Во вторник Тверской суд Москвы признал законным объявление в розыск главы фонда «Образованные медиа» (правопреемник «Интерньюс») Мананы Асламазян. За день до этого Следственный комитет при МВД отказался завершить следствие по делу Асламазян на территории консульства России в Париже, где она сейчас находится, и провести суд в заочной форме.
Уголовное дело как началось с нелепицы, так и продолжается в этом же духе. Напомним, в январе прошлого года Манана Асламазян была задержана в аэропорту «Шереметьево-2» за то, что при пересечении границы не заявила о ввозе «крупной суммы денег». Асламазян везла деньги в евро (9,55 тысячи евро и 5,13 тысячи рублей), не рассчитав разницу в курсе валют. После этого против нее было возбуждено уголовное дело. Политический подтекст дело получило после того, как в апреле началась выемка документов в офисе «Интерньюс» и началась проверка в отношении руководства фонда по подозрению в незаконном предпринимательстве. Сама Манана Асламазян не раз заявляла, что готова понести наказание за нарушение на таможне, однако не понимает, как уголовное дело против нее может быть связано с ее профессиональной деятельностью.
Сейчас даже адвокату Асламазян Виктору Паршуткину неизвестно, в какой именно розыск — федеральный или региональный — объявлена его подзащитная. Паршуткин объяснил «Новой», что, по мнению суда, «действия следствия законны, оно располагает сведениями о том, что Асламазян находится либо в Киеве, либо в Париже, либо в Вашингтоне. Судья отметил, что те ходатайства, которые ему представил адвокат, сообщая в них, что она находится в Париже, не подтверждаются какими-либо объективными сведениями, в частности, почтовыми конвертами, откуда посылались эти ходатайства, заверениями местных территориальных органов и т.д». Паршуткин добавил, что он даже указывал в ходатайствах контактный телефон Асламазян, однако следователь с ней не связывался.
Манана Асламазян, с которой мы легко связались по ее общеизвестному телефону, также растеряна: «Я крайне удивлена, потому что я лично посылала письмо из Парижа, но судья почему-то не посчитал, что это письмо является доказательством того, что я именно в Париже. Очевидно, дело просто в том, что следственные органы не хотят заочного рассмотрения дела, а я сейчас не могу приехать в Россию. Я подписала контракт на временную работу в некоммерческой организации «Интерньюс-Европа», поэтому не могу сейчас вернуться, и честно говоря, боюсь — не зря все это затягивается… Ситуация зашла в тупик».
В прошлом году российские журналисты написали открытое письмо на имя президента Владимира Путина, в котором просили его вмешаться в историю, «наносящую очевидный ущерб нашей стране». Письмо, подписанное 2,5 тысячами журналистов, до сих пор бродит по кабинетам. Видимо, уже пора говорить о письме на имя следующего президента, так опрометчиво пообещавшего защищать гражданское общество и права человека.
