, Асановой нашему «подростковому» кино как до Луны. Давай над дверьми Минкульта прибьем растяжку: «Наши дети заслуживают лучшего кино, чем то, которое снимается».

— Давай не будем спешить с выводами, мы же с тобой еще не видели новых фильмов, вошедших в программу нынешнего фестиваля.

Справка «Новой»

Открытый российский фестиваль визуальных искусств объединяет в своей программе семь равноправных конкурсов. Семь детских жюри под руководством мастера смотрят и судят семь номинаций: «Кинематограф», «Телевидение», «Компьютерное творчество», «Молодая режиссура» (конкурс «Режиссеры ХХI века» включает работы студентов и дебютантов), «Анимация», «Детское экранное творчество» и «Фотография».

В конкурсе «Игровое кино» новые российские фильмы:

«Двенадцатое лето» Павла Фаттахут-динова, «Крыша» Бориса Грачевского, «На мосту» Андрея Разумовского, «Не-винные создания» Евгения Юликова, «Осторожно, дети!» Станислава Лебедева, «Приключения на хуторке близ Диканьки» Николая Денисова. В анимационном конкурсе сразу три полнометражных фильма: «День рождения Алисы», «Про Федота-стрельца, удалого молодца» и «Новые приключения Бабки Ежки и другие»

На круглых столах обсуждаются:

«Проблемы современного кинематографа для детей и молодежи»; «Инновационные компьютерные технологии»; «Телевидение нового века для детей или против детей?»