Профессор Виктор Чельцов, главный специалист в области фармакотерапии и фармакоэкономики Медицинского центра Управления делами мэра и правительства Москвы:
— Общие принципы продвижения лекарственного препарата на национальный и международный рынки для всех компаний примерно одинаковы. Прежде всего проведение широкомасштабных клинических исследований по оценке эффективности и безопасности нового лекарства, их результаты — в методических рекомендациях по использованию препарата. Второй момент — публикации в авторитетных национальных и международных изданиях, далее — международные конференции. Последнее — это посещение медицинских учреждений представителями фармацевтических компаний. Но вместе с тем существует агрессивный маркетинг. Он насаждает не совсем объективную информацию не совсем добросовестным путем. Совсем недавно создан Федеральный центр по мониторингу безопасности лекарственных средств, который возглавляет член-корреспондент РАМН Владимир Лепахин. Именно этот центр получает информацию о побочных действиях лекарственных средств из регионов, из крупных лечебных учреждений страны и предлагает вносить изменения в инструкции по применению препаратов.
Давид Мелик-Гусейнов, директор компании «Фармэксперт»:
— Идет ли речь о переделе рынка, совпавшем с желанием государства сэкономить на лекарствах в период кризиса?
— Тема лекарственного обеспечения не сходит с уст самых высокопоставленных чиновников страны. В цивилизованных странах давно существует принцип страхового лекарственного возмещения. Даже кризис на больных не сказался. Как они получали медикаменты бесплатно до кризиса, так и продолжают получать. Россияне оплачивают медикаменты из собственного кошелька, и социальное возмущение растет с ростом цен на лекарства. Все понимают: необходимы системные действия, я имею в виду введение в стране принципа лекарственного страхового обеспечения. Правительство будет возмещать россиянам рецептурную часть медикаментов. Это 5—7 млрд долларов США ежегодно. Стоимость страхового полиса на одного человека — 500—700 рублей в год, деньги возместят либо работодатели, либо мы сами как налогоплательщики, либо государство. Тогда система лекарственного обеспечения страны станет принципиально новой. В такой системе будет работать принцип солидарности. Тот, кто не заболел, будет платить за больного. Но полис будет у всех россиян. Это планировалось запустить в 2010 году, но кризис внес свои коррективы. Я полагаю, реальный старт будет в 2012/13 году, вначале в нескольких субъектах Федерации.
— Какие шаги предпринимала ФАС на лекарственном рынке страны в последние годы?
— ФАС вносила в реестр компании, которые занимают более 35% фармрынка РФ. Но фармацевтика одна из самых наукоемких отраслей в мире. Применять принципы товарно-денежных отношений к фармацевтике неправильно. Многие выступают против внедрения принципа аукционов для закупки лекарственных средств. Ведь основным критерием отбора препаратов-победителей аукциона является цена. К сожалению, дешевизна не гарантирует качества препарата.
— Если государство все-таки решило «поднять» российских производителей, сколько для этого понадобится лет и ресурсов, насколько мы отстаем?
— В некоторых отраслях фармацевтики Россия отстала на всю жизнь. Есть отрасли конкурентоспособные в стране и в мире. Это вирусология, иммунология, антибактериальные направления, онкология, биотехнологии. Эти направления нужно стимулировать с помощью государственных ресурсов. Есть государственная программа: развития отечественного фармпрома до 2020 года. В принципе до этого срока можно поднять нашу отрасль. Эта программа обсуждается уже три года. Она отзывается, пересматривается, но официального одобрения пока не получила. А нужно сразу заходить на мировой масштаб и глобальные объемы. 16,5 млрд долларов США — объем нынешнего фармрынка РФ за 2008 год. Из них 75% — импортные препараты, 25% — отечественные, но они произведены на импортном сырье.
Руслан Гринберг, академик, вице-президент РАН:
— В России с начала 90-х годов правительство вообще не занималось фармацевтической промышленностью. Сегодняшнее положение отрасли — это результат безответственного отношения к рыночной экономике. Тогда казалось, что рынок сам себя найдет. Но в рамках СЭВ фармпредприятия находились в бывших соцстранах. В России отрасль не развивалась. В начале 90-х необходимо было включить фармацевтику в структурные приоритеты развития экономики страны. Это не было сделано.
Сегодня, если начинать противодействие фармацевтическим компаниям мира, возникает проблема дефицита лекарств на российском рынке. Многим импортным препаратам нет адекватной российской замены. Чтобы наладить их производство у нас в стране, необходимо время. Противодействие нечестной конкуренции должно проводиться очень точечно.
Настасья Иванова, генеральный директор Национальной дистрибьюторской компании:
— Соблюдение этических норм при продвижении фармацевтической продукции является серьезной проблемой для большинства стран. И в России эта проблема не менее актуальна, чем, например, в США, где, по данным экспертов, фармкомпании ежегодно тратят более 15 млрд долларов на стимулирование продаж лекарств. А поскольку производители лекарств, во-первых, работают персонально, а во-вторых, не только с врачами, но и с провизорами, человек, желающий приобрести лекарство, оказывается в ситуации, когда и в больнице, и в аптеке его вынуждают покупать определенные «простимулированные» лекарства. Совершенно обычна ситуация, при которой врач выписывает пациенту одно лекарство, а в аптеке ему продают совершенно другое, давая совет, что это лекарство более доступное или эффективное.
Александр Владимирович Саверский, Председатель Всероссийского общества защиты прав пациентов:
– Крупнейшие фармацевтические фирмы мира занимаются традиционным сетевым маркетингом на территории России. Это пример продвижения фармбизнеса. Доказать, что врач из корыстных соображений выписал пациенту слишком дорогое лекарство или не совсем подходящее для его лечения, очень сложно. У нас в стране нет ни одной организации, которая бы занималась подобными случаями. Отчасти такие проблемы должны отслеживать страховые компании и субъекты РФ.
Думаю, нашим пациентам необходимо самим интересоваться мировым фармацевтическим ассортиментом. Из Интернета или других источников узнавать, какие лекарства помогают излечиться от их заболеваний. Посещать не одного специалиста, а нескольких, чтобы составить объективное представление о необходимых для излечения препаратах.
Михаил Юрьевич Гавриков, сопредседатель общества инвалидов «Право на жизнь»:
– Ни Россия, ни восточноевропейские страны не выпускают такие сложные препараты, которые вынуждены принимать люди с пересаженными органами. Я бы не стал обвинять врачей. Они не пьют лекарства. Этот вопрос нужно задавать прежде всего пациентам. Операции по трансплантации органов очень дороги. От приема некачественного лекарства может быть отторжение органа и любые осложнения. Но если пациент хочет принимать дешевый препарат, ему нельзя это запрещать. В 2002 году индусы представили в России препарат биорал. Он предназначен для пациентов, перенесших трансплантацию органов. После полугода его приема у пациентов начались серьезные последствия. Потому что концентрация этого лекарства в организме больного должна быть постоянной, а она скакала то вверх, то вниз. От этого происходили отравления. Потом почему-то этот препарат исчез. ФАС об этом прекрасно осведомлена.
Если российская промышленность выпускает хорошие препараты для гемодиализа, то необходимо нашим компаниям провести клинические испытания этих препаратов и представить их на аукционах и в Росздравнадзоре. Они на равных будут конкурировать с западными средствами.
Статистика
Приобретая лекарства, россияне ориентируются не на эффективность, а на цену
По данным розничного аудита фармацевтического рынка РФ DSM Group, 27,6% фармрынка занимают препараты с ценой от 50 до 150 руб. за упаковку, 40,3% — от 150 до 500 руб.
Впервые за последние два года сегмент лекарств с ценой до 50 руб. не уменьшился. До этого он «падал».
