Лет десять назад понятия «толерантность» в России не существовало, само это слово многие слышали впервые. Сегодня его освоили даже нацисты, на форумах их «полян»-сайтов самое страшное обвинение: «Ты толераст!». Специально коверкая слово так, чтобы по звучанию оно рождало аналогию со словом, вошедшим в «словарь русского мата», они имеют своеобразное представление о самом понятии. Толерантность в их понимании — цитирую: «В тебя плюнули, а ты — терпи!!! Из нас хотят сделать нацию терпил!».
Но все-таки нацисты — категория специфическая, а представление о толерантности как об абсолютном аналоге терпимости до сих пор очень живуче и в среде более развитой.
— Это суженное и неадекватное понимание. Толерантность — это право каждого быть иным, святое право человека оставаться самим собой, быть непохожим, это — цивилизационная норма жизни, — сказал, открывая семинар «Толерантность, поддержка культурного и этнического разнообразия в современном российском обществе», психолог Александр Асмолов, директор Федерального института развития образования (ФИРО). Совместно с коллегами из разных научных институтов он долгие годы разрабатывал идеологию толерантности. И сегодня уже наработан уникальный методологический опыт. Этот опыт, рекомендации профессионалов как никогда остро востребованы. С одной стороны, это просто жизненная необходимость, потому что:
— Появилась социальная норма, разрешающая насилие; общество санкционирует использование бесчеловечных приемов в разрешении многочисленных проблем. Если норма цивилизации — толерантность, не станет реальностью, страна столкнется с очень тяжелыми проблемами, — сказал Александр Асмолов и уточнил: — Толерантность — это баланс интересов и в экономике, и в политике. Это основа возможности диалога и согласия разных мировоззрений и культур. Вне контекста системы координат толерантности невозможно образование…
С другой стороны, учителям в школах просто катастрофически не хватает собственных знаний о предмете, материя тонкая, прийти с ней к детям без подготовки не так-то просто. Некомпетентность рождает просто трагикомические ситуации
— Знаете, с чего начался урок толерантности в одной из школ? Со слов учителя: «Дети, поднимите руки все, кто нерусские», — рассказал Асмолов.
Не знаю, спасли бы конкретно этого учителя тренинги толерантности, о которых рассказала здесь же на семинаре доктор психологии, профессор Галина Солдатова (подробно о тренингах толерантности «Новая» рассказывала в публикации «Связать и развязать», №88 от 14 августа 2009). Но известно, что сегодня cпрос (прежде всего в учительской среде) на книги, учебники, пособия, рассказывающие о таких тренингах, — колоссальный. Это — дефицит. Исследование, о котором рассказала в коротком сообщении доктор психологии, профессор Ольга Карабанова, было посвящено теме баланса между установкой на гражданскую идентичность и толерантностью — вопросы, на которые ежедневно затрудняются дать ответы те же самые учителя… Странная ситуация: есть спрос и есть предложение, но нет реализации…
Директор Центра социологии образования РАО, доктор психологических наук, профессор, академик РАО Владимир Собкин какое-то время работал со слабослышащими подростками и обратил внимание на такую закономерность: те, кто позитивно переживал собственный недуг, относился толерантно ко всем — к слепым, к бомжам, к мигрантам. Те, кто такую же проблему переживал трагически, были крайне агрессивны к «дискриминируемым значительной частью общества группам».
— Толерантными могут быть только сильные люди, — сказал Собкин, — человек, не теряя себя, готов к позитивному диалогу, готов понимать и принимать. Это самостоянье, самость.
Для того чтобы самоутвердиться, человеку не надо никого унижать, это — толерантность. Можно ли сконструировать такие социальные нормы в обществе, или с этим человек все-таки рождается, ему это либо дано, либо нет.
— Ученые от педагогики — это люди, расплетающие канат образования на отдельные какие-то ниточки, а потом удивляющиеся: почему одна эта ниточка обрывается, когда за нее пытаются вытягивать образование? — сказал заместитель министра образования и науки РФ Исаак Калина. Сообщу на всякий случай, что сам-то он тоже ученый от педагогики — кандидат педагогических наук.
— Не мною сказана фраза о том, что как только общество обнаруживает недостаток какого то качества, тут же немедленно оно пытается его создать в виде отдельного предмета в школе, — продолжил свое выступление замминистра. — Слушая вас, я только что понял, что как учитель математики я, оказывается, всю жизнь в своих учениках формировал толерантность! Я просто преподавал нормальное, не утилитарное понимание математики. Ведь это единственный предмет в школе, который не заставляет человека что-то принимать на веру, а все время говорит: давай докажем. Это ли не формирование толерантности?
Одну и ту же задачу или теорему, говорит математика, можно доказать большим количеством разных способов — это ли не толерантное отношение к тому, кто доказал то же самое другим способом? Говорится в математике, что на основе неполной индукции получаются ошибочные выводы. Нельзя на частных примерах делать обобщения. Это ли не формирование толерантности? …Геометрия утверждает, что противоположности не уничтожают друг друга, а дополняют до целого. Два луча, выходящие из одной точки в разные стороны, образуют одну прямую…
…Примеров было еще несколько, я лично «сломалась», когда пошли задачи на построение. Заместитель министра образования и науки явно испытывал толерантность специалистов по толерантности. Периодически он обводил всех испытующим взглядом и заходил в своей критике еще дальше:
— И в геометрии сказано, что если мы возьмем разные примеры аксиом, то мы придем к совершенно разным геометриям. И прежде чем мы начинаем какую-либо дискуссию, очень хорошо бы понять: а мы вообще в одной системе аксиом собираемся это обсуждать или каждый в своей? Но если последнее, тогда что же удивляться, что у нас разные получаются теоремы и разные следствия?
Поэтому я больше всего опасаюсь дискретности*, наверное, для научных исследований это супернеобходимо. Но когда ровно с той же дискретностью, каждый со своим солнцем приходит к детям, при этом даже не пытаясь договориться между собой о взаимодействии, — из каната расплетаются ниточки…
Напоследок Исаак Иосифович дал собравшимся совет:
— Если вы навсегда в своей речи замените слово «проблема» словом «задача», вы измените и свое отношение к жизни, и отношение жизни к вам. Поэтому есть смысл рассматривать любую проблему как задачу, — сказал психологам математик и поблагодарил за то, что выслушали: — Я думал, всей вашей толерантности не хватит на одного меня…
— Видимо, в зале присутствующие не чувствуют себя дефектными и поэтому толерантно относятся к критике формирования толерантности, — ответил психолог Асмолов математику Калине.
А я вот думаю: учитель, решившийся проводить урок толерантности с просьбы к «нерусским» поднять руки, — это проблема нашего образования или задача? Гнать его надо из школы или развивать, помогать, объяснять? Учить учителя тому, чтобы он не учил, не понимая?
*Дискретность (от лат. discretus — разделенный, прерывистый) — свойство, противопоставляемое непрерывности.
)
