Если раньше имя украинского юриста Евгения Корнейчука мелькало разве что в контексте каких-нибудь корпоративных разборок, то сегодня оно на всех лентах новостей. Российский МИД объявил этого человека, занимающего должность замминистра юстиции, персоной нон грата.
Герой воспринял новость спокойно. Он готов принести жертву Родине, если она избавит Украину от визитов Лужкова. Впору заподозрить МИД в изощренном издевательстве над московским градоначальником. Обменять мэра столицы на какого-то замминистра! Но не все так просто. Корнейчука выделили потому, что в общем хоре антилужковских и антироссийских заявлений украинских политиков после инцидента в Севастополе он один замахнулся на святое — на Путина.
В интервью сайту «Сейчас» Корнейчук заявил: «После последних заявлений бывшего российского президента Путина о том, что Украина — не государство, я думаю, было бы логическим поставить вопрос и относительно этого должностного лица». Для тех, кто не в курсе: публично Путин ничего такого не заявлял, но после саммита в Бухаресте ходили слухи, что на закрытых переговорах с Бушем он сильно унижал Украину.
Казалось бы, зачем обращать внимание на юристов, комментирующих сплетни. На фоне Путина пиарится чиновник. Но Корнейчук недолго радовался свалившейся на него славе, поскольку объявлением его персоной нон грата дело не закончилось. Накануне саммита СНГ в Минске новый российский премьер вдруг отказался встречаться с Юлией Тимошенко, хотя об этом было договорено заранее. «У меня нервы, как канаты», — свирепо заявила железная пани и все-таки добилась рандеву. Корнейчуку же, который является ее подчиненным не только в правительстве, но и в партии, скорее всего, досталось на орехи. Юлия не любит, когда соратники пиарятся.
Ее сторонники сразу же кинулись принижать подвиг Корнейчука, спасшего Украину от Лужкова. «Я думаю, что это несерьезно. Евгений Корнейчук не ездил на Кубань и не говорил, что Кубань — это украинская земля, которая была открыта и освоена украинцами», — заявил нардеп от Блока Тимошенко Олег Билоус.
Я на Кубани никогда не была, но знающие люди утверждают, что заявить о ее украинской принадлежности местным жителям может рискнуть разве что политик-боксер Виталий Кличко. Если бы Корнейчук сделал это, то Лужков для симметрии должен был бы попробовать просто выступить (хотя бы даже и о российско-украинской дружбе) на площади Рынок во Львове.
Но Юрий Михайлович предпочел агрессивным галичанам дружественные толпы севастопольцев. Если вдуматься, по-настоящему внутригосударственному покою угрожает не московский мэр, а сам город, который так и не почувствовал себя украинским.
Это прекрасно осознает молодой заместитель председателя госадминистрации Севастополя Дмитрий Базив. Заняв должность после «оранжевой» революции, он быстро понял, что убедить аборигенов носить украинские вышиванки и любить Тараса Шевченко больше Пушкина не удастся. И предложил просто заменить несознательное население на сознательное. На полном серьезе в статье, опубликованной в самой влиятельной киевской газете, севастопольский чиновник обосновывал завоз в «город русской славы» крупной партии женщин с Западной Украины, которые должны будут создавать семьи с украинскими моряками и рожать украинских детей.
Примерно так же некоторые российские политики смотрят на Украину. В целом эта страна их не устраивает: восток и юг у нее правильные, а запад — нет. Жириновский, например, недавно заявил, что если бы он был президентом, то добился бы раскола соседнего государства.
Чем хороши простые решения: их можно принимать не думая. Расколоть страну, заменить негодное население, объявлять всех чиновников персонами нон грата — все это делается без напряжения извилин. В мире простых решений всегда есть место для пиаровских подвигов.
