Подводим итоги истекшего года, строим из песка перспективы… Небеса хохочут над нашим планированием, а мы упорно раскладываем пасьянс. Что было? Что будет? Чем сердце успокоится? Вышагивая из високосного «восьмого» в кризисный «девятый», кинематографисты нагадывают себе тревожное будущее.
Что было?
Обвыкнув нещадно критиковать все доморощенное, мы не замечаем ни вполне очевидных успехов российских кинематографистов, ни новых тенденций в отечественной киноиндустрии. Между тем прошлый год оказался урожайным на награды. «Бумажный солдат» Алексея Германа-младшего завоевал престижнейшие призы за режиссуру и операторское мастерство в Венеции, «Тюльпан» Сергея Дворцевого увенчан главным призом каннского «Особого взгляда» и букетом наград, собранным по всей планете. «Русалка» Анны Меликян названа лучшей работой в международном конкурсе Санденса (и выдвинута от России на «Оскар»). Международным сообществом замечены и отмечены картины «Дикое поле» Михаила Калатозишвили, «Пленный» Алексея Учителя, «Все умрут, а я останусь» Валерии Гай-Германики, «Шультес» Бакура Бакурадзе.
Кино озаботилось жизнью реальной страны. И хотя зритель рублем голосовал за киносказки и незамысловатые комедии вроде «Иронии судьбы. Продолжение», «Жара», «Любовь-морковь», независимые авторы пусть еще робко, но пытались пробудить в охочей до развлечений публике желание мыслить. Размышлять над прошлым, продолженном в настоящем («Бумажный солдат»). О войне, замораживающей в человеке человеческое («Пленный»). О чудовищном одиночестве подростка («Все умрут…»). О тотальной изоляции тысяч анонимов в современном мегаполисе («Шультес»). О галлюциногенном дурмане как средстве побега из черно-серой реальности («Нирвана»). В современное российское кино пришли герои с атрофированной памятью. «Никто», живущие «нигде», пытающиеся нащупать твердь под ногами.
Профессиональные итоги года подвела Национальная премия кинокритики и кинопрессы «Белый слон». Более 100 отечественных игровых фильмов в конкурсе. Как бы скептически ни относились практики кино к теоретикам, именно «Белый слон» — самый независимый из смотров — становится лоцманской картой для конкурирующих премий «Золотой Орел» и «Ника». Призовой расклад оказался взвешенным, свободным от прогиба под изменчивой конъюнктурой и влиянием киноистеблишмента. Лучшим фильмом названа лента Михаила Калатозишвили «Дикое поле» — меланхолическая развернутая метафора российской жизни. Бескрайняя пыльная степь, над которой реет ангел смерти — образ безвоздушного мира. Награждены также музыка Алексея Айги и сценарий, сочиненный талантливым тандемом — Луцик и Саморядов. Также отмечены Олег Долин за главную роль в картине и Роман Мадянов за роль второго плана.
Лучший режиссер — Алексей Герман-младший. Лучшая актриса — Ксения Раппопорт, сыгравшая роль оперной дивы, растворившейся без остатка в российской глубинке, в мистерии Кирилла Серебренникова «Юрьев день». Лучший дебют — «Шультес» Бакура Бакурадзе. Выяснилось, что номинация «Дебют» в прошлом году оказалась самой многочисленной и остроконкурентной. Еще одно свидетельство того, что в отечественном кино окончательно произошла смена поколений. Мэтры с большой неохотой уступили профессиональный пьедестал еще не слишком умелым, но чувствующим ток времени дебютантам.
Звонким финалом года стали две мегапремьеры. На пике вхождения в турбулентную зону кризиса младшие Тодоровский и Бондарчук успели завершить многомиллионные проекты — «Стиляги» и «Обитаемый остров». Вряд ли после разразившегося кризиса независимые продюсеры и инвесторы решатся на подобные риски.
Что будет?
Отмеченные фестивалями картины снимались в основном набирающими силу небольшими продюсерскими компаниями. Более 40% отечественных проектов сняты без госфинансирования. И если раньше производством фильмов занимались исключительно крупные киностудии во главе с «Мосфильмом», то в последнее время производством фильмов занимались более 300 компаний (доля крупных кинокомпаний всего 12%). Но еще до кризиса вызрела идея создания идеологически выверенных «особо ценностных проектов», которая принята на ура. Теперь все гадают, кто же войдет в число избранных продюсерских центров — будущих мейджоров, достойных талантливо претворять в жизнь госзаказ. Конечно, глобальный кризис — не лучшее время для блокбастеров. Но вряд ли это коснется блокбастеров государственного значения.
В канун Нового года при Правительстве РФ создан Комитет по развитию отечественной кинематографии, который возглавил лично Владимир Путин. Судя по пресс-релизу, полномочия нового органа безграничны. К нему на «рассмотр» будут стекаться предложения по господдержке производства, проката, показа отечественного кино и его распространения за рубежом. Он и предложения по мерам защиты российского кинорынка будет готовить. Возникает резонный вопрос: а чем же будет заниматься Минкульт и его кинодепартамент?
Пока же поле госзаказа плодотворно удобрил «Адмирал» Андрея Кравчука. Пафосная, ура-патриотичная и ура-православная картина и кассу собрала неплохую, и явно лидирует в конкурсе «Золотого Орла». Претендующий на звание главной Госпремии в области кино «Золотой Орел» выдвигает «Адмирала» аж в восьми номинациях, включая «Лучший фильм». Только отчего-то режиссер Андрей Кравчук, снявший, по мнению «орлиных» академиков, лучшую картину года, — не попал даже в номинацию «Лучшая режиссура».
Небольшие компании, чувствуя реальную угрозу своему существованию, пытаются объединиться. Кстати, прошедший съезд, результаты которого через суд силится отменить дружина Никиты Михалкова, стал катализатором объединения сил кинематографистов нового поколения в ассоциацию. Что же касается судьбы самого Союза кинематографистов, то она весьма туманна. Слишком хорошо известно, как творится у нас судопроизводство. Понятно, что последнее слово останется за нынешним руководителем отечественного кино. Имя его, напомню, Владимир Путин. И если особо ценностные мэтры убедят, «мол, не в том дело, что осмелевшие киношники позволили себе выбрать в председатели не кого велели, а кого уважают, а в том, что в СК гнездится заговор, затеянный забугорными соросами-абамами», — жди недоброго. Хотя в пору экономического упадка СК мог бы стать антикризисным центром, аккумулирующим идеи, налаживающим диалог с правительством, защищающим и продвигающим российское авторское кино и компании, его производящие.
Чем сердце успокоится?
Покой нам — по давней традиции — только снится. Новогодние праздники подарили зрителю возможность лицезреть на экране особо изобретательные фантазийные сны о свободе. Вместе с «Обитаемым островом» помечтать о будущем, вместе со «Стилягами» вспомнить прошлое. Кстати, ни в коем случае не следует отождествлять многомиллионные и зрелищные картины младших Тодоровского и Бондарчука с гипотетическими «особо ценностными» проектами, которыми нас одарят в ближайшем будущем. «Обитаемый остров» и «Стиляги» прославляют свободу отдельно взятого человека в тоталитарном обществе. Увы, тема сегодня немодная.
Однако, судя по бокс-офису предновогоднего уик-энда, зритель предпочел семейно хохотать над генитальными шутками второй «Любови-моркови».
