24 января Верховный суд России отказался удовлетворить кассационную жалобу слесаря-газовщика Сергея Алексейчика, признанного виновным во взрыве жилого дома в Архангельске весной 2004 года.

Взрыв 16 марта 2004 года унес жизни 58 человек. Уже на следующий день после трагедии, особенно не вникая в суть событий, областная прокуратура заявила, что в гибели людей виноват бытовой газ. Эта версия и осталась для следователей приоритетной. Исходя из нее, был пойман подозреваемый — Сергей Алексейчик, за три года до того уволенный из архангельского «Облгаза». По мнению прокуратуры, ночью 16 марта 2004 года Алексейчик, долго вынашивавший план мести бывшему начальству, бегал по городу и свинчивал с газовых труб заглушки. Следователи утверждали, что слесарь посетил в ту ночь четыре дома, один из которых — № 120 на проспекте Советских Космонавтов — взорвался.

Судья Архангельского областного суда Харитонов, который вел процесс по делу о взрыве, не раз говорил присяжным заседателям: «В деле 54 тома. Следователи старались, собирали доказательства. А московские эксперты не могут ошибаться». За то, что Сергей Алексейчик совершил вменяемые ему преступления, высказались семеро присяжных, не согласились с этим пятеро заседателей. При этом все присяжные заседатели единодушно высказались за то, что подсудимый заслуживает снисхождения. 16 декабря 2005 года облсуд приговорил Алексейчика за терроризм, массовое убийство и повреждение чужого имущества к 25 годам колонии строгого режима.

Версия «газовой мести» многим кажется неубедительной. Например, потому что взорвавшийся дом принадлежит областному УВД. Его так и называют — «дом УВД».

О том, что взорвался не газ, а что-то другое, говорили в неофициальных беседах сотрудники МЧС, приехавшие из Москвы. Когда спасатели разбирали завалы, то нашли труп бомжа Василия Кукеля. Эксперты взяли пробы из-под его ногтей, а также сделали смывы с обломков подъезда. И дали заключение: под ногтями и на плитах обнаружены «вещества, которые входят в состав взрывчатых, но могут быть следами загрязнения окружающей среды». Решили, что все-таки виновато «загрязнение», и сконцентрировались на газе, и потому в трагедии виноват все-таки бомж, собиравшийся отнести газовую заглушку в пункт приема цветных металлов. Потом, правда, выяснили, что деталь не представляет никакой цветнометаллической ценности, и про труп предпочли забыть.

Против «газовой версии» свидетельствуют очевидцы. Один из них — таксист, который проезжал в момент взрыва мимо дома № 120. Он рассказал, что видел яркую вспышку на уровне 5—6-го этажа, потом вылетела стенная панель и показался дым. После этого подъезд моментально осел. Рассказ другого свидетеля, который оказался во дворе злополучного дома, аналогичен. Оба сошлись во мнении, что газ так не взрывается: первый 17 лет прослужил в армии взрывотехником, второй — тоже человек со спецподготовкой.

Эти показания прокуратура в расчет не приняла, сославшись на результаты экспертизы, проведенной Институтом криминалистики ФСБ.

Согласно предположительным выводам экспертов-чекистов, подъезд девятиэтажки наполнился газом за восемь минут. Специалисты учли при этом только естественную вентиляцию. В суде же свидетели рассказывают, что во многих окнах взорвавшегося подъезда не было стекол, а дверь не закрывалась из-за сугробов. Многие говорят, что газом в доме на проспекте Советских Космонавтов не пахло. В остальных домах, куда в ту ночь вызывали аварийную службу, пахло, и сильно. Но там, к счастью, взрывов не было.

Известно также, что признательные показания были даны Алексейчиком под давлением. Об этом говорили подсудимый и его родственники, которым довелось встретиться с сотрудниками Архангельского РУБОПа. Но эти и многие другие важные моменты Верховный суд не принял во внимание.

Адвокат Алексейчика Оксана Грушецкая сообщила корреспонденту «Новой газеты», что собирается обжаловать сегодняшнее решение Верховного суда в надзорном порядке. «А в случае, если нам откажут, обратимся в Европейский суд по правам человека», — заявила Оксана Грушецкая.