Это расследование — о расследовании. О том, как раскрываются громкие уголовные дела, находящиеся на личном контроле первых лиц страны. Формулировка эта стала штампом, и мало кто догадывается, что им маскируются война правоохранительных органов между собой, политические интриги и коррупция. Жертвы, страдания их родственников, а также отчаяние тех, кого назначали виновными, остаются за скобками.

(Окончание. Начало в №111)

В прошлом номере мы писали:

— 11 июля 2005 года, в 13.27, в Ухте сгорел торговый центр «Пассаж». Погибли 25 человек. Установлен факт поджога

— за совершение другого преступления арестованы подростки Пулялин и Коростелев. Они решили обмануть следствие, и чтобы им смягчили наказание, дали ложные показания о заказчиках поджога, назвав несуществующих персонажей. Сделка состоялась, Пулялин и Коростелев получили условные сроки, а опера и следователи в итоге поняли: громкое преступление превращалось в висяк

— параллельно с этим к одному из самых богатых ухтинских бизнесменов Фахрутдину Махмудову приходит сотрудник УБОПа и требует поделиться прибылью, в ответ на отказ угрожает сделать его фигурантом уголовного дела по «Пассажу»

— вновь «тщательным образом» допрошенные Пулялин и Коростелев дают показания: поджог «Пассажа», как и ряд других преступлений, совершены по заказу семьи Махмудовых

— Пулялин и Коростелев публично отказываются от «чистосердечных признаний», их арестовывают, а следствие вынуждено фальсифицировать доказательства и передавать «сшитое» дело в суд

— ФСБ проводит проверку и устанавливает факты фальсификаций

— на суде член следственной группы, заместитель прокурора Ухты Григорий Чекалин дает показания о фальсификации уголовного дела: подделка подписей и показаний свидетелей, сомнительные вещдоки, давление на подозреваемых. Суд оправдывает Пулялина и Коростелева и выносит частное определение в адрес правоохранительных органов

— прокуратура Коми обжалует приговор в Верховном суде, мотивируя незаконным вмешательством в дело спецслужб. Приговор отменен. Новый состав суда признает Пулялина и Коростелева виновными и назначает им пожизненное заключение

— бывший прокурор Чекалин и бывший опер Евсеев, участвовавшие в расследовании дела о поджоге «Пассажа», дают в Москве пресс-конференцию, на которой рассказывают: как, кто и каким образом посадил невиновных

Такая политика

В марте 2007 года в Республику Коми был назначен новый прокурор — Александр Шуклин. Его как-то сразу невзлюбили и местные власти, и руководство силовых структур. Впрочем, прокурор отвечал взаимностью. Дело о «Пассаже» лучше всего подходило для того, чтобы доказать некомпетентность чужака: именно Шуклину предстояло его доводить до конца, а все, кто был в курсе событий, понимали — доказательств нет. Нужен был человек, который открыто заявит о фальсификациях при расследовании.

В Ухту приехал сотрудник УФСБ по РК М. Тырин (сейчас зам. начальника УФСБ по Коми), который заявил: он уполномочен разобраться со всеми безобразиями и наказать виновных.

«26 октября я подробно рассказал Тырину обо всех фальсификациях в деле, предоставил аудиоматериалы, документы и иные доказательства преступной деятельности следователей. Собранная информация легла на стол начальника УФСБ Пиюкова и главы Коми Торлопова. Тырин заручился моим согласием выступить в суде. Понимая, что мое выступление обернется скандалом и негативным отношением ко мне на работе, Тырин заверил меня, что УФСБ будет оказывать мне всяческую поддержку. Басманов (тогда начальник СУ СК при прокуратуре РФ по РК. — Р.Б.) пообещал мне, что решит вопрос о моем переходе в возглавляемый им СК республики». Вспоминает Григорий Чекалин: «4 декабря 2007 года я был допрошен в суде и все рассказал. В итоге были назначены дополнительные экспертизы, опрошены новые свидетели, что привело к оправдательному приговору».

И 6 декабря в прокуратуру по СЗФО ушел рапорт начальника УФСБ Пиюкова: по факту обнаружения признаков преступления в деятельности членов следственной группы. 18 декабря в Коми вылетел следователь по особо важным делам Д. Петров, опросил свидетелей, должностных лиц, затребовал дополнительные материалы и уехал. Ни о каком процессуальном решении: возбудить дело или не возбудить — никому не известно. Известно только, что прокурор Шуклин все-таки ушел в отставку, вопрос о фальсификациях уголовного дела перестал волновать и ФСБ, и прокуратуру...

Чекалин никакой обещанной поддержки не получил: «Оценка моей личности как предателя корпоративных интересов прокуратуры, даже с учетом полной достоверности изложенных мной фактов, до сих пор не изменилась. Моему увольнению предшествовала череда угроз возбуждения уголовных дел в отношении меня». Собственно, по этому поводу предельно ясно выражался и Басманов, некогда звавший взбунтовавшегося прокурора на работу.

Вещдок

Второй процесс ничем не отличался от первого — та же доказательная база, те же свидетели. Разве что сменились судьи — Никитин, Котляков и Шевелев, написавшие более длинный приговор. Особый упор в мотивировочной части делается на одном весьма любопытном вещественном доказательстве, которое на первом процессе было признано недопустимым.

Это — записка, написанная подсудимым Пулялиным по «просьбе» оперативных сотрудников. Суть записки, которая якобы адресована ворам в законе Тиграну и Юре, такова: Пулялин признается в совершении поджога и просит прощения. «Тигран, Юра, здоровье Вам и всех благ! Отцы простите за молодость совершил по глупости и молодости, непоправимое. Пассаж заказали со стороны Махмудовых Фарида и Магомеда. Они уплатили мне 200 тыс руб. Еще раз простите. С арестантским уважением к Вам, Пулялин (Пуля) 8.12.06 год».

Этот документ удивительной человеческой силы был найден оперуполномоченным Сосоревым А.В. 19 декабря 2006 года под лавкой в камере для административно-задержанных… ОВД района Замоскворечье УВД ЦАО Москвы.

Историю рождения вещдока и его фантастического обнаружения рассказал журналистам 3 сентября этого года оперуполномоченный МВД Коми Михаил Евсеев на пресс-конференции в Москве. «Тиграна просто придумали. А вот что касается адресата Юры — это имелся в виду криминальный авторитет Юрий Пичугин. Вообще, все это проводилось в рамках оперативного эксперимента. Пулялина перевели на больничку в ИК-18. Просто там гораздо легче работать. Сидит в одиночной камере. Никакие зэки не знают, кто и как с ним общается. Это нормальная практика. К Пулялину завели слонов*. Записка была написана со спущенными штанами. Проще говоря, если бы Пулялин не написал ее, то его бы опустили**. Восьмого числа (декабрь 2006. — Р.Б.) она попала к нам в ОРЧ. Тогда меня вызвал к себе полковник Турдыев. Он играл важную роль в «Пассаже», вся оперативная работа со стороны МВД проходила через него. Перед этим несколько последних месяцев я был в командировках в Москве. Там у меня имелись связи. Решение о том, что записку надо было обнаружить в Москве, было принято в связи с тем, что если бы ее нашли в Коми, никто бы просто не поверил».

В редакции имеется аудиозапись допроса московского опера А. Сосорева, который проводил Чекалин: слышно как милиционер путается в показаниях. (По каким признакам он понял, что записка имеет отношение к Коми, объяснить тоже не смог.) Однако Сосорев поясняет: сразу же, как обнаружил документ (то есть 19 декабря), связался по телефону с МВД РК, конкретно — с Турдыевым. В суде Турдыев сообщил: 19-го числа он выехал в Москву для проверки подлинности записки.

«8 декабря была пятница. 11-го нам уже оформили командировочные. Цель командировки — реализовать записку. 17-го мы с Турдыевым выехали в Москву. Записку реализовывали через моих знакомых из аппарата МВД, с которыми мы встретились 18-го. Сосорев за день все оформил, и 20-го мы с Турдыевым выехали в Сыктывкар уже с «найденной запиской». Я думал, что ее будут использовать как разводку: ну, например, она ложится на стол следователя и адвокат ее замечает. Начинается движуха. Это часто практикуется, — рассказывает Михаил Евсеев. — Эту записку в принципе не могли использовать как доказательство. Все проводилось в рамках оперэксперимента. Когда я узнал, что Пулялина и Коростелева приговорили к пожизненному, мне стало интересно: по каким доказательствам? Узнаю, что в основу легла записка, которую я же практически и реализовал. Для меня это был шок».

И в подтверждение своих слов Михаил Евсеев предоставил редакции «Новой» командировочные документы и копии железнодорожных билетов на свое имя и на имя полковника Турдыева. Приказ о командировке был подписан 11 декабря. Также в редакции имеется рапорт полковника Турдыева, в котором он просит руководство возместить 105 рублей, потраченные на метро во время командировки — с 17 по 21 декабря.

После приговора

По словам адвокатов Махмудова, интерес «недружественных структур» к бизнесу его клиента не утихал. Появились новые персонажи, предлагавшие поделиться прибылью. 90% железобетонных изделий по республике, и в перспективе заказы на сумму более чем 9 млрд долларов США могут свести с ума не только сотрудников милиции.

Пожизненный приговор Пулялину и Коростелеву вынесли 19 июня 2009 года. А 20 июня в Ухте задержаны братья Махмудовы — Фахрутдин и Асрет. Вот тут-то и пригодилось некогда странным образом выделенное в отдельное производство уголовное дело по заказчикам поджога. (Напомним, оно было выделено после того, как одного из братьев Махмудовых — Магомеда — не удалось притянуть к истории с «Пассажем», но задолго до того, как закончилось расследование по Пулялину и Коростелеву, что с точки зрения закона, мягко говоря, нелогично.)

По версии следствия, глава бизнес-империи Махмудов лично вывозил малолетних воришек Пулялина и Коростелева в лес, где стращал их и требовал поджечь «Пассаж», а потом еще и звонил лично, чтобы поинтересоваться деталями. Выезд в лес, кстати, «происходил» в тот день, когда Махмудов был на годовщине смерти отца в городе Дербенте (Дагестан). С тех пор Махмудов много раз уезжал из Ухты и возвращался, несмотря на «признательные показания» по его поводу.

В магазин «Строймаркет» и на завод ЖБИ зачастили с обысками, следователи почему-то изымали финансовую документацию. И у наблюдателей сложилось впечатление, что в первую очередь ищут деньги, а не доказательства участия в поджоге. Как бы то ни было, сейчас официальные представители следствия считают Махмудовых руководителями оргпреступного формирования и объявляют в розыск их бизнес-партнеров. На заводе удивляются: «Приехали в нерабочее время, расставили автоматчиков по периметру. Зачем? Приезжайте с утра, все документы сами отдадим».

…Глава республики Владимир Торлопов, суммируя происшедшее, высказался публично так: «К сожалению, из-за некачественной подготовки дела под руководством бывшего прокурора республики Александра Шуклина оно не устояло в суде. Новое руководство подготовило доказательную базу совсем на ином качественном уровне, что позволило суду вынести справедливое, на мой взгляд, решение». Вообще-то, после оправдательного приговора глава республики также ругал бывшего прокурора, правда, несколько иначе — говорил о том, что посадил невиновных. (Впрочем, в беседе со мной Владимир Александрович пояснил: как руководитель исполнительной власти он не мог себе позволить критиковать решение власти судебной.)

…Бывший прокурор Чекалин написал заявление в Замоскворецкую прокуратуру по факту фальсификации на территории ОВД материалов уголовного дела и  еще — письмо президенту России. Заключительные слова звучат несколько пафосно, но мне почему-то кажется, что и искренне: «Я давал присягу прокурорского работника и клялся, что буду всеми силами защищать закон и бороться с преступностью, кто бы эти преступления ни совершал. Я до сих пор ни на шаг не отступил от данной мной присяги и готов отстаивать каждое слово, сказанное мной в суде и в этом обращении».

Послесловие с комментариями

Следователь Анатолий Власенко, который довел Пулялина и Коростелева до пожизненного заключения, комментировать ситуацию не отказался и не согласился, попросив позвонить когда-нибудь потом (дату не уточнил).

Бывший первый замначальника управления уголовного розыска МВД РК полковник Равшан Турдыев, услышав, что звонят по поводу «Пассажа», бросил трубку. Со второй попытки сообщил: ничего говорить не будет, порекомендовав «сводить своего Евсеева в психушку».

Бывший оперуполномоченный ОВД Замоскворечье Андрей Сосорев по-прежнему утверждает, игнорируя документы, что встретился с Турдыевым 19-го числа.

Замначальника УФСБ по Республике Коми Михаил Тырин отказался что-либо обсуждать с корреспондентом «Новой».

Глава Коми Владимир Торлопов в очень изящном письме порекомендовал приехать в Сыктывкар и встретиться с ним лично. Что и было сделано. В беседе и он, и его первый зам Алексей Чернов сообщили, что дело о поджоге «Пассажа» не имеет никакого отношения к политике, хотя и не стали отрицать негативного отношения к бывшему прокурору.

«Для меня лично это было большое потрясение. На протяжении всего этого дела я морально поддерживал родственников погибших при пожаре в «Пассаже». После первого приговора были письма о том, что кто-то якобы лоббировал решение суда, но я объяснил, что это не конец и что на скамье подсудимых должны оказаться и исполнители, и заказчики этого преступления. Меня, конечно, удивила пресс-конференция с Чекалиным. Загадочная история. Но будем судить по окончательным результатам. После первого приговора я предложил прокурору Шуклину встретиться со мной, но он почему-то не согласился. Но я ему потом сказал: «Александр Иванович, оправдательный приговор означает, что ваши следователи либо не набрали нужного количества информации, а если набрали, то не смогли внятно объяснить. Посмотрим, что будет на кассации». И в заключение заверил, что заинтересован в скорейшем и объективном окончании этого дела.

Господин Овсянников — следователь, в производстве которого сейчас находится дело о заказчиках, пояснил: работа идет полным ходом, появляются все новые и новые факты, доказывающие вину братьев Махмудовых. По мнению следователя Овсянникова, записка, найденная в Москве, никаких сомнений у него не вызывает, а проводить очные ставки смысла нет: «Пулялин с Коростелевым отказываются от своих показаний по каким-то причинам». Только на один вопрос Овсянников не ответил: зачем Махмудовым среди бела дня поджигать «Пассаж»? Каков мотив преступления, если у них совсем другой, крупный бизнес, а клочок земли с деревянным бараком может представлять интерес только для того, кто захотел открыть шаурминную? Следователь сослался на тайну следствия.

В Ухте, на месте ТЦ «Пассаж», идет строительство часовни в память о погибших. Это была просьба потерпевших. Пятеро из них нашли в себе силы встретиться, разговору мешали слезы. Позиция их однозначна, ее высказала Ольга Генриховна Мельченко, потерявшая единственную дочь: «Мы твердо убеждены в том, что это ужасное преступление совершили Пулялин с Коростелевым, а заказали Махмудовы. Эта убежденность — результат двухлетнего участия в судебных заседаниях».

Судья Кунтаровский, вынесший оправдательный приговор, вежливо отказался от комментариев, пояснив: пока кассационная инстанция не вынесла решения, он не имеет права этого делать.

…И самое последнее событие. По данным из следственного комитета Коми, буквально через неделю после проведенной в Москве пресс-конференции было вынесено постановление о возбуждении уголовного дела в отношении Михаила Евсеева. Его обвиняют в фальсификации материалов уголовного дела — как раз той самой злосчастной записки. Логике это не поддается вот почему: если записка все-таки фальсифицирована, то как быть с основным и, пожалуй, единственным доказательством вины неудачливых воришек Пулялина, 22 лет, и Коростелева, 21 года, осужденных на пожизненное заключение? Еще раз — на пожизненное заключение.

И кто тогда на самом деле убил 25 человек?

* Слоны — люди, находящиеся в местах лишения свободы и работающие на исправительную систему.

** Опустить — акт сексуального насилия над заключенным.