Кто там говорил о «новом» Путине, который изменился? Он вообще не меняется, как и страна при нем. Он по-прежнему блестящий ритор, правда, все время балансирующий на грани словесного фола. Он по-прежнему придерживается классической советско-чекистской философии «осажденной крепости»...

Всемирно известный драматург, бывший диссидент и политзаключенный, последний президент Чехословакии и первый президент Чешской Республики (1993—2003) — о событиях и настроениях в России после выборов 4 декабря

Предлагается простой и эффективный способ сделать ваши телефонные переговоры невыкладываемыми в сеть. Пример: «Дорогая, как ты там? Что у нас с вечерними планами? (видал я вашего Путина). Как у нас с деньгами? Звонили ли из Госдепа? (видал я вашего Суркова). Ты не опоздаешь? Муж в командировке? (По-моему, этот наш Медведев...)»

Раньше это были корявые шуточки человека, который и сам не верит в то, что говорит. Ну, если только чуть-чуть. Теперь всем объявили совершенно всерьез, на голубом глазу и с диким, болезненным надрывом: оппозиция проплачена, ее цель ослабление и развал России; угроза сугубо внешняя, и она реальна! Все другие проблемы людей и государства меркнут перед этой напастью...

И страны-паразиты, и избиратели-паразиты казались бы, безобидными, если бы не их идеология. И те, и другие, как гунны Атиллы, полагают, что им все должны и перед ними все виноваты. И это не было б бедой, если бы воззрения паразитов встречали крепкий отпор. Увы: ни один политик при всеобщем избирательном праве не осмелится хамить паразитам внутренним; и ни один лидер страны, которой война невыгодна, не будет хамить паразитам международным.

Оставим в стороне вопрос справедливости подозрений в том, что Прохоров — спойлер, только гораздо более значимый, чем Дмитрий Мезенцев. Факт остается фактом: не все представители электората Явлинского пойдут голосовать за Михаила Прохорова или Сергея Миронова или Геннадия Зюганова. Многие просто не придут на выборы. А это ровно то, что нужно власти в первом туре — низкая явка, увеличивающая шансы Путина на победу сразу 4 марта...

Никакой фронды и демонстративного бойкотирования премии Правительства в моем отсутствии на церемонии искать не надо. Что касается диалога с Путиным, то как журналист, всегда к нему готов. Хотя после Махатмы Ганди претендовать на это сложно, сегодня же направлю заявку на интервью...

«Когда Путин говорит, что «не сдает своих», — это опасение обидеть близких ему силовиков». Из переписки редакции с заключенным ФКУ ИК-7 УФСИН по Республике Карелия, г. Сегежа, М.Б. Ходорковским

Мы уже живем в другой России. Рубежом стали прошедшие выборы. Власть хочет жить в старой, она считает, что еще живет в старой, а потому неадекватна. Это опасно. Во вторник на Триумфальной площади явно зафиксированы провокаторы от власти, пытавшиеся обострять противостояние...

Все эти годы ОНИ ждали «оранжевой» революции на площадях Революции, Манежной или Старой, а она произошла в сознании людей. Этот народ и не думал начинать революцию. Вместо революции он предъявил альтернативу. Вместо революции народ обрел свое новое «Мы», которого не было видно и слышно лет 20.

День отошел,
как предчувствие смутен,
Солнца луч догорел в окне.
Двое в комнате –
я и Путин.
И кто из нас кто –
непонятно мне...

Учитывая скверную для себя динамику, по нашей неофициальной информации, власти приняли решение обеспечить победу Путина в первом туре любой ценой...

Над Путиным нависла тень эффекта Самозванца. Появившийся ниоткуда и поразивший тем, что он «свой», правильный (прежде скрываемый боярами) царь, он рискует теперь предстать в массовом представлении обманщиком, выменявшим доверие и надежды на дешевые фишки. Эффект самозванца – это когда то, что работало прежде однозначно в плюс, вдруг начинает работать в жесткий минус

Белой ленте путинисты спекулятивно противопоставляют Георгиевскую ленточку. Как будто речь идет не о своих же гражданах, которые — всего-то — требуют честных выборов. В итоге избранный президент Путин окажется главой только тех граждан, которые завербованы или куплены им. На вопрос Левада-центра, можно ли доверять людям, социологи получают цифру 72% говорят, что нельзя. И в самом деле — как можно доверять внутреннему «врагу»?

По просьбе «Новой» Михаил Ходорковский публикует цикл лекций

Сегодня в ряде стран с авторитарными режимами различной жесткости, включая Россию, происходят два встречных процесса.
С одной стороны, все больше людей, ранее вполне удовлетворенных авторитарной стабильностью, начинают ею тяготиться и требовать от власти изменений. Причем говорится и о политических правах — честных выборах, справедливых судах, ограничении произвола коррумпированных бюрократов.
С другой стороны, автократии берут на вооружение демократические лозунги, названия демократических институтов и процедур, прикрывая ими антидемократическое содержание.
В результате обманываются не только политические лидеры развитых демократических стран, которые часто и сами желают быть обманутыми. Гораздо опаснее то, что граждане стран с авторитарными режимами теряют понимание институциональных отличий и практик обществ свободных и угнетаемых...