Лет пять назад в Ростове шло сразу несколько громких «милицейских процессов». На скамье подсудимых оказались и шесть сотрудников Октябрьского райотдела. Отправил их туда капитан дальнего плавания Артур Арустамов. Ради такого благого дела он не пожалел даже свой белый «Мерседес».

Лучшая наживка — белый «Мерседес»

Арустамов тогда работал в Голландии, там и приобрел свое авто. Очень скоро на дороге «Мерседес» остановили двое сотрудников патрульно-постовой службы. Пока один беседовал с хозяином, другой осматривал багажник и салон.

Когда через сутки машину украли, Арустамов сразу догадался, что без ментов тут не обошлось. Кроме автомобиля, из гаража увели еще и новый унитаз, а профессиональные угонщики «мерсов» никогда бы не позарились на сантехнику. Так и оказалось: еще через сутки в Октябрьском райотделе тот самый милиционер, что снимал в гараже отпечатки пальцев угонщиков, спросил Арустамова: «А что вы будете делать, если вам предложат вернуть машину за пять тысяч долларов? Побежите докладывать милицейскому начальству?».

— Тут во мне сразу проснулось театральное чувство, — смеется Арустамов. — Я начал изображать испуганного армянина: «Да что вы, никуда я не пойду! Бог с ними, с пятью тысячами, главное «Мерседес» вернуть!». Вышел из РОВД — и прямиком в отдел собственной безопасности областного УВД. Там меня сразу предупредили: если не повезет, я могу потерять в ходе операции или деньги (у особистов своей валюты не оказалось, и они предложили «сыграть на мои»), или машину, а могу лишиться и того, и другого. Я был согласен на все варианты, только бы этих бандюков в погонах поймали.

Оперативники сработали хорошо — повязали вымогателей. Правда, денег при них не оказалось. И в райотделе сотрудники ОСБ их тоже не нашли, зато в одном из сейфов обнаружили пакетики с наркотой. У хозяина сейфа сдали нервы, он тут же рассказал, как работала их «группа»: один сотрудник ППС останавливал машину и начинал хозяину зубы заговаривать, а другой в это время кидал на заднее сиденье наркотик. Через сотню метров эту же машину останавливал другой милицейский наряд и обнаруживал в салоне… наркотики. Чтобы «уладить вопрос по-хорошему», нужно было заплатить 1000 долларов.

— Но моя кавказская физиономия в белом «Мерседесе», видимо, внушала надежды на нечто большее, чем 1000 долларов, — замечает Арустамов, — и милиционеры изменили план действий. А что денег моих так и не нашли, я нисколько не жалею — еще никогда мне не удавалось с такой пользой их потратить.

После суда Арустамов наклеил на обложку своего паспорта шесть маленьких звездочек — по числу отловленных «оборотней в погонах». А вскоре приклеил туда еще и седьмую. В ростовском аэропорту его остановил милиционер и попросил предъявить документы, а заодно показать имеющуюся валюту. Внимательно разглядывая пачку купюр, он будто нечаянно уронил паспорт. Арустамов паспорт поднял, а через минуту недосчитался в возвращенной ему пачке одной стодолларовой бумажки. Номера купюр Артур Альбертович всегда предусмотрительно переписывает, поэтому сразу позвонил знакомому офицеру ОСБ. Офицер приехал мгновенно, подошел к сержанту, спросил: «Брал?». Тот даже отпираться не стал.

— Отдай деньги и пиши заявление об увольнении! — скомандовал особист.

Баржа для приманки тоже подойдет

Артур Арустамов приехал в Ростов из Кисловодска пятнадцатилетним юношей — поступать в речное училище. Потом закончил еще и Нижегородскую морскую академию, много лет плавал лоцманом, дорос до капитана крупного ледокола. Год назад, как раз к своему 50-летию, Артур Альбертович сошел наконец на берег — стал директором дочерней фирмы голландской судоходной компании «Вагенборг». Кто б тогда мог подумать, какие невероятные приключения ожидают отставного капитана в скромном офисе на тихой улочке у Дона.

Началось все с того, что Арустамову позвонила сотрудница Астраханской таможни и заявила, что на баржу «Вагенборг 106», принадлежащую компании, неправильно оформлена таможенная декларация. Год назад баржа была отправлена в Астрахань — на судоремонтный завод «Первомайский» для выполнения работ. Таможенную декларацию, как и положено, оформлял сам завод. Однако когда возникли разногласия — надо ли было декларировать баржу вместе с новым оборудованием или отдельно — штраф в 50 000 рублей за якобы имевшее место административное правонарушение заплатили голландцы. Так, на всякий случай: судиться с российской таможней обойдется дороже. После этого у таможенников не осталось вопросов к владельцам баржи.

Зато они неожиданно появились у транспортной прокуратуры и транспортной милиции.

— Мне позвонили следователи Астраханского управления транспортной милиции, — рассказывает Арустамов, — и заявили, что им надо задать мне несколько вопросов. Я им сказал: «Приезжайте!».

Приехали двое следователей — Шамсудинов и Шахбанов. Сначала сказали, что все это дело, конечно же, не стоит и выеденного яйца. И тут же предъявили мне… подписку о невыезде. Оказывается, транспортная милиция возбудила против меня уголовное дело. И это при том, что баржа вообще не имеет ко мне никакого отношения — директором дочерней фирмы компании «Вагенборг» я стал через полгода после того, как баржа уже в переоборудованном виде прибыла в Астрахань и на нее была оформлена таможенная декларация!

На прощание милиционеры «утешили»: не стоит, дескать, переживать, дело легко поправимо, надо только встретиться в Астрахани с одним большим человеком, который «решит все вопросы». Арустамов мгновенно изобразил испуг и… пошел в ФСБ.

Город непуганых милиционеров

Астраханским милиционерам нужны были именно Арустамов и его фирма, учрежденная, между прочим, членами голландской королевской семьи. Шамсудинов с Шахбановым и их начальник Дегтярев почему-то решили, что принцы крови специально привезут из Европы 50 тысяч долларов, чтобы дать взятку российским милиционерам.

Именно такую сумму потребовал начальник Астраханской транспортной милиции подполковник Дегтярев (тот самый «большой человек») за то, чтобы с баржи «Вагенборг 106» был наконец снят арест. Многовато попросил, особенно если учесть, что все новое оборудование, установленное на барже, стоит всего 40 000 долларов, а она сама — не больше 200 000. Зато убытков по невыполненным контрактам почти за год вынужденного простоя набежало уже больше полумиллиона долларов.

Когда мы разговаривали с Арустамовым, он назвал Астрахань «городом непуганых милиционеров». Но надо быть совсем непуганым начальником милиции, чтобы явиться за взяткой лично. Много чего повидавшие на своем веку оперативники ФСБ — и те не ожидали, что подполковник Дегтярев повезет Арустамова в офис транспортной милиции.

— Операция чуть не сорвалась из-за того, что в ростовской типографии не успели к сроку отпечатать фальшивые деньги. В назначенный день мы встретились с Дегтяревым, он ввел меня в свой кабинет, открыл служебный туалет, а там какие-то пачки бумаг в углу свалены. Кидай, говорит, сюда. Я бросил, он меня провожает на выход — и тут я говорю условную фразу…

Через минуту шестеро сотрудников в штатском увели подполковника.

Врагу не сдается «Варягборг»

Члены голландской королевской семьи, справедливо решив, что Арустамову угрожает серьезная опасность, предложили ему вместе с семьей — женой, двумя сыновьями, невестками и внуками — голландское подданство и статус политического беженца. Отважный капитан уезжать в Голландию не хочет. Вместо этого собирается снова в Астрахань, где должен начаться суд над Дегтяревым, Шамсудиновым и Шахбановым.

Судья уже звонил Арустамову, спрашивал, собирается ли он как главный свидетель явиться на процесс: кто-то распустил слух, что он уехал из России. Кроме судьи и следователей, звонят и неизвестные — с угрозами. Так что Артур Альбертович по-прежнему находится под охраной ФСБ. Но вместо того чтобы обеспокоиться собственной безопасностью, Арустамов создал общественную организацию — «Антикоррупционное ополчение». Открыл в интернете сайт Korrupciy.net. На сайте можно увидеть фотографию многострадальной баржи, которую остроумные моряки теперь называют «Варягборгом», с огромной надписью на борту: «Я взяток не даю!».

Арустамов надеется, что костяком новой организации станут моряки — как люди, больше всех страдающие от поборов по пути на родину. Они, по замыслу Арустамова, могут выступить в роли «живцов», на которых служба собственной безопасности УВД будет ловить вымогателей.

В ближайших планах организации — повесить возле всех постов ГИБДД и таможни плакаты с указанием телефонов отделов собственной безопасности.

Пока капитан Арустамов пытается придать новый импульс борьбе с коррупцией в России, голландская судоходная компания решила, что ее суда больше не будут ходить под российским флагом, а ее буксиры, баржи и теплоходы будут ремонтироваться не в Астрахани, а в Баку.

Что касается «Вагенборга 106», то Астраханская областная прокуратура категорически отказывается вынести постановление о прекращении уголовного дела об аресте оборудования баржи, но и не передает его в суд, где дело неизбежно развалится. Жалобы пострадавших судовладельцев в Генеральную прокуратуру и лично президенту Путину возвращаются в Астрахань…