Женя Галета погибла 13 июня. Утром она узнала, что сдала единый государственный экзамен, стала медалисткой и поступила на экономический факультет Технологического университета Белгорода. А вечером Женю сбила машина.

Смерть шестнадцатилетней девушки, умницы и всеобщей любимицы, единственной дочки в семье, не получила широкой огласки. Да и как иначе? Всего лишь единичка в статистике российских дорожно-транспортных происшествий.

Совсем недавно «Новая газета» написала о том, как воронежские правоохранительные органы пытаются закрыть дело о гибели трех подростков. Детей раздавил пьяный водитель. Но именно родители вынуждены были искать свидетелей и доказывать, что водитель и пассажиры машины, совершившие наезд, были в сильном алкогольном опьянении.

Ситуация, в которой оказались родители Жени Галета, настолько же унизительна и цинична. Именно Игорь и Лена Галета сейчас ведут расследование обстоятельств гибели своей дочери. Они ищут свидетелей, опрашивают очевидцев, разговаривают с экспертами. Именно их усилия не позволили закрыть уголовное дело.

Когда Игорь Галета уличил следователя СО-9 СУ при УВД г. Белгорода в попытке подменить схемы ДТП, следователь заявил: «Что вы суетесь с вопросами? Откуда я знаю, что там произошло и кто виновен, может, это вы напоили свою дочь и бросили под машину?!».

Этого следователя после жалобы родителей Жени в прокуратуру отстранили от ведения дела, но Игорь Владимирович до сих пор не может забыть эти слова. Кроме того, некоторые обстоятельства следствия убедили его в необходимости самому обратиться за помощью к адвокату. «Чтобы в милиции не прикрыли дело», — объясняет он.

За ворохом всяческой статистики, которой охотно пользуются правозащитники, пресса и телевидение, все мы как-то пропустили одну важную тенденцию. Все чаще и чаще, уже в массовом порядке граждане, против которых совершено то или иное уголовное преступление, вынуждены прибегать к помощи адвокатов. Такого раньше не было. Определением меры наказания преступнику и одновременно защитой прав потерпевшего занималось государство. У потерпевшего не было необходимости проводить свои собственные расследования, искать свидетелей и т.д. Этим занимались специальные люди от государства: следователи, прокуроры и судьи. Принцип был ясен: преступника защищает адвокат, потерпевшего — закон и государство. Сейчас и в этой сфере все поставлено иначе. Лучшие адвокаты страны сначала недоумевали, а теперь уже констатируют: большая часть адвокатской практики сегодня — защита людей, пострадавших от разного рода преступлений, совершенных против них. Что это, если не свидетельство полной несостоятельности государства как гаранта защищенности граждан?

Игорь Владимирович нанял уже второго адвоката. Первый защитник прямо сказал, что дело не имеет судебной перспективы, то есть не дойдет до суда. Причем привел интересный довод. Оказывается, со стороны водителя Трушева (того самого, который сбил Женю) в дело вступил очень сильный адвокат, бывший работник ГАИ, выигрывающий абсолютное большинство дел по ДТП.

Я доверяю статистике и понимаю, что люди часто погибают под колесами машин. В судах это преступление квалифицируется по статье «непредумышленное убийство» и таковым действительно является. Уже после разговора с Игорем Галета, который сам водит машину и знает десятки таких случаев, я — не автомобилист, а пешеход — стала обращать внимание на дорожные происшествия. Совсем недавно на Мясницкой на моих глазах машина сбила мальчишку-таджика, который перебегал улицу. Дикий визг тормозов, машина — потасканная иномарка — вильнула резко в сторону и чуть не врезалась в припаркованный на обочине сверкающий черный джип. Водителю вообще-то было плевать, какого крутого водителя он мог «поцеловать» со всеми далеко идущими последствиями. Нет, водитель даже не посмотрел в сторону этого джипа. Он выскочил из машины, подбежал к мальчику, который, отряхнувшись, как собачонка, с разбитым локтем продолжал бежать по улице. Водитель подхватил мальчика на руки и потащил в машину со словами: «Потерпи немного, тут до Склифосовского совсем чуть-чуть…».

…Свидетели рассказали, что Трушев Е.А. ехал со скоростью 80 км/ч. Он не мог не видеть девушку, которая перешла две полосы и выжидала на разделительной черте. Трушев не мог не видеть, как обогнавший его водитель «ВАЗа» притормозил, пропуская Женю. Трушев мог бы вывернуть руль, чтобы избежать столкновения, ведь дорога слева была пустой, а справа был маленький бордюр и столь же пустой тротуар. Водитель, наконец, не мог не почувствовать, что сбил человека.

Но Трушев Е.А. на полной скорости сбил девушку и переехал ее, даже не попытавшись притормозить. Из-за большой скорости Женю «засосало» под колеса, одежда зацепилась за задний мост машины, и водитель проволок ее полсотни метров, пока наконец не сбросил газ и не остановился. Никакого тормозного пути!

Более всего свидетелей поразило поведение водителя после наезда. Когда Трушев и его пассажирка — молодая женщина — вышли из машины, он пошел вперед и начал придирчиво осматривать капот своего «Москвича». И вслух прикидывать, сколько же ему будет стоить починить жуткую вмятину. И даже когда женщина закричала: «Что ты смотришь на свою машину, ты человека сбил!» — Трушев не прореагировал, а стал кому-то звонить и болтать по телефону. Именно болтать — эта деталь очень сильно зацепила память семнадцатилетнего Стаса и его пятнадцатилетнего брата.

Свидетелями наезда стали четверо несовершеннолетних. Именно они побежали к «Москвичу» и, приподняв за бампер, откатили машину вперед, высвободив тело Жени Галета из-под колес. Никто из взрослых им не помог. Ребята вызвали «скорую» и, пока ехали врачи, охраняли еще живую Женю, чтобы никто не сдвинул ее с места и не причинил еще большие травмы. Именно дети сказали на следствии правду.

На этих свидетелях следствие и споткнулось. Впрочем, если бы дело дошло до суда, все показания подростков были бы признаны недействительными. Как объясняет адвокат Игоря Галеты: «Следствие не спросило разрешения родителей на проведение следственных действий с участием несовершеннолетних свидетелей». Разрешение у родителей просил сам Игорь Галета. Именно просил, умоляя чужих людей хоть на миг проникнуться его личным горем. Это был единственный способ узаконить показания мальчиков. Но разве следователи об этом не знали? Да знали, конечно…

Поддельная схема ДТП возникла уже на следующий день после гибели Жени. По ней выходило, что водитель «Москвича» ехал параллельно с водителем «ВАЗа» и не мог видеть переходившую дорогу Женю. На следственном эксперименте это не подтвердилось: видимость у водителя «Москвича» была отменная, не заметить девушку он, конечно, мог, но только если вообще не смотрел на дорогу.

Тогда под давлением свидетельских показаний и очевидных фактов следователи вынуждены были составить правильную схему. Но попытки замять дело не прекратились. Уже после следственного эксперимента возникает еще одна версия. В деле неожиданно появляется свидетельница, якобы видевшая, что Женю Галета сбил вовсе не «Москвич», а «ВАЗ». Согласно этой версии, дело закрывалось очень легко. При этом следствие даже не попыталось найти этот самый «ВАЗ» и его водителя. Нашел Игорь Галета. Просто ему дико повезло.

Водитель «ВАЗа» Давыдов подтвердил все показания, данные мальчиками. Не очень охотно подтвердил, потому что сразу честно сказал: работает таксистом и не очень хочет нарываться на проблемы с ГИБДД.

…На очной ставке все с теми же мальчиками женщина сказала, что не ВИДЕЛА наезд, а СЛЫШАЛА…

…Меня в этом деле очень сильно зацепила еще одна маленькая деталь. Игорь Владимирович показал мне зелененький стикер, который ему дал следователь. На этой бумажке были записаны мобильный телефон водителя Евгения Трушева и имя «Женя». Номер телефона следователи передали отцу погибшей девушки, чтобы он сам позвонил «просто Жене» и «договорился». О чем надо было договариваться, сказать постеснялись. Но факт, что зеленая бумажечка с номером возникла тогда, когда провалились все попытки следствия закрыть дело.