Авиационный кризис — это не цены на нефть, указы ФАС и совещания у Сергея Иванова. Авиационный кризис — это когда сотни людей сутками живут в аэропорту, а авиакомпанию можно закрыть, если ее маршруты приглянулись кому-то еще.
17 октября, 13.00. Табло вылета в аэропорту Домодедово сообщает о задержке трех рейсов: в Магадан (его ждут еще с 14 и16 октября), Иркутск и Благовещенск.
Тех, кто покупал билеты в кассах аэропорта, отправляют сдавать билеты в Москве: по Домодедову прошел негласный приказ — денег не возвращать.
Глава представительства «Интеравиа» Евгений Якушев сообщает мне: ситуация налаживается, вчера удалось отправить магаданских пассажиров, не улетевших 9 и 11 октября. Сначала отправить хотели только женщин и детей, независимо от времени ожидания, но пассажиры не согласились.
Осталось около 300 человек из Магадана, Благовещенска и Иркутска. Все ждут вылета в доме отдыха «Бугорок». Магаданцы должны улететь сегодня в 18.50, когда вернутся два самолета. В Благовещенск полетят завтра, в Якутск сегодня пассажиров отправит авиакомпания «Якутия». Завтра улетят последние из сидящих в гостинице. Дальше — обещают по расписанию.
14.00, в офисе «Интеравиа» на пятом этаже появляется группа депутатов от ЛДПР:
— По телевизору показали, у вас тут люди с детьми сидят. Мы им соков купили, еды всякой. Где они у вас тут? Как это дети улетели? А что нам с этим всем теперь делать?
14.10, справочное бюро Домодедова. «Рейс на Магадан отменен. Рейс на Благовещенск отменен. Сегодня «Интеравиа» никуда не летит», — объявляет сотрудница аэропорта. На табло напротив номеров всех рейсов по-прежнему надпись: «Задержан до 18.50». Вместе с пассажирами снова поднимаюсь на пятый этаж. Евгений Якушев пожимает плечами: рейс будет, договоренность с администрацией Домодедова действует с утра.
В 15.00, в Министерстве транспорта РФ начинается совещание по поддержке авиакомпаний. Участвуют Геннадий Курзенков (бывший глава Ространснадзора, назначенный вчера главой Росавиации), представители Ространснадзора, Росаэронавигации, нефтяных и авиакомпаний, Минфина, таможенной службы, Минэнерго, Торгово-клиринговой палаты.
Одновременно руководство авиакомпании «Интеравиа» отправляется на совещание у заместителя министра транспорта Бориса Короля.
15.20, курилка на пятом этаже Домодедова.
— Все плохо, — Якушев стоит, глядя в точку на стене. — «Якутия» пассажиров не взяла. Позвонили сейчас из Внукова, рассказали. А мы же договорились, деньги им обещали перевести… Не понимаю.
Вылет рейса в Магадан, еще час назад казавшийся запланированным, внезапно оказывается под вопросом. В центральном офисе «Интеравиа» сообщают: в договоре с аэропортом Домодедово возникли проблемы. Руководство «Интеравиа» совещается в Минтрансе, на звонки не отвечает. Что говорить пассажирам, непонятно.
Два Ил-62 из Магадана приземляются в Домодедове.
15.00, база отдыха «Бугорок». Три автобуса приезжают за пассажирами магаданского рейса. Людей предупреждают: едем наудачу. 11 человек отказываются покидать гостиницу. Пассажиры рейса в Иркутск (26 человек) и Благовещенск (56 человек) выдвигают своих делегатов, которые тоже садятся в автобус.
16.20, зал регистрации. «Где помада?! Дайте помаду на две буквы!» Склеив скотчем листы бумаги, алой помадой пассажирки магаданского рейса рисуют плакат: «Мы хотим домой — в Магадан». Немного подумав, дописывают адресата: «Путин — Единая Россия». Плакат разворачивают к камере «Вестей», потом прикрепляют к мониторам над стойкой регистрации. Пока в зале всего человек 30 — те, кто жили у знакомых или решили ночевать в аэропорту.
15.50. Приезжают люди из «Бугорка». В зале регистрации все на взводе. В офисе Якушев набирает номер директора авиакомпании. Тот в очередной раз сбрасывает звонок. Совещание в Минтрансе продолжается. К людям выходить не с чем.
17.10. Пассажиры сидят на тележках для багажа и строят планы: «Перегораживаем вход в аэропорт, выход к самолетам, требуем представителей Домодедова, «Интеравиа»… Кого еще?»
Возмущенно вспоминают журналиста, в телевизионном сюжете заявившего: добираться теперь магаданцам поездом. Поезда на Колыму не ходят. Кроме «Интеравиа» туда можно добраться только «Аэрофлотом» и «Владивостокавиа», но билеты остались только на 22 октября, по 33 тысячи рублей в одну сторону. Раньше в Магадан летали «Дальавиа» и «Домодедовские авиалинии», но теперь «Дальавиа» готовится к банкротству, ДАЛ из-за развала альянса AirUnion фактически не летает. Половина пассажиров, перебивая друг друга, рассказывают, как так же, сутками, ждали вылета на Москву.
Истории пассажиров похожи. Все опаздывают на работу, к детям, все не могут позволить себе купить другие билеты. Самый дешевый тариф «Интеравиа» — 27 тысяч туда и обратно. На отдых «в России» копят два года. Возвращаются, понятно, без денег.
Ирина Владимировна живет в поселке Дукат. 9 часов на автобусе от Магадана до города Омсукчан плюс такси. Автобус ходит два раза в неделю. Если самолет вылетит сегодня, еще дня три придется жить в Магадане.
26 пассажиров из Иркутска должны были улететь еще 13—15 октября. Ира, бухгалтер из Иркутска, отпросилась в Москву на три дня. В понедельник должна была выйти на работу. Вместо этого четыре дня живет в «Бугорке». Улететь невозможно: всю неделю пассажирам предлагали только билеты «Сибири» по 20 тысяч рублей (у «Интеравиа» они стоят шесть). В среду Ире позвонил начальник и объявил, что она уволена. На просьбу Иры дать справку, что она осталась в Москве из-за отмены рейса, в «Бугорке» ей честно выдали бумагу, что она «находится на реабилитации в доме отдыха».
Итог на 17.00: два Ил-62 «Интеравиа» заправлены и готовы к вылету. Около 200 пассажиров собрались в холле и обещают перекрыть вход в аэропорт. Информационные службы Домодедова объявляют, что рейса на Магадан не будет. На табло — всё то же: «Задержан…». В представительстве «Интеравиа» повисла длинная пауза: совещание в Минтрансе продолжается. «Только бы нас выпустили», — молятся в «Интеравиа».
17.10, в офис авиакомпании «Московия» приходит распоряжение Минтранса: выполнить рейс Москва — Магадан. Сегодня, в 23.30. Вместо «Интеравиа». Еще час назад этого не ожидал никто.
17.15, курилка Домодедова
— Да какой код-шеринг*, какие деньги, — отмахивается от моих вопросов сотрудник «Московии». — Под гарантии Левитина летим, какие еще документы?
— А ваш экипаж магаданский аэропорт знает?
— Да ну, они же летчики-испытатели, справятся. Да и кто нас спрашивает?
17.20. В офисе «Интеравиа» — паника:
— У них Ту-154, понимаете? 167 мест. Пассажиров — больше 200. А я ведь людям обещал, что отправим всех.
Подсчитываем минусы: у «Московии» нет дальнемагистральных самолетов, придется лететь на Ту-154М с дозаправкой в Новосибирске. Вместо восьми часов полет займет 10. Норма багажа для «Ила» — 30 кг на пассажира, для «Тушки» — 20 кг. Минимум 40 пассажиров не поместятся…
Плюсы? «Московия» — государственная компания. Какие еще нужны плюсы?
18.00, в офис «Интеравиа» приезжает замдиректора компании Владимир Летик. О распоряжении Минтранса он узнает от Якушева.
Никто не может объяснить, почему два свободных Ил-62 «Интеравиа» остаются на земле.
19.30. Дверь представительства распахивается, в офис врываются авторы написанного помадой лозунга.
— Ту-154? Через Новосибирск? Вы нас там бросите и похороните! Не полетим!
Дверь с грохотом захлопывается.
20.00. В офис «Интеравиа» заходит начальник отделения транспортной милиции Домодедова:
— Кто там у вас сидит? Зачем вы их сюда привезли?
— Это наши пассажиры. Они ждут рейса.
— А нам они тут зачем?! Успокойте их или уберите!
Владимир Летик вместе с милиционером спускается в зал.
20.05. В зале регистрации Летика окружает разъяренная толпа.
— Забирайте «Ту» себе и возите на нем ваших детей, — за полчаса паника охватила большинство пассажиров. — Мы хотим «Ил»! Возьмите топливо у «Московии» и летите сами. В Новосибирске -10, а мы в легкой одежде. Вы хотели нас там оставить? Дайте прямой рейс!
— Мы готовы лететь сами, — Летик говорит спокойно. — Мы делаем все, чтобы сохранить нашу компанию. Но у нас есть распоряжение Минтранса…
— А дети?! Вам на детей тоже плевать?! — пожилая женщина вырывает у матери ребенка, тащит к телекамере и протягивает Летику. Тот машинально берет его на руки, ребенок кричит и тянется к матери. С криком «Отдайте ребенка» мать выхватывает сына и тоже плачет.
Люди не очень понимают, что скандировать. «Тре-бу-ем «Ил»!» — начинает кто-то, но голос теряется в общем крике: «До-мой! До-мой! Ко-лы-ма!»
Решают задержать Летика и заставить лететь в Магадан.
— Блокируйте толстого! Не выпускайте, он наш заложник! — кричат пассажиры.
— Заложники не только вы, заложники и мы тоже, — Летик все чаще утирает пот со лба. — Если мы будем летать — улетите и вы. Поверьте, это не наше решение.
В курилке коллеги из соседних с «Интеравиа» офисов невесело обсуждают, какая авиакомпания будет следующим банкротом.
21.30. В Домодедове объявлена регистрация на рейс Москва — Магадан.
Я занимаю очередь для одного из пассажиров и через несколько секунд оказываюсь в центре толпы. Становится известно: в Ту-154 поместятся не все. Надо успеть. Толпа спрессовывается, обтекая тележки для багажа. Кто-то просит выпустить зарегистрировавшихся, но люди напирают сильнее. Пожилую женщину зажимают между тележками, она кричит.
23.30. Рейс отправляется. Сорок магаданцев увозят назад в «Бугорок».
18 октября, 11.00. Информационный канал «Вести»: «Минтранс выражает благодарность авиакомпаниям «Аэрофлот» и «Московия» за помощь в перевозке всех пассажиров «Интеравиа», которые не могут вылететь из Домодедова… Авиационные власти РФ приняли всевозможные меры для обеспечения полетов «Интеравиа» из аэропорта Домодедово».
Объявлено, что рейсы «Интеравиа» берут на себя «Аэрофлот», «Московия» и S7. Поднимутся ли в воздух самолеты «Интеравиа», неизвестно.
* Вид соглашения между авиакомпаниями
Как все начиналось
Задержки и отмены рейсов «Интеравиа» начались 9 октября. За день до этого Евгений Бачурин, тогда еще глава Росавиации, запретил продажу билетов на рейсы «Интеравиа» с 26 октября из-за задолженности перед поставщиками услуг. Повеяло полным закрытием авиакомпании. И все, кому «Интеравиа» была должна, одновременно закрыли кредит, отказавшись поставлять топливо и обслуживать самолеты. «Колыма-нефтепродукт» отказалась выпускать самолет «Интеравиа» из Магадана, администрация Домодедова — обслуживать самолеты. В результате в среду в Москве вылета ждали 19 рейсов. К пятнице их осталось четыре: ближние рейсы в Сочи, Махачкалу и Минводы авиакомпания отменила (туда летает много других авиакомпаний), а вот отправить пассажиров на дальние расстояния оказалось некому.
