Семью Владимира Варковского, прапорщика автомобильной воинской части № 08774, выселяют из общежития в Красном Селе в пригороде Петербурга по решению суда. Без предоставления другого жилища. “В случае отказа от добровольного исполнения решения суда будет произведено принудительное выселение…” — говорится в судебной повестке. Постановление об исполнительном производстве по выселению выдано отдельно на каждого члена семьи, включая двухлетнего сына Андрюшу.
История эта началась не сегодня. В октябре 2002-го молодой прапорщик Владимир Варковский женился на Елене Баулиной. Елена, как и Владимир, живет в Красном Селе, работает продавцом-кассиром. Один раз уже была замужем. Жила Елена в малогабаритной “двушке”, где с трудом умещалась большая семья: сама Елена с двумя ребятишками, родители, сестры.
Сразу после замужества молодая жена с детьми переехала к мужу в общежитие. Правда, условия там были тоже непростые: Владимир, его родители, брат и сестра занимали две небольшие комнаты. И все же супругам выделили одну из комнатушек.
Неухоженное четырехэтажное здание общежития на окраине Красного Села — последний дом на административной территории Питера. За ним — поля Ленинградской области. По соседству несколько заброшенных строений — баня, дом культуры, точнее, то, что от них осталось. Даже по меркам Красного Села это место на отшибе. Его по привычке называют “городок”, хотя никакого военного городка здесь давно нет, а то, что прежде им было, передано гражданским властям. По соседству нет ни магазинов, ни детского сада. Остановка не освещается.
Впрочем, Варковские не слишком замечали трудности быта. Владимир заменил отца детям Елены. А спустя пару лет у них появился и общий ребенок. Девять человек в двух комнатах жили надеждой. Отец Владимира, Юрий Варковский, прапорщик в отставке, служивший в той же части, где сейчас служит сын, должен был вот-вот получить квартиру.
Как только семья Варковских поселилась в общежитии по адресу Геологическая улица, 75/5, Владимир попытался зарегистрировать жену с детьми по новому месту жительства.
– Но в администрации Красносельского района нам объяснили, что сейчас наше общежитие меняет статус — переходит из ведомственного в городской жилищный фонд Петербурга, — говорит Елена. — Мол, как только это произойдет, мы и сможем решить вопрос с регистрацией.
Слова подкрепили официальной бумагой. Вот выдержка из письма администрации от 21 февраля 2003 года: “После оформления документов на занимаемую жилую площадь Варковский В.Ю. может зарегистрировать жену и детей…”. Они поверили и стали ждать.
В 2005-м (не прошло и двух лет!) жильцы общежития на Геологической, 75/5, получили ордера на занимаемую площадь. А Варковским ордер не дали. По той причине, что годом ранее Варковский-старший получил-таки долгожданную квартиру. Только Владимиру с Еленой что с того? Варковский-старший вставал на очередь в далеком 1989-м, когда сыну Володе было восемь лет, поэтому он и оказался учтен в отцовском ордере. А Елена с детьми, о которой тогда Варковские ведать не ведали, естественно, нет.
В новую квартиру в Пушкине переехали, помимо старших Варковских, брат и сестра Владимира, а также родственница, над которой семья взяла опеку, — всего пять человек. Владимир и Елена с тремя детьми остались в общежитии.
В мае 2005-го Елена обратилась в суд по поводу отказа в регистрации. Ответчик — администрация Красносельского района — выдвинул встречный иск о выселении. И выиграл. Потому что, как выяснилось в ходе заседания, общежитие на Геологической, 75/5, было включено в государственный жилищный фонд Петербурга по распоряжению администрации Санкт-Петербурга от… 27 декабря 2001 года. А “истица в это время в спорной квартире не проживала”.
Как посчитал суд, оформить на себя спорную площадь мог старший Варковский, но он “ордер на комнаты не получал, договор социального найма не заключал”. А как он мог получить ордер, если уехал в новую квартиру в 2004-м, а обитатели общежития получали ордера только в 2005-м?
Городской суд подтвердил решение районного суда. Площадь в общежитии семья должна освободить. Мама со старшими ребятишками — девятилетней Юлей и одиннадцатилетним Димой — могут отправляться жить обратно к своим родителям. Папа Владимир — к своим. Младшего Андрюшу разрешают зарегистрировать по месту “прописки” либо матери, либо отца.
Начальник жилищного отдела администрации Красносельского района Надежда Ломбанина фамилию Варковских узнала сразу. “Я как чиновник не имею права комментировать решения суда, — сказала она. — Могу только сказать, что суд в 98 случаев из 100 принимает решения в пользу граждан, в данном случае решил в пользу администрации. Значит, были основания…
Замкнутый круг. Сначала районные чиновники тянули время и не регистрировали жену с детьми в том единственном месте, где они могли жить. И на что имели полное право: Владимир — как член семьи нанимателя, Елена — как его законная жена. А потом отсутствие регистрации по фактическому месту жительства обернулось тем, что и самого права уже не осталось.
Сегодняшняя ситуация такова, что жить семье негде. У родственников и без них тесно. Снимать жилье с тремя детьми нереально. Зарплата Владимира — около семи тысяч рублей в месяц. А наем однокомнатной квартиры на окраине Петербурга в Красном Селе не меньше девяти тысяч.
Выселение было назначено на 23 марта. “Как же такое возможно?” — спросили мы судебного пристава, женщину. Та развела руками: “А что мы можем поделать? Плачем и выселяем”.
Впрочем, акцию все же отложили. Варковские, не согласившись с решениями районного и городского судов, обратились в Верховный суд РФ. И теперь вопрос о приостановке исполнительного производства будет отдельно рассматриваться в конце апреля.
