От редакции
Любую войну начинают политики. А расплачиваются за нее обычные люди. Которых политики холодно и технологично называют населением. Эти люди-население страдают, теряют жилища, друзей и близких, свою собственную жизнь. Вне зависимости от того, кто войну развязал, а кого в нее втянули, кто нападал, а кто оборонялся. Для затянутых в воронку войны это всегда катастрофа. И если посмотреть на все это с единственно возможной для выживания человеческого рода точки зрения
универсального гуманизма, то мы поймем, что страдания уравнивают всех невинных жертв войны: жителей Сталинграда и Дрездена, Цхинвали и Гори, Сдерота и Газы. У них всех без исключения — своя правда, оплаченная страданиями и кровью. Эта правда выше сравнительной
арифметики потерь и рассуждений об ответственности за действия политиков.
В этой войне для одних главное — жизни своих граждан, и они готовы защищать их, несмотря на осуждение ООН. Для других собственное население — заложники, живой щит своей идеологии. Это тупик...
Варианты
В первом номере «Новой газеты» за этот год известный эксперт по Ближнему Востоку доктор исторических наук Георгий Мирский подробно рассказал о причинах и сути нынешнего конфликта вокруг сектора Газа. На этот раз он поделился своими соображениями о перспективах и возможных последствиях перемирия, к которому, похоже, все более склоняются стороны конфликта.
В данный момент через посредников ведутся переговоры о перемирии, основанном на египетско-французском плане: обе стороны прекращают огонь, Израиль выводит из Газы свои войска, ХАМАС прекращает ракетные обстрелы территории Израиля, и делается все, чтобы пресечь проникновение в сектор Газа оружия с египетской территории. Тоннели между Египтом и Газой (их было около 600) в значительной степени уже уничтожены, остальные добивает израильская авиация. А речь сейчас идет о контрольно-пропускном пункте в Рафахе, через который шли оружие и боеприпасы для ХАМАС.
В результате событий последних трех недель Израиль оказался перед тремя вариантами дальнейших действий: штурм, осада и прекращение огня.
Первый — самый короткий. Когда каждый день на весь мир показывают окровавленные трупы женщин и детей, хочется со всем этим как можно быстрее покончить. Штурм дает эту возможность, а также возможность захватить все стартовые площадки ракет, уничтожить всю военную инфраструктуру ХАМАС и фактически нанести ему сокрушительное поражение, в результате которого ХАМАС мог бы даже потерять власть в секторе Газа. Но и минусы этого плана очевидны. Во-первых, уличные бои в густонаселенных кварталах привели бы к жертвам мирных палестинцев на порядок больше, чем сейчас. Во-вторых, это привело бы к серьезным потерям среди израильских войск — ХАМАС отступать некуда, они воевали бы до конца.
Второй вариант — осада. Если осадить и пресечь всякую возможность проникновения боеприпасов, то можно надеяться на успех. Блокада привела бы к тому, что потери израильтян были бы значительно меньше. Но время работало бы против них. Потому что в течение длительной осады им пришлось бы продолжать бомбежки, уничтожение складов боеприпасов, в ходе которых гибли бы мирные жители и нарастало международное давление.
Поэтому, скорее всего, придется в результате внешнего давления пойти на перемирие. Судя по всему, среди израильского руководства начались разногласия. По информации, которой мы располагаем, министр обороны Эхуд Барак, как и министр иностранных дел Ципи Ливни, выступают за то, чтобы избрать дипломатический выход из положения после того, как столько крови уже было пролито. А уходящий премьер Эхуд Ольмерт, которому уже нечего терять, вроде бы настаивает на продолжении операции. На нем лежит ответственность за неудачную войну в Ливане два года назад, и ему хотелось бы закончить свое пребывание у власти сокрушительным разгромом ХАМАС.
Внутри ХАМАС тоже есть противоречия — между ее руководителем Машалем, сидящим в Дамаске (который заявил, что Газа станет «могилой для израильской армии»), и местным руководством, испытывающим все тяготы войны. Лидеры ХАМАС в Газе не могут не думать о будущем, о том, что как ни популярны они сейчас среди своего народа, тот ужас, который они своими руками навлекли на Газу и ее население, может побудить многих людей изменить свое мнение.
Если состоится перемирие, то ХАМАС будет утверждать, что он победил. Мол, главной целью Израиля была оккупация Газы и уничтожение законного хамасовского правительства Исмаила Хании, но этого им добиться не удалось. Нас не удалось поставить на колени, значит, мы победили. И народ в арабском и мусульманском мире этому поверит. Вспомним, что было в 1991 году, когда Садам Хусейн начисто проиграл войну с Кувейтом, а экономика Ирака была разрушена. Хусейн заявил тогда, что Ирак победил, а народ ему поверил — потому что он уцелел, он выжил. И точно так же ХАМАС провозгласит победу, и все в арабском мире будут превозносить их как великих героев.
Что касается Израиля, то народ в целом будет доволен. Потому что прекратятся обстрелы — вряд ли кто-нибудь всерьез думает, что через месяц ХАМАС опять их возобновит. Тем более что ключевым моментом перемирия должно быть перекрытие каналов доставки оружия и боеприпасов под контролем международных наблюдателей. Но правительство Израиля сильно проиграло в глазах мира. А в глазах тех, кто хотел бы окончательно избавиться от ХАМАС, правительство тоже проиграло, потому что оно «не довело дело до конца». Программа-максимум — ликвидация ХАМАС — не выполнена.
Поэтому если говорить о Газе и ХАМАСе, то там народ проиграл, а ХАМАС как организация выиграл. В Израиле, наоборот, — народ выиграл, а руководство проиграло. И я думаю, что находящиеся ныне у власти политические силы потерпят поражение на выборах (к власти может прийти Нетаньяху). Кроме того, они скомпрометировали Израиль в глазах мирового сообщества и прежде всего исламского мира.
Иран же, поддерживающий ХАМАС и подталкивавший его к активным действиям против Израиля, прекрасно понимает, что, если сейчас не будет перемирия и продолжатся ракетные обстрелы, Израиль даже ценой больших потерь добьет ХАМАС. Иран, конечно, тоже объявит, что благодаря мужеству героев «замыслы сионистов потерпели крах». Израиль показал свое «звериное обличье», а также то, что он не в состоянии победить борцов «арабского сопротивления».
