Автомобильный мост через Енисей, построенный под Красноярском, был закрыт для движения транспорта сразу после его торжественного открытия Владимиром Путиным. Премьер уехал, и автомобилистов теперь встречают дорожные знаки, запрещающие проезд по открытому мосту. Оказалось, под аплодисменты разрезая ленточки, открывали не мост, а мост-символ. Он оснащен датчиками слежения за ним из космоса, но дорога к мосту с левого берега еще не подведена. Мосты в России, покорившей космос и покоряющей нанотехнологии, — совсем не то, чем кажутся.
Мост задуман как составная часть «глубокого обхода» Красноярска и, возможно, со временем позволит объезжать город транзитному транспорту, движущемуся по федеральной трассе М-53. Мост покрашен в цвета российского флага. Красный и синий. Подходящую краску патриотам земли русской продал Израиль. Белый цвет, по задумке мостостроителей, дадут облака, проплывающие над мостом. Если отвлечься от лирики, то в ГИБДД ГУВД Красноярского края сообщили, что мост действительно принят, но не открыт для пользования, поскольку кроме недостроенной дороги отмечено много недоделок, угрожающих безопасности движения. Заявлений в ГИБДД о каких-либо сроках введения в эксплуатацию этого участка трассы не поступало.
Торжественные церемонии открытия первыми лицами государства объектов федеральной магистрали, соединяющей восток и запад России, стали традиционными. Напомню: в феврале 2004 года Владимир Путин, тогда — президент России, на мосту через Амур перерезал ленточку, окрашенную в цвета российского триколора (это непременная деталь). После этого по мосту проехала колонна из четырех грузовиков. Так президент открыл сквозное движение по федеральной магистрали, «окончательно связавшей автомобильным сообщением берега Тихого океана и Балтики». Глава государства тогда сказал: «Теперь по земле шоссейной дорогой восток и запад страны соединены, и соединены надежно».
Между тем надежной, магистральной дороги, несмотря на все заявления, до сих пор как не было, так и нет. Многие ее участки — например, на границе Красноярского края и Иркутской области, между Читой и Хабаровском — по-прежнему представляют собой гравийную дорогу, изрытую воронками и ямами.
Чиновники обещали полностью закончить обустройство федерального коридора Москва—Владивосток в 2008 году. Это шоссе, по их разумению, должно было стать полноценным звеном трансконтинентальной магистрали Париж—Берлин—Москва—Владивосток. Другие чиновники брали повышенные обязательства, говоря, что панъевропейскую автомагистраль сдадут в эксплуатацию в 2007 году. Все это время нам регулярно рассказывают о дороге, которой нет. Есть направление. Езда в этом направлении, как и во времена А.П. Чехова, проехавшего Сибирским трактом в позапрошлом веке, «у людей выворачивает душу, а у экипажей ломает оси».
Собственно, мы без претензий. Надо, видимо, осознавать, что висим на шее правительства тяжелым ярмом, и снизить уровень требований. Мост ведь действительно построен? Построен. Покрашен в красно-синее. Почему мосты в конце концов должны отличаться от наших судов, системы образования, свободы слова? Ведь все это вроде бы есть — пока не столкнешься напрямую с тем, что названо этими словами.
