Инвалида второй группы 70-летнего Леонида Рубинштейна 30 мая по решению суда выселят из восьмикомнатной коммуналки в центре Петербурга. Судебные приставы выставят одинокого пожилого человека в буквальном смысле на улицу. Другого жилья у него нет.
Квартира коммунальная, система коридорная…
Блокадник не накопил долгов по квартплате или оплате коммунальных услуг: в скромно обставленной комнате на столе аккуратной стопочкой сложены погашенные квитанции. Дом на набережной Мойки, построенный в 1863 году и ни разу не видевший капитального ремонта, не приглянулся никому из инвесторов. Не входит он и в планы по расселению коммуналок и ветхого аварийного жилья.
В восьмикомнатной коммунальной квартире — с деревянным холодильником за окном, общим дисковым телефоном на стене, испещренной записями и номерами: «пенсия», «сантехники», «поликлиника», с длинным коридором и местами общего пользования — Леонид Рубинштейн прописан около десяти лет и проживает по договору социального найма с районной администрацией. То есть приватизировать или выкупить комнату он никогда не сможет, но коротать свой век здесь имеет право.
Сначала нанимательницей комнаты была гражданская жена Леонида Рубинштейна. В 2004 году она умерла, после чего по решению суда блокадник переоформил договор на себя и жил спокойно. Но только до того момента, пока о переоформлении не узнала соседка старика по коммуналке — Надежда Рейх. Хозяйка 12-метровой комнаты в коммуналке фактически не живет. И судя по такому же большому, как и у Рубинштейна, количеству квитанций — только неоплаченных и брошенных ворохом на общей кухне, — даже заглядывает в дом на Мойке редко. Тем не менее Рейх уверена, что 36 квадратных метров в центре Северной столицы так же законно — по праву преимущественной покупки, например — могли бы достаться ей, а не блокаднику.
Чиновник дал, чиновник взял
Много лет градоначальники вспоминали о Рубинштейне лишь накануне 9 Мая — в поздравительных открытках. В последнее время имя блокадника стали повторять значительно чаще — в судебных повестках.
Как ни странно, в тяжбе за комнату петербургские чиновники заняли сторону Надежды Рейх. Настойчивая соседка обжаловала решение суда о предоставлении жилплощади Леониду Рубинштейну и добилась пересмотра дела. Однако 17 декабря 2007 года районный суд вынес решение: «Блокадника не выселять, признав за ним пожизненное право пользования комнатой». Тогда в этот, казалось бы, частный спор вмешалась районная администрация и направила в городской суд Петербурга кассационную жалобу, которую лично подписал глава Адмиралтейского района Константин Шмелев. В итоге 6 февраля 2008 года коллегия горсуда отменила решение, принятое в пользу Рубинштейна, и вынесла новое: «Выселить без предоставления другого жилого помещения».
Зимой старого больного человека выгонять не стали: холодно и негуманно. Подождали «до конца отопительного сезона». Теперь, видимо, по логике чиновников, которые не дают Рубинштейну никакого другого угла, блокадник на улице не замерзнет…
«Помните ли Вы?»
От безысходности Рубинштейн написал письмо президенту России Дмитрию Медведеву. Размножил. Смастерил из пластиковых контейнеров и свечей 900 корабликов. Снабдил каждое «судно» посланием, зажег свечи и спустил по Неве. Несколько корабликов выловили в реке петербуржцы.
— До такого состояния старика довели! — Возмущался Генрих Гончаренко (молодой человек поймал «почту» у Петропавловской крепости). — Даже дико: люди занимают высокие посты, говорят много слов, а одному маленькому человеку не могут помочь…
— Может, я и не стал бы апеллировать к Медведеву, но, — констатирует Рубинштейн, — в России никакую проблему нельзя решить на том же уровне, на котором она возникла (никто из петербургских чиновников не снизошел до встречи со стариком. — Н.П.). — Медведев обещает к 2010 году выделить жилье всем ветеранам войны и блокадникам. Но мне, инвалиду и блокаднику, ничего выделять не нужно — просто не делайте меня бомжом. Дайте дожить под крышей. А потом комната все равно отойдет государству по условиям социального найма.
Конечно, ни один из 900 корабликов с обращением к Медведеву не доплыл до адресата. Впрочем, это был не столько расчет на помощь, сколько — крик отчаяния. «На днях ко мне придут судебные приставы, чтобы вышвырнуть меня на улицу, — пишет президенту Леонид Рубинштейн, — и с подачи чиновников Смольного сделать еще одного бомжа… Куда мне деваться? Где мне жить?.. Уже понятно, что отправлять чиновникам почту — занятие бессмысленное. Поэтому посылаю Вам жалобу морским путем… Я сделал 900 корабликов со свечами и отправляю их по Неве с 900 копиями письма …900 — число дней блокады Ленинграда. Я это хорошо помню. Помните ли Вы?».
Прямая речь
Валентина Матвиенко, губернатор Петербурга (в послании к городскому Законодательному собранию от 23 апреля 2008 года):
— До 2010 года мы должны обеспечить достойным жильем всех без исключения ветеранов и блокадников. Такую задачу перед всеми регионами поставил избранный президент России Дмитрий Медведев. И мы в Петербурге обязательно ее выполним.
Наталья Салтыкова, пресс-секретарь главы администрации Адмиралтейского района Петербурга:
— Леонид Рубинштейн претендует на жилую площадь незаконно. Администрация района подала исковое заявление с требованиями о признании Рубинштейна не приобретшим права пользования комнатой и о его выселении, а также о признании недействительным договора социального найма, заключенного между Рубинштейном и администрацией. Полно и всесторонне исследовав доказательства, городской суд пришел к выводу, что Рубинштейн не являлся членом семьи Елены Зрюкиной (гражданская жена Рубинштейна. — Н. П.), права пользования жилплощадью не приобрел и подлежит выселению. Администрация района направила письмо в службу судебных приставов с просьбой об исполнении решения суда и определении сроков выселения Леонида Рубинштейна.
