Ровно три месяца назад молодых мусульман Тимура Саидгареева, Равиля Мура¬това и Владислава Баранова, которых спецслужбы обвиняли в подготовке несостоявшегося покушения на губернатора Петербурга Валентину Матвиенко, оправдал суд присяжных. Прокуратура обжаловала вердикт, однако около месяца назад Верховный суд оставил оправдательный приговор в силе. Однако участники громкого процесса до сих пор не могут найти работу, посещать мечеть и даже просто лишний раз выйти на улицу.
В мечети Тимура, Равиля и Влада встретили холодно (все трое еще до ареста приняли ислам. — Н. П.). По мнению бывших подследственных, братья по вере испугались их, единожды попавших в поле зрения ФСБ, как черт ладана:
— К нам сразу же подошли люди от муфтия Джафара Пончаева и передали, что мы должны отсюда уйти и больше в мечети не показываться.
Никто из троих не смог вернуться на прежнее место работы и учебы: Владислав Баранов так и не окончил профтехучилище, профессиональный компьютерщик Равиль Муратов был вынужден уволиться, Тимур Саидгареев после оправдания отработал на петербургском заводе «Красный Октябрь» (где до ареста к нему претензий не имели) чуть больше месяца. В мае ему тоже пришлось уволиться — «по собственному желанию». Расчет Тимур Саидгареев не может получить до сих пор.
— Когда я впервые попытался снять деньги с банковской карточки, оказалось, что она заблокирована, как мне объяснили в Сбербанке, по Закону «О противодействии отмыванию доходов и финансированию терроризма», — рассказывает Тимур. — Получать зарплату я отправился уже прямо в филиал Северо-Западного сбербанка, где меня заставили оформлять новую карту. Спустя месяц я опять пришел в банк за зарплатой, но мне отказали и в карте, и в деньгах на том же основании: я считаюсь «пособником террористов».
Как объясняет адвокат Саид¬гареева Владислав Лапин¬ский, скорее всего, имена троих подсудимых по «делу Матвиенко» все еще не исключены из «сторожевика» — документа силового органа, в котором помимо личных данных указываются статья Уголовного кодекса, по которой проходил человек, а также мера пресечения и другие сведения, необходимые для ограничения свободы конкретного лица.
