Расследования / Выпуск № 109 от 30 сентября 2013

10356 «Мы стояли с Косенко плечом к плечу»

В процессе над «узником Болотной» слова омоновцев опровергли свидетели защиты — и видеозапись «Новой газеты», на которой видно, кто говорит правду

28.09.2013 Теги: болотное дело

Дело Михаила Косенко, выделенное в отдельное производство из дела двенадцати «узников Болотной», остается по отношению к нему модельным. В отличие от ситуации с Максимом Лузяниным, который признал свою вину и поэтому в судебном заседании никакие доказательства не исследовались, разбирательство в отношении Косенко идет по полной программе. С представлением видеоматериалов, допросами свидетелей обвинения (сотрудников МВД) и защиты. Есть и еще одно обстоятельство. По результатам экспертизы, проведенной в Институте имени Сербского, Михаил может быть признан невменяемым. Так что для него существует не два, а три варианта приговора: оправдательный, обвинительный с каким-либо «типовым» наказанием — или обвинительный по сути, но означающий принудительное лечение в специализированном психиатрическом заведении.

 

Поединок экспертов

13 сентября в Замоскворецком суде председательствующая Москаленко неожиданно для всех объявила о том, что сторона обвинения закончила предъявлять доказательства. Последний свидетель прокуроров — омоновец Пузиков, кстати, не опознал в подсудимом обидчика его коллеги Казьмина.

А 23 сентября в суд был приглашен один из экспертов комиссии Института имени Сербского, которая вынесла заключение о невменяемости Михаила Косенко, — Инна Ушакова. Защита же заявила в качестве специалиста-эксперта известного независимого психиатра Дмитрия Савенко. Часть этого заседания была закрытой по желанию самого Михаила: он не хотел, чтобы люди обсуждали вопросы, связанные с его здоровьем.

Инна Ушакова — невысокая женщина в приталенном светлом пальто, немного флегматичная и уставшая. Войдя в зал, она не глянула на публику, на адвокатов, на подсудимого, а, облокотившись на стол, стала ждать вопросов.

Начинал эксперт Савенко:

— Коллега, расскажите мне, как ваша экспертная комиссия так резко изменила диагноз? На протяжении 12 лет Косенко наблюдался в психоневрологическом диспансере, аккуратно принимал лекарство, диагноз был известен: вялотекущая шизофрения простой формы, а вы вдруг поставили параноидную шизофрению, в то время как вялотекущая шизофрения выведена давно из кластера шизофрений…

Ушакова отвечала слишком спокойно и небрежно: ну это же все-таки шизофрения. Не торопилась она отвечать и Михаилу, когда он спросил, почему комиссии понадобилось меньше часа, чтобы установить диагноз? Она так же флегматично бросила: «Ну на 15 минут меньше или на полчаса, никто по секундомеру не засекал».

Комиссия состояла из трех человек, они задавали вопросы, но Ушакова не помнит даже свои. Чтобы освежить память, она открыла бумаги: «Доктора всегда собирают анамнез в процессе клинической беседы. Нам представляют документацию те, кто направляет на экспертизу. В нашем случае это следователь по особо важным делам ГСУ СК РФ подполковник юстиции Пумырзина. Она предоставила в наше распоряжение материалы уголовного дела № 201/459415-12, в одном из томов личное дело № 8576, медицинская документация. Из всех этих документов мы собираем анамнез».

Допрос продолжил адвокат Айвазян:

— Когда вы обследовали Косенко, признаки агрессии наблюдали?

— Нет.

— А какие признаки психотического состояния вы наблюдали?

— Серое или черное настроение, слабость, угнетающие мысли, вялое бессилие. Ощущение слежки… Это, конечно, немного неврозоподобный регистр, но… озвученные мысли: группа людей, которая пытается причинить зло, возможность стать великим, многого добиться…

Такая позиция вызвала протест эксперта Савенко:

— Но все это противоречит агрессии. А у вас указано, что есть риск агрессии.

— Я вам не сказала, что есть агрессия, — парировала Ушакова.

Продолжает напирать Айвазян:

— Как вы определили, что он опасен для окружающих?

— А где это написано? — отвечает вопросом на вопрос Ушакова.

— Является ли, по вашему мнению, участие в митинге 6 мая 2012 года проявлением психотического расстройства?

— Его же не в участии в митинге обвиняют, а в участии в массовых беспорядках.

— Когда он пошел на митинг, его действие было проявлением психотического расстройства, его действие было опасным на тот момент для общества?

— Любое действие имеет свой мотив. Скорее все было обусловлено неврозоподобным состоянием, а не психотическим. Но его обвиняют в совершении общественно опасных действий, когда человека направляют на экспертизу, этот факт мы, эксперты, не можем не обсуждать. Не можем подвергать сомнению: есть человек, есть обвинение в общественно опасном действии.

Традиционная практика советской карательной психиатрии: когда вменяемое, но не доказанное преступление по факту определяет диагноз, а значит, во многом и судьбу человека. Со здоровыми людьми, впрочем, ситуация не лучше: тяжесть предполагаемой вины, например, часто определяет меру пресечения.

Адвокаты заявили ходатайство о повторной психиатрической экспертизе, но судья отказала.

 

Свидетели защиты

На трех заседаниях выступали свидетели защиты. И те, кто просто был на Болотной площади 6 мая 2012 года, и, что еще более важно, те, кто непосредственно видел инцидент с омоновцем Казьминым, ключевой в деле Косенко: Леонид Беделизов, Олег Орлов, Ян Рачинский.

Леонид Беделизов — блогер «Леонид Броневой». Он оказался свидетелем происходящего с Казьминым случайно, но к тому времени ОМОН уже разгоряченно гонял по площади людей, а Беделизов снимал все это на мобильный телефон. Видео Леонид выложил в интернет. На суд он принес с собой это видео и раскадровку.

Но судья поначалу отказалась приобщать видео к материалам дела (хотя на следующем заседании неожиданно изменила свое решение), и Беделизову пришлось устно пересказывать то, что он увидел и заснял.

— На моей записи видно, что Михаил Косенко омоновцу Казьмину никаких ударов не наносил, его избивали совсем другие люди, — рассказал Беделизов «Новой». — В момент максимального сближения Косенко от Казьмина находится примерно в метре. В этот момент к Казьмину был близок другой человек, в белой майке, на что я обращал в суде внимание. Потом полицейского стали избивать три других участника, среди которых Михаила Косенко тоже не было, поэтому мне непонятно, что ему предъявляют. Прокурор, в частности, когда я заявил, что сотрудники ОМОНа использовали дубинки на протяжении всего митинга, спросила, в курсе ли я, что никто из гражданских официально не обращался за медпомощью и что никто официально не был признан пострадавшим? Я ответил, что у меня нет доступа к таким данным, но я знаю, что сотрудники полиции использовали дубинки, и тому есть фото- и видеоподтверждение. Также прокурор показывал снимки обвинения, на одном из них был кадр максимального сближения омоновца Казьмина и Косенко. Там было видно, что дистанция между ними как раз около метра. Никаких ударов руками и ногами со стороны Косенко не было.

О том, что было на суде, «Новой» рассказал и свидетель Олег Орлов:

— Я видел, как полицейский ударил пожилого человека всего лишь за просьбу прекратить насилие. Это был удар в грудь, человек упал, ударился головой о землю. Я его пытался поднять. Я рассказал о том, как омоновцы применяли дубинки, и я пытался подойти к полковнику, поскольку я член экспертного совета при уполномоченном по правам человека при президенте. Но на меня смотрели дикие глаза, а говорить нормально он просто не мог.

По словам Орлова, во время избиения Казьмина он стоял сзади через одного человека и хорошо видел, что Косенко не наносил удары, не принимал участия в драке, когда Лузянин хватал Казьмина, а другие люди отбивали какого-то демонстранта.

— Прокурор мне задал, на мой взгляд, довольно глупый вопрос, — вспоминает Орлов. — Вам показывали фотографии, которые приобщены к материалам дела, и на одной из них у моего коллеги Яна Рачинского и стоявшего рядом Михаила Косенко подняты по-разному руки. Вопрос был: «Почему у них по-разному подняты руки, если они не дрались?» Я ответил, что, когда в метре от вас находится ком дерущихся людей, естественно, будешь защищать себя, например, поднимая руки. Это особенность психофизического состояния.

А вот что говорит Ян Рачинский:

— Я стоял с Косенко плечом к плечу, поэтому я смог с уверенностью сказать, что агрессивных действий с его стороны не было. Иначе я бы их, несомненно, заметил.

 

Организатор

Сергей Давидис был одним из заявителей мероприятия, поэтому в суде он рассказывал и о том, как шло его официальное согласование, и о том, что непосредственно происходило 6 мая. Вот его показания.

«Я был официально одним из организаторов. <…> Маршрут митинга с представителями правительства Москвы мы, организаторы, согласовывали до 4 мая. Согласование проведения публичного мероприятия маршрута мы получили письмом, подписанным руководителем департамента региональной безопасности Алексеем Майоровым. На официальном бланке. Там был определен маршрут, и было указано, что местом проведения митинга является Болотная площадь, без каких-либо ограничений. <…> Так как согласовали нам маршрут шествия только 4 мая, и совещание с правительством было в тот же день, полковник Дейниченко (замруководителя управления охраны общественного порядка.Ю. П.) предложил руководствоваться тем планом, который использовался 4 февраля на митинге, проведенном по такому же маршруту. Объекты и границы должны были быть теми же. <…> 6 мая существенным образом были нарушены условия проведения согласованного мероприятия. <…> Я лично замыкал колонну. <…> Когда у нас возникали вопросы по организации мероприятия, то мы не имели возможности связаться ни с кем из сотрудников полиции».

Давидис рассказывал долго, подробно, отвечал на вопросы адвокатов. После того как они закончили, поднялся Михаил Косенко. Это был первый в судебном заседании диалог между подсудимым, оказавшимся в заключении, и одним из тех, кто вывел на площадь людей.

— Сергей Константинович, как именно происходит согласование митинга и шествия?

— Личное общение обычно происходит до согласования митинга. В данном случае оно было, когда мы обсуждали, какой маршрут допустим, а какой недопустим. Это было очень долго, а потом уже было согласование технических аспектов: во сколько будет перекрыто движение, откуда будет организован вход людей…

— Фактически получается не согласование, а получение согласия, так? То есть это не уведомительный характер, о котором сказано в законе, а наоборот, на уведомление надо получать согласие, так? То есть это лукавство в законе, вы согласны со мной?

— Ну в правоприменительной практике — точно.

— И главный вопрос: в чем причина того, что случилось, на ваш взгляд?

— Я полагаю, что накануне инаугурации была твердая команда на прекращение всякой уличной активности к вечеру 6-го числа. Им было известно, что часть граждан хочет остаться на Болотной площади, и они решили сорвать массовое мероприятие для того, чтобы эту возможность устранить. На мой взгляд, это так.

 

Поверьте глазам

В суде выступали и другие свидетели защиты, кроме того, адвокат Мирошниченко зачитал отрывки из доклада, представленного Общественной комиссией правозащитников, журналистов и деятелей культуры по итогам независимого расследования событий на Болотной. Проделав работу, основанную на свидетельствах более 600 очевидцев, фото- и видеоматериалах событий 6 мая 2012 года на Болотной площади, комиссия сделала вывод, что массовых беспорядков не было, а были отдельные столкновения полиции с демонстрантами, которые были спровоцированы правоохранительными органами. И причиной событий явилось нарушение властями схемы, согласованной с заявителями.

Прокурор доклад оставил на усмотрение суда, и судья — что удивило многих — приобщила документ к материалам дела.

В финале пятничного заседания адвокат Ржанов заявил, что защита хочет приобщить последнее доказательство — видео «Новой газеты», которое, по его мнению, доказывает невиновность Михаила Косенко.

Судья Москаленко приобщает видео, сделанное корреспондентом «Новой» Полиной Приваловой. Оно снято примерно с той же точки, что и видео Леонида Беделизова, но благодаря возможностям профессиональной техники события видны еще лучше. Видно, что омоновца Казьмина действительно избивают, но это делает не Косенко. Михаил несколько секунд испуганно смотрит на происходящую рядом с ним драку, а потом вообще отходит глубже в толпу.

Омоновец Казьмин бросается в толпу, Лузянин хватает его сзади

Омоновец заносит руку с дубинкой, Косенко стоит спокойно. Через секунду разъяренного Казьмина будет вытаскивать из толпы его коллега

Лузянин валит Казьмина с ног

В драке участвовал неизвестный в белой майке, которого запомнил Беделизов

В понедельник, 30 сентября, начинаются прения сторон, потом последует приговор. Но уже сейчас понятно, что Михаил Косенко, инвалид 2-й группы, ставший в своей жизни сначала жертвой дедовщины в армии, получивший на постсоветском пространстве диагноз «вялотекущая шизофрения простой формы», которая в других странах могла быть признана обычным аутизмом, стал жертвой сначала обстоятельств, а потом и самой системы. Системы, представитель которой сначала не отпустила его из СИЗО на похороны мамы, а скоро объявит приговор.


P.S. Благодарим Комитет 6 мая и Дмитрия Борко за помощь в подготовке материала.



12 комментариев

0
Анатолий Клименский , 29 сентября 2013 в 22:26
— И главный вопрос: в чем причина того, что случилось, на ваш взгляд?
— Я полагаю, что накануне инаугурации была твердая команда на прекращение всякой уличной активности к вечеру 6-го числа. ИМ БЫЛО ИЗВЕСТНО, ЧТО ЧАСТЬ ГРАЖДАН ХОЧЕТ ОСТАТЬСЯ НА БОЛОТНОЙ ПЛОЩАДИ (выделено мной, А.К.), и они решили сорвать массовое мероприятие для того, чтобы эту возможность устранить. На мой взгляд, это так.
0
точка над и , 29 сентября 2013 в 23:13
Михаил просит не обсуждать его диагнозы публично - газeтчики снова и снова продолжают повторять и подчеркивать "шизофрения", а теперь ещё и модный нынче "аутизм" приплели-вбросили...

Может, стоит проявить больше деликатности к человеку, и так страдающему безвинно.
0
Ирина Алексеева , 30 сентября 2013 в 08:34
И после таких-то вот СТРОГО ЛОГИЧНЫХ вопросов кто-нибудь осмелиться утверждать, что у Михаила Косенко шизофрения? Кто скажет такое, тому самому хорошо бы полечиться (если вдруг случайно излечим): грубейший сбой логики! Не знаю, как в других странах, а у нас есть разделение психиатрии на большую и малую: большая - психозы, малая - неврозы. У Миши, скорее всего, есть невроз, тем более, что ясно, как и по чьей вине приобретен (при этом его невиновность - более чем прозрачна). А у какого нормального человека его нет и прямо-таки не было никогда?! Только невроз лечится НА СВОБОДЕ (в санаторных или амбулаторных условиях), а никак не у "господ Сербских"!!! С чего берусь говорить об этом с таким же знанием дела, как говорил бы психиатр? Да с того, что сама побывала за дурдомовской решеткой (теперь уже имею экспертное заключение Независимой Психиатрической Ассоциации России) и прекрасно знаю, как на этой "кухне" стряпаются диагнозы - просто "от фонаря". Только попади разок в их официальную "обойму" - жизнь искорежена навсегда, их "истории болезни" не горят и в архив не сдаются!

И вот что меня беспокоит. Хочу надеяться, что будет все-таки амнистия узникам Болотной, хотя по-нормальному должны быть оправдательные приговоры с компенсацией. У других раны затянутся не скоро, но с Миши-то "не слезут" вообще! Стукни кто-нибудь заинтересованный или просто агрессивный и злой - все, пожалуйте, молодой человек, в машину! Мы, общество, НЕ ИМЕЕМ ПРАВА этого допустить! Диагноз ОБЯЗАН БЫТЬ снят, а "досье" похоронено!!!
0
Валентин Бедеров , 30 сентября 2013 в 20:43
Я и в амнистию-то не верю, дорогая Ирина...
0
николай лисянский , 1 октября 2013 в 11:18
Все Вы правильно написали -но прочитают это очень мало людей и через одну минуту забудут читая следующий коммент А ОСНОВНАЯ МАССА НАСЕЛЕНИЯ ЭТО БИОМАССА НЕ ПРОЧИТАЮТ -это им неинтересно. А пообщай тесь с молодежью и более старшими -так они не знают - что такое БОЛОТНОЕ ДЕЛО против участников =ВОТ ТАКИЕ ДЕЛА
0
Дмитрий Кузьмин , 30 сентября 2013 в 15:12
Из кадров видно, что из людей стоящих вокруг за ОМОНовца не заступился никто, что характерно... Вы только не обижайтесь "полицейские", ведь зарплату вы получаете из денег налогоплательщиков и если в ответ налогоплательщик не получает от вас никакой защиты (а иногда вы являетесь и источником опасности), так почему бы вам хотя бы иногда и не вламывать? Назовите хоть одну причину - почему нет?
0
Александр Фирсов , 1 октября 2013 в 10:36
Вот здесь видео того, как на четырех УИК Дивизии Дзержинского (расквартированной в Балашихе и голосующих в соседней школе), полным ходом идет фальсификация (карусельщики ходят от одного избирательного ящика к другому): http://www.democracy.ru/articl... . Пока ОМОН-овское руководство не отсидело за фальсификации выборов, любое избиение ОМОН-овца есть защита основ государства и права.
0
Анна Шевцова , 1 октября 2013 в 12:59
А что это за мощный объёмный мужик выступает активно на площадке? Чёрная кепка , в темной одежде?
То ли бьёт, то ли разнимает, непонятно.
Есть такой свидетель, или обвиняемый ?
0
Boris Koshkin , 2 октября 2013 в 10:07
"его обвиняют в совершении общественно опасных действий, когда человека направляют на экспертизу, этот факт мы, эксперты, не можем не обсуждать. Не можем подвергать сомнению: есть человек, есть обвинение в общественно опасном действии" - В любом цивилизованном сообществе за эту фразу как минимум должны навсегда закрыть дорогу к экспертизе. Да и диплом психиатра можно поставить под сомнение. Потому что профессионал должен обсуждать поведение личности, а не то, в чем его обвиняют. Особенно в таком, явно политическом деле.
Самое противное не то, что психиатр так рассуждает. Гораздо важнее, что она не стесняется произнести это вслух. И профессиональное сообщество молчит. Следовательно, это не глупость г-жи Ушаковой, а карательный уклон всей постсоветской психиатрии...
0
Елена Ситникова , 2 октября 2013 в 20:51
Похоже это все на мясорубку,в ней личность ЧЕЛОВЕКА мнут!!!Отсутствие здесь слово ЧЕЛОВЕЧНОСТЬ,уж точно как ненужный атрибут!!!Система в кураже,и нет сомненья,ты вроде вдалеке,ну а в душе твоей печаль,как жаль свою страну,где нету правды и тех ребят ну очень-очень жаль!!!
0
Мурат Джоламанов , 2 октября 2013 в 23:35
На Валдае можно сидеть и выпендриваться, Но по реакции на Болотную всем видно, что гребец галерный капитально зассал.
0
Мурат Джоламанов , 2 октября 2013 в 23:38
Потом, правда чуть оправился, и теперь мстит ребятам с Болотной за свой животный страх.


Этот материал вышел в номере

Блог редакции

Почтовый ящик

Наши читатели часто присылают нам свои вопросы и наблюдения. Каждый понедельник мы публикуем их:

Присылайте свои письма 2016@novayagazeta.ru

Самое обсуждаемое

Все можно

160
Елена С.: Это Вы (вместе с этой самой васиной) еще "Санькину любовь" не читали!...

Самое читаемое

Наши авторы

Связь с редакцией

Если вы нашли ошибки в тексте, неточные факты или другие помарки, просто выделите текст и нажмите ctrl+enter.

Если у вас есть предложения редакции, если вы хотите купить у нас рекламу или располагаете какими-либо материалами, напишите нам или позвоните по телефону.

2016@novayagazeta.ru (495) 926-20-01

Для сообщений рекламного характера

reklama@novayagazeta.ru (495) 623-17-66 (495) 648-35-01
(495) 621-57-76

Тви-новости

Нужна ваша помощь

«Новая газета» участвует в благотворительных акциях по сбору средств нуждающимся. В наших силах вместе помочь ближнему.

Реклама