«Укие-э» в дословном переводе — «картины изменчивого мира». Или же — те самые многоцветные японские гравюры, которые пришли в Европу эпохи импрессионистов, даря иное чувство цвета и ракурса, взрывая представление о композиции, меняя рисунок. Эти печатные листы со сценами кипучей урбанизации Эдо и Киото в XVI—XIХ вв., с силуэтами гейш и актеров кабуки, с тридцатью шестью видами горы Фудзи, с капризным орнаментом волн, ветвей, складок шелка воспевали братья Гонкуры, собирали Моне, Дега, Золя, Уистлер. Ван Гог не только изучал их, но и копировал маслом «Внезапный дождь над мостом Син-Охаси» Андо Хирошиге.

В России Добужинский писал, что композиции своей петербургской графики, острому гротескному ракурсу городского пейзажа научился у Хирошиге. А Грабарь в мемуарах элегически вспоминал, какие сокровища японской ксилографии продавались в 1890-х ворохами у маленьких парижских антикваров под аркадами Пале-Рояля.

«Японизм» Бердслея и текучих трав ар- нуво был внятен современникам. Сейчас его изучают исследователи. В Москве, в ГМИИ им. Пушкина и Музее Востока только что прошла конференция «Российское искусствознание о японском искусстве». Ее гостем был историк японской гравюры, директор музея Ямато Бункакан (Нара) АСАНО Сюго.

Он рассказал «Новой» об открытиях собирателей укие-э  — в Киото, на острове Корфу и в Москве.

— Что значит Нара для Японии, а ваш музей — для города?

— Как раз в 2010 году Япония будет праздновать 1300-летие нашего города. Нара — первая столица Японии. Правда, была ею всего 80 лет: потом престол императора перенесли в Киото. Но Нара осталась городом-музеем, полным великолепных храмов. Здесь стоит так называемый Великий Восточный храм со знаменитым изваянием Будды. Сокровищница храма — кладезь артефактов, которые шли с Запада на Восток по Великому шелковому пути: он заканчивался в Японии.

Музею Ямато Бункакан — 50 лет. Он создан на средства частных спонсоров. В наших коллекциях — почти четыре десятка объектов, имеющих статус так называемых национальных сокровищ: это тексты, свитки с каллиграфическими изображениями, картины, скульптуры, фрагменты фресок…

— Укие-э начиналось как очень демократичное, городское искусство «третьего сословия». Когда эти листы оценили по достоинству и начали собирать?

— Вероятно, после экспозиции укие-э на Всемирной выставке 1866 года в Париже. Тогда в Европе начался бум «японской гравюры», укие-э стали регулярно доставлять в Европу и в США. В 1880—1890-х мода ширилась, поток заказов рос. Японцы не могли не заинтересоваться: что же так волнует художников Парижа и коллекционеров Бостона?

— Тогда классиками жанра назвали Хокусаи, Утамаро, Хирошиге. Русские поэты вплетали их имена в стихи. Список мэтров укие-э расширился за столетие? Вы еще открываете забытых художников?

— Укие-э — ведь массовое искусство. Мастеров было очень много. Имена их часто неизвестны, до сих пор открываются новые и новые. Из тени современников вышел Омори Еськие, мастер из Киото. Раньше была известна одна книга с его иллюстрациями, «Плакучая ива». Но в последние 20 лет найдено много его работ — и открылся масштаб художника. Открытия бывают удивительные: два года назад на острове Корфу, в местном музее восточного искусства, была обнаружена неизвестная работа Сяраку, классика живописи позднего Средневековья. В Японии это стало сенсацией…

— За этими цветными печатными листами явно стоит изощреннейшая национальная школа рисунка, уникальный опыт печатников. Эти навыки сохранены? Есть ли в Японии школы искусств, где передают эти традиции?

— Есть! Их много: в Токио, в Киото, в других городах. Есть школы резчиков, есть знатоки красок укие-э, владеющие старинными технологиями. И современная гравюра впитывает этот опыт: ведь всегда есть художники, напряженно думающие о прошлом.

— А правы ли те, кто считает современный комикс манга наследником укие-э?

— И да, и нет. Это довольно смело сказано. Правда, есть даже термин — «манга Хокусаи», но от современных манга-комиксов они очень отличаются.

— Вы впервые в Москве?

— Нет. Я был здесь в 1992 году, в очень трудные времена. Казалось: все в состоянии хаоса… а мы с русскими коллегами тем временем исследовали коллекцию укие-э, собранную Сергеем Китаевым, морским офицером конца ХIX века. Это собрание, конечно, давно национализировано. Но оно не было полностью разобрано — и в 1990-х его интенсивно изучали.

— Коллекция Китаева просто репрезентативна — или в ней найдены «неведомые шедевры» японской гравюры?

— Коллекция Китаева собрана в тех самых 1880—1890-х годах. И уже этим интересна как целостность. Но в ней нашлись и новые для исследователей работы. Один Хокусаи там — просто поразительный! И в других известных мне собраниях такого листа нет.