12 августа нынешнего года Московский 9-й арбитражный апелляционный суд постановил, что из 210 миллионов рублей претензий, выставленных налоговой инспекцией Британскому совету, около 200 миллионов — необоснованны. Уже появились утверждения, что в скором времени могут начаться переговоры о полном восстановлении деятельности этой организации в России.
Само руководство российского отделения явно старается не сказать лишнего (что, впрочем, происходило на всех этапах конфликта). Директор Розмари Хилхорст заявила: «Британский совет может подтвердить, что Московский апелляционный арбитражный суд вынес постановление в нашу пользу относительно налоговых претензий к нашей деятельности в 2004—2006 годах. Мы обсуждаем решение суда с нашими юристами». По словам Олега Елецкого, пресс-атташе Британского cовета, никаких других официальных комментариев получено быть не может, планов возобновления работы в регионах также нет, как нет и других публично обсуждаемых противоречий с российскими властными структурами.
Еще в конце июля российский посол в Лондоне Юрий Федотов заявлял, что «российская сторона допускает деятельность Британского совета в Москве», хотя пока нет достаточной юридической базы, ибо не подписано соглашение о культурных центрах. И совет работает «в порядке жеста доброй воли», но нет и «каких-либо серьезных проблем, с которыми Британский совет сталкивался бы в Москве в настоящее время».
«Я рад, что совет отбоярился. Не вызывает сомнений, что претензии имели политические причины и были ответом на ситуацию с Луговым. Надеюсь, что ему удастся возобновить свою деятельность в регионах», — говорит Лев Пономарев, лидер движения «За права человека», один из инициаторов правозащитной кампании в его поддержку.
Британский совет был основан в 1934 году, формально его возглавляет королева. Это культурная организация, «пропагандирующая Великобританию» в более чем сотне стран мира. Британский совет создан и финансируется министерством иностранных дел, но является неправительственной организацией. Эта двойственность и аукнулась ему в декабре 2007 — январе 2008 годов во время обострения российско-британских отношений.
Напомним, что Британский совет действует в России с 1992 года, базируется в Москве и до недавнего времени имел полтора десятка региональных отделений. Занимается проведением научных и культурных конференций, фестивалей, выставок, прославился своими языковыми курсами.
«Языковые курсы Британского совета считаются одними из наиболее сильных в России. Давление на него, закрытие региональных отделений внесло нервозность на рынок зарубежного образования. Британский совет выступает как консультационный орган, пропагандирующий британское образование. Рассказывающий, какие есть учебные заведения, какие документы нужно собрать, куда обращаться. По 2009 году пока данных нет, но, несмотря на проблемы Британского совета, в 2008 году число россиян, желающих поехать учиться в Великобританию, только росло», — рассказал «Новой» Сергей Кузьминцев, координатор образовательных программ компании Students International.
В начале прошлого года Британскому совету было выставлено немало претензий — что не подготовлена полноценная правовая база для деятельности в России; что, например, неправительственная иностранная организация не может размещаться на территории консульств, а имеющая дипломатический статус не может заниматься коммерческой деятельностью (имелись в виду платные курсы английского языка). Зазвучали обвинения в покровительстве шпионам, тут же подключилась налоговая инспекция.
Вообще, конечно, это общераспространенная практика — когда между двумя государствами возникают противоречия, в первую очередь страдают связанные с ними общественные организации. Как и для сознания работников госбезопасности любой страны любой иностранец — потенциальный агент вражеской разведки.
Когда на Британский совет наезжали, когда в конце 2007— начале 2008 гг. в России шла антибританская кампания, стимулированная требованием Великобритании выдать депутата Лугового, подозреваемого британскими правоохранительными органами в отравлении Литвиненко, это было одной из главных новостных тем. (Достаточно вспомнить хотя бы анекдотичную историю со «шпионским камнем», проблемы, возникшие у русской службы ВВС с вещанием в ряде российских регионов, пикеты нашистов у посольства Великобритании и преследование ими посла Тони Брентона.) Сегодня же реакция СМИ скромна — ведь ничего сколько-нибудь заметного в отношениях между Великобританией и Россией в последнее время не происходило.
Свою версию того, почему антианглийская кампания в России прекратилась тихо и в одно мгновение, предлагает директор Института проблем глобализации Михаил Делягин: « Британский МИД просто распорядился не давать визы российским чиновникам, особенно имеющим в Великобритании собственность. А ведь у многих влиятельных россиян там учатся дети, есть квартиры и т.п. И российские власти поняли, что не стоит из Великобритании делать козла отпущения. Так что недавнее решение, практически снявшее налоговые претензии к Британскому совету, — эхо той капитуляции бюрократии. Получается интересная ситуация — дети российской элиты учатся в Европе, деньги тоже лежат в европейских банках. И на личном уровне Российское государство от Европы зависит куда больше, чем, например, Республика Чад, где стоят французские войска».
