Скандальность прошедших 11 октября выборов перешла предел, за которым даже Владимир Путин, Дмитрий Медведев, Владислав Сурков и другие уже не могут делать вид, что ничего не произошло, и с усмешкой советовать обманутым партиям и кандидатам обращаться в суд.
Слишком уж наглядно нам продемонстрировали, что наши предпочтения не имеют отношения к результату, предписанному заранее начальством. Не случайно президент не торопится принимать председателя ЦИКа с докладом, где, как всегда, будет заявлено о ничтожно малом числе жалоб и не подтвердившихся фактах нарушений. Вопрос лишь в том, последуют ли реальные действия или исключительно ритуальные.
Фантастические версии наподобие отмены итогов выборов в Москве, отставки Суркова или расформирования ЦИКа отбросим сразу. Отменить итоги московской кампании — значит дать публичную пощечину «Единой России», судьбу Суркова решает вовсе не Медведев, а роспуск ЦИКа по закону и вовсе невозможен, ибо в закон забыли включить пункт о том, кто имеет на это право.
Снять с поста Владимира Чурова (этого требуют ЛДПР и коммунисты) теоретически можно. Но, во-первых, ЦИК не организует региональные и местные выборы, поэтому Чуров формальной ответственности за безобразия не несет. Во-вторых, у вдумчивых граждан может закрасться сомнение в честности президентских выборов. В-третьих, неужели кто-то думает, что именно Чуров инициировал и организовал то, что мы наблюдали 11 октября?
Также только теоретически могут снять глав регионов, где выборы прошли с особенным размахом. Юрий Лужков, показавший беспочвенность надежд всех, кто рассчитывал, что от совсем уж беспардонных фальсификаций спасут или поддержка «федералов», или отказ от персональной критики московского мэра, — на коне. Рассчитывать, что снимут астраханского губернатора Жилкина или дагестанского президента Алиева тоже нет оснований. Кремль, конечно, не захочет создавать прецедент: снимешь губернатора за усердие — а вдруг его преемник решит, что стараться необязательно?
Наконец, маловероятно и возбуждение уголовных дел в отношении фальсификаторов. Нынешняя избирательная система устроена так, что и организаторам, и исполнителям (в первую очередь членам участковых избиркомов) предоставлены твердые гарантии безнаказанности: «вбрасывайте», сколько прикажут, переписывайте протоколы, как велят, подделывайте подписи — и ничего за это не будет. И суровые уголовные нормы об ответственности за фальсификацию итогов голосования оборачиваются пшиком. Зачем далеко ходить: на выигранном мной суде по пересмотру результатов муниципальных выборов в Петербурге фальсификация одного из участковых протоколов была неопровержимо доказана. Однако следственный комитет отказался возбуждать уголовное дело: мол, председатель комиссии и секретарь действовали «неумышленно». Исключительно по глупости, видимо, подделали протокол.
Впрочем, поскольку как-то реагировать надо — не исключено, что стрелочников все-таки найдут. Вероятно, в каких-то совсем уж вопиющих случаях может последовать уголовное наказание. Но только на исполнительском уровне: организаторы почти наверняка останутся безнаказанными. Где-то могут наказать членов участковых комиссий по «административной» статье 5.24 КоАП, карающей за нарушение порядка подсчета голосов, определения итогов выборов и составления протоколов (наказание — штраф до двух тысяч рублей). Например, в известном случае в Москве, когда на участке, где голосовали Сергей Митрохин с семьей, не нашлось ни одного голоса за «Яблоко». Но чиновники, которые приказывали (в участковые избиркомы обычно набирают бюджетников и прочих граждан, зависимых от власти), уйдут от наказания, так как доказать наличие распоряжений о фальсификации почти невозможно. Где-то могут (убедившись, что это не повлияет на итоги выборов) аннулировать итоги голосования по отдельным участкам. Где-то могут распустить наиболее ретивые окружные или территориальные избиркомы (участковые комиссии и так прекращают свое существование после выборов). А после нам торжественно заявят, что меры приняты, виновные понесли суровое наказание и впредь страна подобного не увидит. Думаю, увидит — в ближайший единый день голосования в марте 2010-го.
И последнее. Надо менять избирательную систему, которая делает фальсификации на выборах легкими и безопасными. Под этим требованием сейчас, как представляется, должны были бы объединиться все партии и движения (кроме «Единой России»). И это требование куда более реалистично, чем отмена итогов выборов сверху, в порядке монаршей милости.
