Солдаты по мосту пошли в ногу. Система, созданная Владимиром Путиным, им же и раскачивается. А мост, который заботливо торил дорогу вверх и только вверх тем, кто успел подружиться с покорителями пика Капитализма друзей, превратился в износившуюся канатную дорогу над бездной.

После взрывной отставки министра обороны Анатолия Сердюкова давление в информационных трубах продолжают поддерживать. Председатель правительства Пермского края Роман Панов якобы похитил 93 миллиона рублей, выданных на саммит АТЭС (в бытность замминистра регионального развития; получается, что «следы» ведут к бывшему министру того же развития и ныне губернатору Пермского края Виктору Басаргину).

Отстранен от должности генеральный конструктор системы ГЛОНАСС Юрий Урличич: якобы при разработке многострадальной «технической новинки» тоже допускались хищения средств.

Непосредственно в бане взят министр здравоохранения Челябинской области Виталий Тесленко, а заодно там же советник губернатора Иван Сорокун — за откаты при закупках медицинского оборудования. При этом делаются намеки, что, мол, губернатор Михаил Юревич был в курсе, держал коррупционеров под колпаком, в министерство направлялась проверка.

Но любой подобного рода арест отбрасывает огромную тень, и она в том числе покрывает и губернатора. В той же логике объяснялся глава администрации президента Сергей Иванов: уже два года как знал о хищениях в системе ГЛОНАСС, но молчал, чтобы не спугнуть подозреваемых.

Демонстрируя мускулы в борьбе за очищение системы от скверны, Владимир Путин дискредитирует систему как таковую: почему она была так сконструирована, что на нее налипают взятки и откаты? Бряцая наручниками, силовики не знают, за кем они начнут охоту в следующий раз и не окажется ли охотник жертвой.

Понятно, что, затевая коррупционные скандалы, первое лицо выказывает намерение обновить кровь в системе, причем отнюдь не с помощью выборов и прочих ненадежных механизмов. Возможно, кадровый состав придется «освежить» целиком. И ближнего круга, заменителя прежней ельцинской Семьи, и бывших преемников Иванова и Медведева это тоже касается.

Вполне очевидно, что Путин хочет отобрать знамя борьбы с коррупцией у всяких там Навальных. А главное — припугнуть «оборзевшие» в своем корыстолюбии элиты, как в анекдоте раннепутинской эры, когда «гарант» открывает холодильник и говорит трясущемуся холодцу: «Не бойся, я за кефиром». Но ведь само устройство системы поощряло их к этому, обессмысливая вопрос: «Сколько будет достаточно?» Аппетит только приходил во время еды.

Что же до избирателей, то они и так знают, что в стране «воруют». И показательными посадками много новых сторонников не наберешь.

Ясен и смысл кошмарного сигнала, сигнального кошмара и посылок докторов во все концы страны: гарантии неприкосновенности отменяются. Прийти могут за каждым.

Возможно, президент думает, что он сможет более успешно завершить свой срок (осталось пять с половиной лет) с обновленной элитой, с молодой кровью, с честной и верной гвардией. И даже пойти вместе с этими людьми на свой четвертый, он же пятый, срок. Но тогда можно получить не революцию снизу, а заговор сверху — бунт элит.

Когда уже невозможно будет удержать от ухода в самостоятельную навигацию олигархов, пока еще припугнутых делом Ходорковского. Когда трудно будет опираться на, допустим, по-своему честных, но совершенно некомпетентных руководителей. Ведь понятие «курс Путина» осталось глубоко в нулевых годах. Нет уже никакого курса, и судить о его содержании можно только по полунамекам.

Ну в самом деле: невозможно же рассуждать о векторе военной реформы (или контрреформы) по тому, что Сергей Шойгу принял «популярное» решение о возвращении на парады суворовцев и нахимовцев. От этого что — армия более современной станет? Или система ее комплектования поменяется?

Можно, конечно, отправить в отставку правительство Дмитрия Медведева, которое стало заложником системы ручного управления, где решения принимает только Владимир Путин. Но что это изменит? Назначение на пост премьер-министра Алексея Кудрина крайне маловероятно, потому что оно означало бы резкую смену политики, и не только экономической. А кто же будет демонтировать систему в ситуации, когда только-только закончена сварка последних швов, и вот уже за митинг на Болотной дают огромный срок, а накопительная часть пенсии, вопреки мнению вообще всех профессиональных экономистов, которые работают с Путиным и Медведевым, снижается с 6% до символических 2%? Это называется контрреформа, и премьеров-реформаторов в такие исторические периоды не назначают.

Разобравшись с оппозицией (квазизаконная рамка плюс поучительно жесткие посадки), Путин взялся за хозяйственно-политическую элиту. Здесь сработала известная логика, тоже из анекдота: «Евреев уничтожат — за нас возьмутся». А в нее кое-кто не верил, искренне полагая, что колокол звонит только по избранным, а он звонит по всем.

Только вот с кем и с чем в результате останется Верховный главнокомандующий? Курса у него нет. Страна пассивна и недружелюбна. В элитах зреет недовольство. Молодые и образованные все чаще берут билет в один конец, отправляясь в мировые столицы.

«Я один, всё тонет в фарисействе»? Хотя Владимир Путин и не Гамлет, принц Датский, но ответить на гамлетовский вопрос ему все-таки придется. Собственно, то, что он делает, это и есть его ответ на вопрос «Быть или не быть?».