Голодовка происходит в доме № 102 в Коркине, поселке в пригороде Красноярска. По данным чиновников, этот поселок был уничтожен еще три года назад, поскольку жить здесь было нельзя — рядом Красноярский алюминиевый завод (КрАЗ). Под его факелом у детей гнили молочные зубы, прежде чем вырастали коренные. Здесь даже юмор был свой: «упал, сломал руку в 14 местах». Кроме размягчения костно-мышечных тканей у многих отмечались хронические сердечные и легочные заболевания. Косить траву коркинцам запрещали, как и пить воду из колодцев. Привозили по бочке на семью раз в два дня. Коровы, которых пробовали здесь заводить, обезножев, умирали, картошка гнила на корню.
Коркинцы, требуя переселить их, обивали чиновничьи пороги в течение 30 лет. Пока готовились очередные постановления «по проблеме Коркина», жители умирали. В основном рак. Полсотни семей в конце 90-х все же переселили. Тогда КрАЗом командовал Анатолий Быков, и он предпочитал лично перераспределять доходы своей империи, исключив из этого процесса чиновников: напрямую одаривал страждущих. Кому — холодильник, кому — квартиру. Как при феодализме. Когда Быкова с красноярского престола сверг Александр Лебедь, он пообещал переселить оставшихся коркинцев. Средства на это продолжали брать с КрАЗа, однако потом они пропадали. По бумагам коркинцы должны были уже въехать в три многоэтажных дома, но высоток этих в реальности не было. Чиновники как-то иначе «осваивали» деньги, коркинцы продолжали «осваивать» погост. Каждому свое.
В преддверии прошлых выборов в Госдуму тема вымирающей деревни пришлась как нельзя кстати. В итоге губернатор Александр Хлопонин и владелец КрАЗа Олег Дерипаска договорились потратиться на переселение Коркина в равных долях. А деревню сровнять с землей. Но опять переселили не всех, и Коркино уничтожили не до конца. Во всяком случае, изба под номером 102 стоит. Тамошние обитатели утверждают, что у них есть все права на переселение.
