Усадьба «Архангельское» находится всего в 5 километрах от МКАД, у старого русла Москвы-реки. Дворец XVIII века, флигели, храм, театр окружены рощами — искусственными и реликтовыми. В начале XX века чета князей Юсуповых завещала усадьбу со всеми землями государству для создания общедоступного музея. В начале XXI века «Архангельское» превратилось в вотчину федеральных чиновников.
Архангельская и Захарковская рощи
Не каждый день сельские жители могут участвовать в судьбе трех федеральных чиновников. Пускай и формально.
Публичные слушания проходят в актовом зале администрации в деревне Гольево. Сегодня на повестке — глава Сбербанка Герман Греф, вице-премьер Дмитрий Козак, губернатор Ивановской области Михаил Мень. Участки реликтовой рощи, выданные им под благоустройство, нужно перевести в участки под дачное строительство. Дачи, впрочем, уже построены, столетние сосны вырублены. Просто нужно узаконить уже произошедшее.
В зале — человек 15. Самые упертые, кого не сломали годы судов. Кто-то не смог прийти — будний день, кто-то испугался. В президиуме — комиссия. Маргарита Фалькова — главный архитектор Красногорского района, Василий Юрьев — начальник Воронковского территориального отдела, и официальный представитель Грефа, Козака и Меня — Олег Казанцев.
В зале — усталое отчаяние. В президиуме — доброжелательное равнодушие. Результат публичных слушаний определяет комиссия, и сейчас лишь нужно пройти формальности — составить протокол. В этот раз даже не потребовались услуги массовки, которую на прошлые слушания привозили на автобусах.
Все понимают, что после драки кулаками махать бессмысленно. Но одним уйти не позволяет совесть, другим — должность. Поэтому представление начинается.
— Моя семья живет на этой земле 200 лет, — дрожащим голосом начинает Лариса Николаевна Фролова. — Я шестой год пытаюсь оформить свой участок. Но вы, администрация, стоите насмерть. Не только мне — никому ни полметра. Зато этим (кивок на Казанцева) — влегкую! Я понимаю, что это люди очень богатые и очень влиятельные… Я понимаю, что вина здесь наша есть. Вон здесь нас сколько всего сидит-то, не пришел почти никто. Мы очень виноваты перед своей землей. Но на то и власть, чтобы защитить нас, дураков таких неразумных.
— Мы можем все очень долго обсуждать, — лениво перебивает ее Маргарита Викторовна.
— Не все же за деньги. Есть что-то, за что насмерть стоят… Рощи наши…
— Юридически — не ваши.
Юридически еще недавно эта земля не могла быть ничьей. И ничьих дач на ней быть не могло. Реликтовая роща Архангельская должна была войти в охранную зону ансамбля усадьбы.
Первыми в усадебные земли вгрызлась еще советская номенклатура. На самом берегу были построены 9 дач для высших государственных чинов. Среди них был и Косыгин, и дачи прозвали косыгинскими. Дачи отгородили от усадьбы высоким забором, но жители соседних деревень спокойно проходили на охраняемую территорию — купаться.
В 97-м был разработан проект, устанавливающий границы охранных зон усадьбы. Все необходимые согласования проект получил, однако лежал без подписи губернатора Московской области несколько лет. В 2000-м будущий дачник Михаил Мень стал вице-губернатором Московской области. А в 2001 году проект был утвержден. Подписи инстанций остались прежними — до черточки, а границы как-то сами собой изменились, съежились. Из территории ансамбля были исключены Архангельская, Захарковская рощи, большая часть Воронковской рощи. Все эти земли стали «зоной регулируемой застройки».
В тот же год Межведомственная комиссия по земельным отношениям Московской области (которую возглавлял все тот же Михаил Мень) стала выделять участки под дачи в исторических рощах. Сейчас дач только в Архангельской роще уже несколько десятков. Архангельская и Захарковская рощи полностью находятся под управлением ФГУП «Рублево-Успенский лечебно-оздоровительный комплекс» Управления делами президента РФ1. Въезд в рощу намертво закрыл шлагбаум (даже для сотрудников музея и проверяющих организаций), а периметр забора охраняют автоматчики.
Теперь местные жители могут увидеть рощи только на спутниковых снимках. Спутники показывают: рощи покрылись проплешинами.
Правда, менеджер по строительству Олег Николаевич Казанцев, представлявший на слушаниях владельцев дач, утверждает, что Google видит не все: «Там только 40% застройки просматривается».
«Там 70—80 домов, — рассказал он. — Из них около 30 принадлежат Управлению делами президента и сдаются в аренду. Это государственные дачи, которые распределяет лечебно-оздоровительный комплекс Управления делами. Вообще у Управления делами около 4 тысяч таких дач, которые занимают люди, работающие на государство. Дачи господ, интересы которых я представляю, строятся, чтобы они смогли переселиться с государственных дач в Жуковке-1.
Учитывая то, что это земли Управления делами, строительство получает согласование и в области, и в Федерации. Я пришел в 2003 году, как только началась работа над проектами домов. Поэтому я не знаю, как определялся статус этих земель. Но сейчас эти земли не входят ни в одну охранную зону, и я могу гарантировать, что все строительство, все порубки происходят в соответствии с законом.
Да, когда-то были различные проекты людей, которые видят идеальный мир. Мол, здесь рощи, все должно быть красиво, ничего не должно строиться и так далее. Но это традиционно закрытый поселок госслужащих. Сейчас все происходит по закону, пускай он кому-то и не нравится. А мы же живем в правовом государстве. А эмоции можно высказывать за столом на кухне».
Главный архитектор района тоже гасит эмоции общественности.
— Деревья ведь не растут бессрочно, — успокаивающе говорит Маргарита Фалькова. — Сосны — не секвойи, не баобабы. По 300 лет не живут. И даже если не будем разрешать вырубать, они все равно погибнут.
— В Париже в 15 км от Версаля запрещена любая постройка!
— Ну, мы не Версаль, — улыбается Маргарита Викторовна. — Мы Под-Московье.
С территории музея элитный поселок почти не виден — обзор загораживает двухметровый забор. Перелезть не рискую: местные подсказывают, что по верху протянуты провода под постоянным напряжением. Впрочем, и отсюда можно увидеть начало улицы и розоватый бок особняка.
Дошла до шлагбаума. Автоматчик у будки тут же начал постукивать рукой по прикладу: «Уйдите, пожалуйста. Сейчас правительственные машины поедут».
Осенью прошлого года двум смельчакам удалось проникнуть на охраняемую территорию: «Роскошные каменные дворцы разной степени достроенности. Главная улица, от нее — заасфальтированные дорожки к обрыву над рекой. Между участками — невысокие кованые заборчики. Друг другу жильцы доверяют. Очень много строителей — в форменных комбинезонах. На их «Жигули» тоже оформлены пропуски на въезд, и они припаркованы прямо у особняков».
К востоку элитный поселок упирается в Архангельский и Захарковский луга и граничит с не менее элитным проектом. Этой весной, несмотря на кризис, здесь начнут строить скандально известный «город миллионеров» — «Рублево-Архангельское» (см. «Новая газета», № 49 от 2 июля 2007 г.).
Горятинская и Аполлонова рощи
Местные жители везут меня по «болевым точкам». Галина Львовна Реали — жительница деревни Глухово, Евгений Соседов — студент юрфака — активисты общественной группы по сохранению усадьбы «Архангельское». Ехать удобно — между «болевыми точками» застроек нет и пяти километров.
Проезжаем мимо замерзших Горятинских прудов. На берегу — изящное одноэтажное кирпичное здание. Уже без крыши, на стенах намалевана реклама: «Мусор», «Экскаватор». «1902 год постройки, — рассказывает Женя. — Так называемый Домик у пруда — фарфоровый завод князя Юсупова». Сейчас домик продали фирме «ИНТА-ГРУП», а берег сдали в аренду. Теперь на этом месте будет торгово-развлекательный комплекс, автостоянка и кафе.
Горятинская и Аполлонова рощи. На каждом дереве белеет бумажка с номером. «Это очень смешная история, — рассказывает Галина. — В 2004 году рощи отдали в аренду трем никому не известным фирмам. Представители фирм пришли к администрации музея, сказали, что представляют интересы Вексельберга. Мол, миллиардер хочет восстановить исторический облик рощ. А мировой памятник ландшафтной архитектуры Аполлонова роща имеет форму звезды. Музей, естественно, в восторге — сами-то они денег никогда б на такое не нашли. Тут же приехали специалисты, начали описывать каждое дерево, составлять паспорта… А затем фирмы обратились в областное минкультуры. Мол, исследования обнаружили, что усадебных рощ, знаменитых на весь мир, на самом деле не существует. Поэтому охранять заросшую сорными деревьями землю нет смысла, а значит, ее нужно вывести из территории усадьбы…»
«Земли Вексельберга», как их здесь называют, соседствуют с княжеским театром «Гонзаго» XIX века. Театр, к своему несчастью, располагается около Ильинского шоссе. От такого соседства стены театра идут трещинами. По шоссе вопреки запрещающим знакам к дачам круглые сутки едут бетономешалки и грузовики со стройматериалами. Театр в отличие от олигарха не может оформить ни сантиметра земли — и даже построить шумозаграждение.
Воронковская роща
Въезжаем в Воронковскую рощу. Рощи, собственно, нет — заборы, заборы, заборы. Деревья вдоль обочины превращены в рекламные щиты: «Доска, фанера», «Услуги ассенизатора», «Участки под продажу». Галина рассказывает, что в советские годы рядом с рощей располагались пять маршальских дач. В 2001 году роща, не тронутая советской номенклатурой, была отдана «под индивидуальное строительство для группы офицеров войск связи». Разумеется, участок был немедленно продан в обход всех законов некоему ЗАО «Компания Легран», а компания поделила участок на четыре и снова продала. Были возбуждены четыре уголовных дела (без последствий).
Сейчас (после многочисленных перепродаж) участки нашли хозяев. В самом центре заповедной рощи расположился депутат Мособлдумы Андронов, заплатив 15 млн 300 тысяч. Но депутат не рассчитал своего политического веса. Хотя администрация Красногорского района и разрешила депутату строить родовое гнездо, Росохранкультура попросила администрацию постановление отменить — проданная роща, оказывается, входит в территорию ансамбля и Гослесфонд. И администрация приостановила свое разрешение до очередной корректировки границ ансамбля. Сейчас депутат отчаянно пытается продать спорный участок, честно сообщая покупателям, что земля располагается на территории памятника истории и культуры.
За каждым поворотом нам открывается что-то новое. Строительный вагончик, гараж-ракушка, забор, которого не было еще вчера, ассенизаторская машина.
Щиты с магическим «Управление делами президента» высятся почти над каждой стройкой. Очередной новострой в охранной зоне — трехэтажное застекленное здание — стоит едва ли в ста метрах от воды. Щит указывает: реконструкция. «В советское время здесь было какое-то подсобное помещение, — объясняет Женя. — Только в подсобке было метров 100, а здесь уже 1200». Через полгода здесь будет ресторан.
Лохин остров, Ильинская пойма
«Посмотрите налево», — тоном экскурсовода говорит Галина. За полоской воды — Лохин остров. Это — одно из самых защищенных мест Подмосковья: памятник природы, историческая зона, клочок земли между двумя водозаборными станциями… Но это еще и одно из самых красивых мест. В 2001 году здесь даже планировалось строительство резиденции президента и поселка администрации. Но после скандала, раздутого общественниками, президент решил в дележе исторической зоны не участвовать. Сейчас Лохин остров уже поделен. 70 гектаров достались СПК «Хозяин», связанному с Романом Попковичем, бывшим председателем Комитета Госдумы по обороне и экс-главой Красногорского района — в аренду «для сбора урожая однолетних и многолетних трав»; 150 га — в аренде у «Горок-2» под «сенокошение»; 25 гектаров вместе с озером Глухая яма отошли некой фирме ООО «Геонит» под строительство «просветительского комплекса».
Лохиным островом место обитания элиты не кончается. Полуостров «Староречье» полностью арендован фирмой ООО «Тога» под коттеджную застройку. Южнее, в охраняемом ландшафте Ильинской поймы, планируется строительство второго «города миллионеров» — «Остров Барвиха».
Но и этого, оказывается, мало.
Очередной проект изменения границ ансамбля «Архангельское» в прошлом году уже был представлен на согласование. Территория ансамбля в новом проекте была сокращена в 6 раз (с 657 до 107 гектаров). Россвязьохранкультура дала свое согласие, но Минкультуры области вдруг воспротивилось федеральному решению, и сейчас проект направлен на доработку. Ожидается, что новые кусочки исторического комплекса будут высвобождены под застройку уже к лету.
Очевидно, что в ближайшее время территория вокруг усадьбы «Архангельское» превратится в абсолютно закрытый анклав элиты. Уже сейчас все коттеджные поселки в рощах усадьбы «Архангельское» находятся в ведомстве Управления делами президента. Любое строительство должно быть прежде всего согласовано с ФСО. Главный архитектор Красногорского района Маргарита Фалькова призналась, что к распределению земли местная администрация уже не имеет никакого отношения: «На тот момент (2001 год. — Е. К.) этот вопрос был в полномочиях района. А сейчас… сейчас я не могу вам сказать».
*Под управлением этого предприятия находятся самые лакомые кусочки Подмосковья — Жуковка, Барвиха, Петрово-Дальнее, Горки-6.
Вопрос-ответ
Андрей Парнов, пресс-секретарь губернатора Ивановской области Михаила Меня:
— На Ваш запрос от 23 марта 2009 г. сообщаю, что М.А. Мень владеет земельным участком на территории поселка дачное хозяйство «Архангельское» (несмотря на идентичность названий, данный дачный поселок к территории музея-усадьбы «Архангельское» никакого отношения не имеет и относится к землям поселений). Данный участок в декабре 2005 года был приобретен в собственность путем купли-продажи в соответствии с действующим законодательством и никогда не располагался на землях, принадлежащих музею-усадьбе «Архангельское».
Указанный объект недвижимости ежегодно вносится М.А. Менем в декларацию о доходах и имуществе, которая публикуется в средствах массовой информации Ивановской области. Земельный налог по данному объекту уплачивается в полном объеме и своевременно.
Что касается обстоятельств распоряжения земельными участками, то в соответствии п. 10 ст. 3 Федерального закона № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации», распоряжение земельными участками осуществляется органами местного самоуправления муниципальных районов и городских округов.
Дмитрий Козак, заместитель председателя правительства России:
— Абсолютно уверен, что мой участок не находится в охранной зоне. Он расположен более чем в полутора километрах от ограды усадьбы.
Думаю, эти земли были выведены из охраняемых еще до моего рождения.
С 2001 года ни разу речь не шла о том, что это музей. Земля принадлежала Управлению делами Президента.
Была другая проблема — застройка пересекала водозащитную линию. Я сам переносил застройку, чтобы не нарушать ни один закон. Есть согласование всех природоохранных органов.
Более того — мой участок в середине поселка, никак он не мог принадлежать музею.
И я бы никогда не взял участок, сомнительный в политическом или юридическим смысле.
Владимир Длугач, директор музея-усадьбы «Архангельское»:
— Беда в том, что это делается под ковром. Если бы отчуждения земель шли официальным порядком, на официальном уровне, обсуждались бы интересы каждой из сторон, не сомневаюсь, что мы бы нашли некий компромисс, какое-то интересное решение. Но противоположная сторона рассчитывает, что может все, может просто продавить то решение, которое нужно. Или кто-то им это внушает… Мол, давай, сейчас мы поменяем закон, тут изменим, здесь откорректируем … А в нашей стране, конечно, такое возможно.
Я нахожусь в таком положении, что стараюсь в эти дела не влезать. Если бы это было мое частное владение, я бы, наверное, всюду совал свой нос, пытался бы эти земли отбить. Но если я буду лезть в эти их частные коммерческие игры, я могу навредить музею. Последствия могли бы быть самыми непредсказуемыми. И слава богу, есть активисты, общественники, которые берут на себя эту функцию защиты и вызывают огонь на себя, отводя его от музея.
— Вы ощущаете музей заложником?
— Да.
На момент подписания номера комментарий от Германа Грефа еще не поступил.
)
)
