– Международная дипломатическая практика предлагает алгоритм выхода из кризиса. Если применить его к ситуации в Южной Осетии, то первым шагом должно стать восстановление статус-кво, положения, существовавшего до грузинского нападения восьмого августа. Это означает, что грузинские и российские войска должны отойти, оставив в зоне конфликта миротворцев. Второй шаг — заключение соглашения о неприменении силы, которое должно сделать невозможным повторное нападение. Это то, что грузинскому руководству неоднократно предлагали, и то, от чего оно отказывалось, заявляя, что против своего народа не пойдет. Третий шаг — стороны садятся за стол переговоров и разрешают некоторые практические вопросы, например, обмен пленными и телами погибших.
Дальше стороны начинают думать, как жить. Я вижу три варианта. Первый: стороны возвращаются к положению, существовавшему до войны, но в рамках соглашения о ненападении. Второй вариант: Южная Осетия соглашается на автономию, предложенную Грузией, и входит в ее состав не только формально, но и практически. Этот вариант, по-моему, исключен. Третий вариант — Россия забирает Южную Осетию себе. Это маловероятно: совершенно не выгодно России, грузины с этим не согласятся, а мировое сообщество никогда не примирится. Поэтому первый вариант мне кажется наиболее осуществимым.
Для этого нужна определенная степень доверия, а после войны этого добиться очень тяжело. Поэтому, думаю, надо дать поработать времени. Вспомним недавнюю историю Кипра. Греческие «черные полковники» преследовали турок. Турецкие военные захватили часть территории острова (операция «Аттила») и основали государство. Турецкую Республику Кипр не признавал никто, кроме Турции, и считалось, что она не выживет. Прошло время. Греки и турки стали ходить друг к другу в гости, а теперь начинают думать о том, как объединиться.
У ООН умиротворить стороны пока не получается, а посредничество НАТО исключено. Остается Евросоюз, и я надеюсь, что мы выберем в качестве посредников европейцев: вряд ли они будут нам рассказывать, что делать, при этом приличия будут соблюдены.
Нужны время и добрая воля политических лидеров, отказ от силовых попыток решения проблемы. Михаил Саакашвили дискредитировал себя тем, что его неоднократно предупреждали (в последний раз это произошло в Японии, во время недавнего саммита): силовая акция — это то, на что Россия не сможет не отреагировать (я не говорю сейчас о соразмерности реакции), потому что у нас посыпался бы тогда весь Кавказ. Нельзя не защитить клиента, которому вы не даете оружие, уверяя, что сами его защитите. Нельзя не защитить своих. Америка или Израиль точно не смолчали бы, если бы по их солдатам стреляли.
Мы должны, по Вольтеру, «ударить и отдернуть руку». Мне хочется думать, что Россия займет благоразумную позицию, но вопрос в наших военных и в раздражительности наших руководителей. Сейчас военные явно стремятся уничтожить как можно больше военного потенциала Грузии, и любые военные — не только российские — действовали бы точно так же. Но делать это надо быстро, а этого мы не умеем. Акция идет несколько дней, довольно неуклюже. Что сделали бы американцы? Как только они узнали бы, что на их клиента напали, в течение нескольких часов был бы нанесен жуткий бомбовый удар по позициям и скоплениям неприятельских войск. Враг разбит — военные с невинным видом отходят в сторону, уступая место дипломатам.
Что касается официального заявления украинского МИДа, что украинцы могут не пустить Черноморский флот обратно в Севастополь, то практическое значение оно вряд ли имеет — не будут же они стрелять по российским кораблям. Это способ заявить о своей позиции по поводу конфликта в Южной Осетии, дать понять, что в этом споре Украина поддерживает Грузию.
ОБ АВТОРЕ. Анатолий АДАМИШИН — кадровый дипломат. В разное время он занимал посты замминистра иностранных дел СССР, первого замминистра иностранных дел России, посла в Италии и в Великобритании, министра России по сотрудничеству с государствами СНГ.
