Жил-был в Балабанове Калужской области торговец фруктами Насраддин Касымов, 33 лет от роду, самый обычный человек. Жил вместе с русской женщиной, родилось у них трое дочерей — Вика, Роксана и Лейла. И все бы ничего, но глава семейства обходился без документов, точнее, паспорт СССР у него когда-то имелся, но он его давным-давно потерял. Что, впрочем, никак не омрачало его существования — правоохранительные органы то ли закрывали глаза на нарушение закона, то ли действительно пребывали в неведении. Хотя странно это: Балабаново — городок небольшой, 10 тысяч населения, и все его жители на виду, тем более южане.

«Момент истины» наступил в декабре 2005 года, когда на рынке проводили проверку паспортного режима. Касымов «погорел» — его арестовали и уже на следующий день судили, приговорив к штрафу и к выдворению из страны.

Решение, конечно, очень интересное: в нем указано, что суд не нашел смягчающих обстоятельств. Троих детей нелегала почему-то не взяли в расчет, хотя разлучать семьи запрещено и писаными законами, и неписаными. Вероятно, так произошло потому, что дети были рождены в гражданском браке, поэтому вроде как отца у них и нет. В то же время в свидетельствах о рождении дочерей черным по белому в графе «отец» написано: Касымов Насраддин Аладдин-оглы. На это обстоятельство суд не обратил внимания, и азербайджанца отвезли в областной центр, в Калугу, в спецприемник. Фактически — в тюрьму. Чтобы оттуда отправить на родину.
Возвращаться Касымову в Азербайджан очень не хотелось, ведь здесь, в Балабанове, у него семья. Но дело не только в этом: в начале 90-х его заставили воевать на карабахском фронте, там Насраддин получил контузию, а после лечения покинул страну, чтобы опять не подставлять голову под пули. То есть фактически был беженцем и, вернувшись, мог получить срок за дезертирство.

Гражданская жена Касымова Надежда Котова принялась хлопотать за мужа.

Помогавшая ей правозащитница Татьяна Котляр разослала письма и председателю областного суда, и областному прокурору с просьбой опротестовать решение районного суда: уж слишком очевидно, что выдворение многодетного отца противоречит и моральным, и правовым нормам. Но облеченные властью люди ответили, что не видят оснований для протеста. Эти основания разглядел только начальник Управления организации визовой и регистрационной работы Федеральной миграционной службы Александр Аксенов. Возможно, это и сыграло свою роль в том, что Касымова не посадили в самолет Москва — Баку. Но в спецприемнике, разлученный с семьей, он провел год. Почему не больше? Дело в том, что постановления об административном правонарушении через год теряют силу, поэтому его и отпустили. Но за что человек страдал — вопрос риторический. Формально его не лишали свободы, просто проводились, говоря чиновничьим языком, «мероприятия по обеспечению решения суда».

На днях я встретился с Насраддином Касымовым. Он оказался по-восточному вежлив и приветлив и все рассказал, как есть. Показал документ с очень непростым названием: «Свидетельство о рассмотрении ходатайства о признании беженцем на территории Российской Федерации по существу». В документе — фотография и отпечаток пальца. С такими корочками уже можно безбоязненно ходить по улицам. Выйдя из заключения, он попытался по суду добиться официального статуса беженца — не дали. Теперь надеется получить так называемое «временное убежище». Его дают на годичный срок. Потом будет хлопотать о российском гражданстве. Проще, к сожалению, никак не возможно — таковы законы.

А пока он сидел в тюрьме, старшие дочки сменили фамилию — теперь они не Котовы, а Касымовы.