Наташе Федоровой — 27 лет. В прошлый вторник врач сказала ей, что ребенок, которого она ждет, здоров и доношен. И врач отказалась вызвать преждевременные роды: во-первых, роды у Наташи первые, во-вторых, беременность протекала сложно, поэтому риск велик.
А Наташе желательно родить до 14 декабря. Потому что в этот день будет рассмотрен судебный иск от бывшего мужа о выселении беременной Натальи на улицу.
Такое теперь разрешено российским законом. Дело в том, что 31-я статья нового Жилищного кодекса дает право выселять бывших членов семьи. Единственная зацепка для Наташи и ее ребенка — факт рождения. Если маленький успеет появиться на свет до суда, то у отца (бывшего мужа Натальи) появятся алиментные обязательства в отношении ребенка. А у суда появится законный повод отсрочить выселение на улицу хотя бы на некоторое время.
Скотское это дело — имущественные споры с не родившимся еще ребенком. Но наши мужики (да-да — чаще мужики, хотя всякое бывает) и не на такое готовы. Бывший муж Наташи, 33-летний Евгений, об этом ребенке мечтал. Для дочери они даже имя придумали: Александра.
Первая их попытка родить закончилась трагически. Тяжело переживали, но решили лечиться и во что бы то ни стало родить. Лечилась не только Наталья, но и Евгений. Ходил в клинику, сдавал анализы, строго выполнял рекомендации врачей.
Но, видимо, надоело со временем чувствовать себя ущербным.
Однажды сказал Наталье, что у него другая женщина, которая уж точно нарожает ему кучу детей. И не пришел ночевать. Через неделю после «чистосердечного признания» Наталья узнала, что беременна. Но у Евгения уже изменились планы. Сначала «не поверил». Потом заявил, что ребенок не от него, и стал требовать развода. Услышав отказ — ударил. Сначала не в живот — по лицу. Потом стал бить чаще и больнее. Угрожал, что расправится и с ребенком. Наташа защищалась, конечно, даже получила справку о побоях. Но у мужа были связи в милиции. В результате обещали завести уголовное дело на беременную женщину, которая, не смейтесь, якобы угрожала мужу плеткой. В конце концов под таким давлением Наталья все-таки дала согласие на развод.
Как ни странно, объяснения и даже мотивы всем этим мерзостям можно найти в кодексе. Дело в том, что по закону нельзя развестись с беременной женщиной без ее согласия. А без развода нельзя выселить из квартиры. Сразу же после решения мирового судьи о расторжении брака Евгений подал иск о выселении бывшей супруги (шел пятый месяц беременности). Сказал: «Возвращайся к матери в Калужскую область». Наташа просила дать возможность спокойно доносить ребенка в Москве: «Тут хорошие врачи, а там, где живет мать, — 40 км до ближайшего роддома». Бывший муж был неумолим. Не дожидаясь рассмотрения иска, выставил с вещами на улицу.
Ларису, двух ее дочерей, Дарью и Владу, и внука Руслана выселяет из квартиры бывшая свекровь. Влада и Руслан — несовершеннолетние. Владе — 17 лет, она в этом году оканчивает школу. Руслану — полтора годика. На руках — вступившее в силу решение Мосгорсуда о выселении. Со дня на день ждут судебных приставов.
Лариса прожила с мужем лет двадцать. Жили тогда в Ташкенте. У обоих были квартиры. Продали в 95-м, переехали в Москву, купили жилье. Но записали на мать мужа, так как ни московской регистрации, ни российского гражданства еще не было. Конечно, надо было бы зафиксировать, что это совместно нажитое имущество, купленное на общие деньги. Но Лариса тогда об этом не думала. Во-первых, хоть и русская, а воспитание — как у восточной женщины, привыкшей подчиняться мужу и родителям. Во-вторых, и это главное, тогда были совсем другие правила. В кошмарном сне не виделось, что государство позволит выселять на улицу жен, матерей и детей. Кто ж знал, что такие законы могут быть написаны, да еще и приняты от имени государства?
Женщины, скажем ради справедливости, тоже ведут себя абы как. Свекровь Ларисы, допустим, оказалась более приспособленной к новой, капиталистической жизни. Еще в конце семидесятых ей удалось вступить в жилищный кооператив, председателем которого со временем стал ее муж. Сначала была трехкомнатная квартира на первом этаже. Потом зять купил двухкомнатную квартиру опять же на первом этаже в этом же доме. Потом и Ларису с мужем заставили пойти на невыгодный обмен, только чтобы жили в одном доме с родителями. Итак, в доме на имя свекра и свекрови, двух пенсионеров, оформлены целых три квартиры. Причем все они на первом этаже. Секрет этого общежития прост. В квартирах прорубается пол, и технический этаж дома превращается в еще четыре хорошо отделанные комнаты. Квартиры становятся двухуровневыми, семикомнатными и очень дорогими.
В некотором смысле Лариса совершила почти подвиг, сохраняя семью. Муж пил, с Узбекистана у него осталась привычка к легким наркотикам. Свекровь вела себя, как в народных анекдотах. Зато росли дети, родился внук. А потом Лариса узнала, что у мужа давным-давно есть параллельная семья и двое уже взрослых детей. И, когда муж сказал, что они все теперь будут жить под одной крышей, Лариса, несмотря на то что является женщиной почти восточной, взбунтовалась.
Свекровь не простила ей развода. И воспользовалась юридической инертностью бывшей невестки. Перепродала оформленную на нее двухкомнатную квартиру, в которой жила Лариса, за 500 000 рублей. Новым собственником стала девятнадцатилетняя племянница мужа Ларисы Елена, у которой как минимум две квартиры — от матери и отца — уже есть. Но Елена все равно подает иск о выселении Ларисы, Дарьи, несовершеннолетних Влады и Руслана. Такую возможность сейчас дают 5-я часть 31-й статьи нового ЖК РФ и поправки, подписанные президентом Путиным в 292-ю статью Гражданского кодекса. И судьи слепо применили закон, прекрасно сознавая, что это единственное жилье Ларисы и ее детей. То есть идти им, кроме как на улицу, некуда.
У Светланы Тереховой — трое детей. Два родных несовершеннолетних сына и приемная дочка. Девочке было 14 лет, когда погибли родители. Светлана — по образованию педагог и психолог — была классным руководителем девочки. Подумала: как это ужасно, что в 14 лет домашний ребенок должен попасть в детский дом. И оформила опеку.
Сегодня Светлана с детьми еще живет в двухкомнатной квартире на Кутузовском проспекте, доставшейся бывшему мужу по наследству от бабушки. Но она уже продана новому собственнику. Причем квартиру на Кутузовском сильно пивший муж Светланы продал за… 35 тысяч долларов. Зачем эта явно липовая сделка?
А для того, чтобы, в конце концов, выселить бывшую жену и детей, в отношении которых у него алиментные обязательства.
Дело в том, что часть 4 статьи 31 ЖК РФ позволяет суду сохранить право пользования квартирой за бывшими и несовершеннолетними членами семьи на долгий срок или обязать собственника обеспечить бывшую семью другим жильем. Но часть 5 статьи 31 позволяет наплевать на самое гуманное решение суда и посредством продажи выселить всех членов семьи — как бывших, так и нынешних, как взрослых, так и детей.
Статистики, позволяющей оценить ужасные последствия применения 31-й статьи Жилищного кодекса, пока нет. Да и вряд ли такую статистику кто-то сможет вести по всей России. Но сообщения из разных регионов говорят, что выселенных по 31-й статье в стране уже тысячи. Каждый день появляются новые бездомные. Чаще всего это мамы с детьми, которых выгнали самые «близкие» родственники, бывшие мужья и отцы. Новый статус — статус собственника квартиры — поставил их неизмеримо выше бесправных пользователей. Потому что новый Жилищный кодекс защищает только собственников. Позволено все: бить беременных женщин, отрекаться от своих детей и, главное, вышвыривать их на улицу. Разработчики Жилищного кодекса сделали ставку на самые худшие человеческие качества. Вcе у них получилось.
Авторам и лоббистам
Советнику президента РФ Игорю Шувалову, президенту фонда «Институт экономики города» Надежде Косаревой, председателю Комитета Госдумы РФ по законодательству Павлу Крашенинникову и др.
Господа!
Вы провели закон, который стал причиной разводов, ссор, преступлений, наплодил бездомных.
Глупо спрашивать, довольны ли вы результатом. Понятно, что хотели как лучше, как в Европе, например, или в Америке. Только там нет острого квартирного вопроса, жизнь в среднем побогаче, люди в целом добрее. А наш народ опять не оправдал ожиданий. Вернее, оправдал только самые худшие. Его, кстати, понять можно: квадратный метр стоит больше четырех тысяч долларов.
Что делать будем?
Ждать, когда в ваших подъездах поселятся бывшие жены-мужья-дети? Или исправлять ошибки?
На всякий случай напоминаем.
В Госдуме «зависли» поправки к вашему несовершенному Жилищному кодексу, принятие которых могло бы немного успокоить взбудораженную общественность.
Пока вы не способствуете принятию этих поправок.
