Главком ВМФ Владимир Масорин в Севастополе в воскресенье объявил, что решено начать серийное производство морской баллистической ракеты «Булава-М», не дожидаясь завершения летных испытаний. Основой решения послужило успешное испытание 29 июня, когда подводный крейсер «Дмитрий Донской» произвел пуск «Булавы» из акватории Белого моря по полигону Кура на Камчатке и, по утверждению ВМФ, «головная часть ракеты попала в расчетный район полигона». Впрочем, по некоторым сообщениям, на финальной стадии полета произошел сбой, и учебные боеголовки в цель не попали. Масорин это косвенно подтвердил, заявив, что «в производство будут запущены те блоки и ступени ракеты, которые показали свою надежность», а остальные, похоже, еще будут доделывать.
Из семи состоявшихся летных испытаний «Булавы» с сентября 2005-го пять закончились плачевно: взрывами ракет после старта, самоуничтожением в ходе полета или отказами на финальной стадии. При этом два официально удачных полета, 27 сентября 2005-го и 29 июня этого года, выглядят не совсем убедительно из-за плотной завесы секретности, позволяющей руководству заявлять, что ему вздумается.
По словам Масорина, должны состояться еще два испытательных пуска «Булавы», может, уже до конца года. Адмирал не исключил, что в ходе предстоящих пусков могут возникать «какие-то недоразумения, все может быть, но для этого и проводятся испытания, чтобы выявить все недостатки». Масорин уверен в конечном результате: «Мы не сомневаемся в успешном испытании ракетного комплекса «Булава-М». У нас нет другой дороги, в создание этого комплекса вложено колоссальное количество интеллектуального труда и финансовых средств».
Причем «последние испытательные пуски «Булавы» будут произведены с носителя этого комплекса — атомной подводной лодки «Юрий Долгорукий».
До этого все пуски «Булавы» были произведены с борта подводного ракетного крейсера советской постройки «Дмитрий Донской» (проект 941, примерно 50 000 тонн полного водоизмещения), частично переоборудованного под новую ракету. «Юрий Долгорукий» — головная лодка новой серии «Борей» (проект 955). Его официально только в апреле спустили на воду в Северодвинске со стапелей ФГУП «Севмаш».
Впрочем, тогда только бутылку шампанского разбили о киль занавешенной брезентом лодки в сухом доке, и злые языки утверждают, что она до сих пор там. В апреле было заявлено, что ходовые испытания «Долгорукого» начнутся только в октябре. А теперь выходит, что ему почти сразу предстоят ракетные пуски, поскольку, по словам Масорина, испытания «Булавы» должны закончиться в 2008-м. Главком утверждает, что после каждого аварийного пуска «досконально устанавливалась причина неудачи, затем она устранялась, после чего проводились детальные испытания на стендах», так что все нормально, беспокоиться не о чем.
Это смелое заявление. Например, при испытании американских морских баллистических ракет Trident I (аналог «Булавы») из 23 пусков неудачными были 3. При последующих испытаниях Trident II на 49 пусков пришлась одна авария. В советское время, добиваясь надежности, новые ракеты многократно запускали с притопленных испытательных платформ в море или со специальных «мокрых» (симулирующих морской пуск) установок на полигоне в Плесецке и потом только загружали на подлодки. А тут «сырая» ракета, не до конца готовый и неиспытанный «Юрий Долгорукий», не освоивший толком лодку экипаж — и сразу ракетные пуски.
Трудно всему этому подобрать точно подходящее литературное определение. Может, «русская рулетка», когда в барабан револьвера вставляют патрон, крутят наудачу и жмут на крючок, целя в висок, только в данном случае речь о целом экипаже и атомном подводном крейсере. Кстати, генконструктор «Булавы» Юрий Соломонов оправдывает аварии при прошлых испытаниях снижением качества материалов и комплектующих, «утратой критически важных технологий» в ВПК, нарастающей деградацией и разгильдяйством. Выходит, никаких гарантий от повторных аварий нет. Впрочем, как сообщают, именно Соломонов убедил военных, что хватит всего 10 испытательных пусков «Булавы», чтобы принять ее на вооружение.
Во время холодной войны не такое бывало. Американцы в восьмидесятые, после провальных испытаний элементов стратегической ПРО, врали об успехах, чтобы заставить наших разориться на бессмысленных «асимметричных ответах». При Никите Хрущеве на парадах по Красной площади возили муляжи несуществующих гигантских ракет, чтобы напугать супостатов, а наши первые атомные подлодки так шумели и были столь технически ненадежны, что представляли гораздо большую угрозу для собственных экипажей, чем для противника. Хрущев пугал Запад, что «мы делаем ракеты, как сосиски», и чуть не ввязался в ядерную войну с Америкой из-за Кубы в 62-м, когда у нас было развернуто всего несколько кислородно-керосиновых межконтинентальных Р-7 на открытых стартах в Плесецке и мы могли в лучшем случае забросить на территорию США 10—20 ядерных зарядов, а они на нашу — до 10 000.
Была гонка вооружений, явная угроза войны и потому — хоть какое-то оправдание бездумной горячке с серийным производством и развертыванием недоделанных систем вооружений. Почему же сегодня нельзя без спешки и атомной «рулетки» отработать новую твердотопливную «Булаву» до совершенства или отказаться от нее, если окажется ненадежна? Ведь проходят модернизацию семь лодок проекта 667БРДМ «Дельфин» или «Дельта-4», для которых налажено серийное производство усовершенствованных жидкостных баллистических ракет «Синева», так что до 20-го года Россия без морских ядерных сил всяко не останется. Кого обманываем бодрыми рапортами об успехах? Американцы, используя технические средства разведки и российские телеметрические данные о ракетных пусках, передаваемые им по договору СНВ-1, похоже, больше знают о наших вооруженных силах и о реальном ходе испытаний «Булавы», чем руководство в Кремле.
