На прошлой неделе новостные агентства «Регнум» и «Кавказский узел» сообщили о покушении на Рамзана Кадырова. Чеченские власти тут же категорически опровергли сенсацию. Пресс-секретарь президента Чечни Лема Гудаев заявил, что во время предполагаемого покушения Кадыров был в Ярославле, на матче «Терека». А сам Рамзан Кадыров выразился еще жестче: «Эти провокационные домыслы порождаются идеологами экстремистов и их прихвостнями», — что в переводе с чеченского означает: отвалите, сами разберемся.

В отсутствие проверенной информации слухи о покушении, как это обычно бывает в Чечне, оборотились целым стадом уток. И Кадыров ничего не может опровергнуть, потому что он ничего не будет подтверждать. Одни говорили, что на Кадырова покушались дома, в четверг. Другие — что это было на стадионе в Гудермесе, в понедельник. Сайт «Кавказцентр», разумеется, объединил обе версии и заявил, что попыток покушения на Кадырова было две. Через некоторое время их стало уже три, и, видимо, покушения на Кадырова будут в ближайшее время совершаться на страницах «Кавказцентра» почти ежедневно.

«МК» решил не отставать от «Кавказцентра» и опубликовал поистине душераздирающую историю о том, как Кадырову принесли записку от «начальника боевиков» Доку Умарова. В записке якобы сообщалось, что Кадыров не может чувствовать себя в безопасности даже в собственном доме и получит подтверждение этому, если сходит в туалет и обнаружит в указанном Доку месте два патрона. Кадыров пошел в туалет, нашел патроны, вернулся, выстроил своих телохранителей и стал их ругать так, что один из них не выдержал и открыл огонь. Эта история имеет все составные части, необходимые ненавидящим Кадырова силовикам: она показывает, что Кадыров не контролирует ни Чечню, ни себя… И только один маленький недостаток: до такой «версии» еще додуматься надо…

Что на самом деле произошло? Судить об этом очень трудно, потому что все, кто знает достоверно, молчат; уже одно их молчание свидетельствует о том, насколько хорошо Кадыров контролирует Чечню и насколько больший ужас по сравнению с федералами он внушает. Однако это все же Чечня; в Чечне люди неучтенно не пропадают — так не бывает, чтобы в Чечне кого-то убили, и это осталось неизвестным. Это вам не Новогиреево.

Похоже, то, что произошло, — это все-таки не покушение, а скорее бытовуха. Надо напомнить, что нравы в Чечне таковы, что носить «стечкин» в присутствии Кадырова является неотъемлемой привилегией приближенных. Это вроде как носить шпагу дворянину при французском короле. Судя по самым правдоподобным сообщениям, Кадыров разговаривал с племянником одного из своих ближайших силовиков на повышенных тонах. Если бы он послал на три буквы российского генерала, то тот бы пошел по указанному адресу. Но Кадыров послал молодого чеченца, и началась стрельба. При этом телом своим Кадырова от племянника заслонил дядя.

Некоторые даже утверждают, что Кадыров ранен, видно, мол, что слегка прихрамывает и плечо его чересчур неподвижно. Тогда поездка в Ярославль на матч «Терека» — это вроде появление первого консула Бонапарта в Парижской опере сразу после взрыва адской машины: наглядная демонстрация крутизны. Понятно также, почему на слухи о покушении наложен строжайший запрет, — это история вполне из дрюоновской серии про проклятых королей. Не только федералов, но и людей из чужих сел просят не вмешиваться: «следствие» уже закончено, приговор вынесен и приведен в исполнение.

Однако, судя по всему, стрельба была еще и использована для чистки среди ближайшего окружения президента Кадырова. Очевидцы утверждают, что 20 июля в Центорое с так называемой базы «Брат» на западной окраине села были слышны крики людей, которых пытали. Судя по всему, это были сыновья и родственники высокопоставленных чиновников республики. Среди них называют сына одного из крупных хозяйственных чиновников, брата начальника одного из районных РОВД вместе с двумя сыновьями, и других людей, фамилии которых есть в распоряжении редакции, но приводить их пока было бы некорректно.

Разные источники называют число казненных от 6 и выше, но тут следует учесть, что слухи — какие-то от незнания, какие-то  от злонамеренности — будут самые жуткие, а действительность в Чечне порой куда жутче слухов. В любом случае, похоже, что дело не только в невыдержанном молодом чеченце.

Чечня столкнулась с самой страшной проблемой — проблемой возраста.

Возьмите чеченца лет 40. Он воевал или видел войну. Он видел, как федералы привязывали его отца к БТРу, как во время зачисток убивали и вымогали деньги, он видел труп своей покойной жены… Однако видел он и другое — полную анархию образца 97-го года, посты, которые через каждые сто метров грабили прохожих именем Аллаха, отрезанные головы в прайм-тайм по телевизору, рейд Басаева на Дагестан, являвшийся, по сути, предательством собственного народа и попыткой вернуть Чечню в состояние войны, потому что для Басаева война была лучше мира. Такой человек видел слишком много, чтобы верить кому-то. Ему можно объяснить, что Кадыров сделал так, что в Чечне есть русские деньги и нет русских танков, — а что хотят боевики: чтобы деньги снова исчезли, а танки снова вернулись? Он вряд ли доволен тем, что Кадыров отнял у Чечни свободу, но он вынужден, хотя бы и скрепя сердце, признать, что он вернул Чечне жизнь.

А возьмите мальчишку лет 15 — время, когда по адату мальчик считается совершеннолетним. Он вырос в то время, когда школы не было, а ответ на вопрос: «Делать жизнь с кого?» — звучал однозначно: «С Басаева». Этот мальчик ненавидит русских за кровь и грязь, он хочет убить «своего» мента и умереть за Аллаха. В 15 лет ему невозможно объяснить, что дорога вдоль дула автомата ведет не в рай, что она ведет в кучу дерьма посреди моря крови. И самое страшное, что если это можно объяснить мальчику в 15 лет, то из этого мальчика вырастет тряпка, а не мужчина.

Убивать таких подростков — значит убивать будущую элиту нации. Щадить их — значит увеличивать количество боевиков. Это замкнутый круг, который Кадыров сейчас пытается разорвать предельно жесткими способами. Родичам предлагают вытащить своих сыновей из леса и вводят принцип коллективной ответственности, мотивируя это тем, что в Чечне отец всегда знает, где бегает сын. Недавно начали жечь дома.

Не так давно, во время одной из таких встреч в Старопромысловском РОВД, родственники ушедшего в горы Аслана Хасбулатова возмутились, что подобные профилактические мероприятия — это не по закону. Милиционеры ответили им, что они живут по адатам. Это дилемма современной Чечни: боевики хотят жить по шариату, в Старопромысловском РОВД живут по адатам, российское законодательство в лице Басманного суда и капитана Ульмана просят не беспокоиться.