Расследования / Выпуск № 91 от 18 августа 2014

8476 Как провалили явки

Обвинительным приговором закончилось громкое дело о массовой фальсификации признательных показаний в колонии для пожизненно заключенных

18.08.2014

Суд Ямало-Ненецкого автономного округа 15 августа вынес приговор по резонансному делу о псевдоявках с повинной, которые в немыслимых количествах писали осужденные на пожизненные сроки из спецколонии № 18 «Полярная сова», что в Харпе. В выбивании этих явок и фальсификации свидетельских показаний судья Игорь Полуяхтов признал виновными бывшего старшего оперуполномоченного колонии подполковника Юрия Сандркина и заключенного Вадима Журавлева. Под их давлением заключенные «признались» в причастности к 190 громким преступлениям, в том числе к убийствам Анны Политковской, Пола Хлебникова и Ахмада Кадырова…

Действия Сандркина, который таким образом пытался добиться повышения по службе, суд квалифицировал как превышение должностных полномочий с применением насилия или угрозой его применения. Бывший опер получил 3,5 года колонии общего режима с запретом занимать должности в правоохранительных органах сроком на полтора года, Журавлев за пособничество — 4 года. Правда, на общий срок заключения Журавлева это не повлияло — у него и так пожизненное.

Конвейер по изготовлению ложных признательных показаний осужденных ИК-18, о котором неоднократно писала «Новая», был раскрыт в 2010 году. Тогда молодого следователя из Екатеринбурга Дмитрия Корешникова, к которому пришла одна из «чистосердечных» явок, поразила мегаэффективность работы надзирателей. Корешников выяснил, что всего за восемь месяцев в ИК-18 они «раскрыли» почти двести преступлений. Притом что в среднем в других колониях за год пишут по 2—3 признания. Потом оказалось, что все написанные в «Полярной сове» явки с повинной — самооговоры.

Сам следователь Корешников на протяжении нескольких лет занимался делом уральского рейдера Павла Федулева, банда которого совершила несколько заказных убийств. В 1996 году жертвой «федулевских» стал бизнесмен Соснин и его охранники. Расследование несколько раз приостанавливалось, но в 2010 году Корешников смог отправить заказчика убийства, Павла Федулева, за решетку. Однако найти киллеров не удавалось. В какой-то момент к нему пришла «чистосердечная явка» из Харпа от заключенного Юрия Кузнецова, согласно которой он — один из исполнителей убийства. Смущало то, что заключенный уж слишком детально все описал, вплоть до использования слова «дутыши» (сапоги), в которые якобы был одет Кузнецов в момент совершения убийства. Между тем «дутыши» — чисто уральский жаргонизм, который вряд ли мог знать уроженец Брянска Кузнецов. Эта мелочь и помогла въедливому следователю установить: осужденный просто вычитал эту информацию из материалов дела и подсунутых ему Сандркиным газет.

А вскоре в руки следователей попал еще один подозреваемый, причастность которого к преступлению подтвердили на опознании потерпевшие и очевидцы. Когда же в Екатеринбург на допрос доставили Кузнецова и он начал «плыть», стало ясно: следствие водят за нос. В ходе обыска в личных вещах заключенного была найдена шпаргалка — копия объяснений по «делу Федулева». В итоге Кузнецов признался в лжесвидетельстве и стал рассказывать, что в ИК-18 создана целая система выбивания явок у зэков. Корешников настоял на госзащите для Кузнецова, а сам занялся изучением «явочного» конвейера.

В письме, отправленном в редакцию «Новой газеты», сам Юрий Кузнецов впоследствии пояснял, что в апреле 2009 года его посадили в одну камеру с особо опасным рецидивистом Вадимом Журавлевым, который из прожитых 36 лет 20 провел за решеткой. Тот стал принуждать сокамерника писать явки с повинной,  в противном случае,  обещал Журавлев, тот отправится «кататься» по камерам: для начала по дурачкам и «опущенным», потом в «пресс-хату». «Я не стал испытывать судьбу и начал писать все», — рассказывал Кузнецов. Его слова подтвердили и некоторые другие обитатели «Полярной совы», на протяжении 2010—2012 годов присылавшие в «Новую» письма. Некоторые признавались, что написали около 60 ложных явок с повинной, предварительно пройдя через избиения и пытки. Так, в частности, выбивали явку у осужденного Голбана В.И. В итоге он признался в убийстве губернатора Магаданской области Валентина Цветкова.

После публикации одного из писем в «Новой» Генпрокуратура начала проверку, а управление СК по Уральскому федеральному округу возбудило уголовное дело в отношении оперативника Сандркина по статье 286 УК (превышение должностных полномочий с применением насилия). Обвинение в пособничестве предъявили заключенному Журавлеву.

Следователь Корешников, лично допрашивая Сандркина и Журавлева, помимо прочего установил, что оперативный сотрудник даже инструктировал заключенных, как давать показания во время следственных экспериментов и как «обмануть» полиграф. Фактуру же для явок Сандрыкин доставал либо через коллег-оперативников из разных регионов России, либо запрашивал списки нераскрытых дел в территориальных органах, либо брал данные из прессы. Иногда фактура вообще «бралась с потолка». Таким образом, Сандркин рассчитывал не только улучшить показатели своей работы, но и остаться на службе и казенном довольствии: в 45 лет у него наступал пенсионный возраст.

При сей очевидности дела оно отчего-то долго не могло дойти до приговора. Осенью 2012 года дело передали в суд, но потом Сандркина отпустили под домашний арест, причем даже не уволили из ФСИН, а просто вывели за штат — он продолжал проживать в служебной квартире, получать зарплату, но не ходил на работу. Сами материалы дела, как рассказывал мне следователь Корешников, были возвращены в прокуратуру под тем предлогом, что якобы «нарушено право» обвиняемого Журавлева на ознакомление с документами, хотя Журавлев сам возражал против возврата дела. И долгие месяцы материалы лежали без движения.

И вот, наконец, к лету 2014 года процесс сдвинулся с мертвой точки. Проходил он в помещении суда Лабытнанги — ближайшего от колонии в Харпе города, чтобы удобнее было доставлять на суд Журавлева и потерпевших, отбывающих наказание в «Полярной сове». В ходе прений сторон гособвинение поддержало позицию уральского СКР и запросило для обоих подсудимых по 9 лет. Защита просила оправдать, настаивая среди прочего на том, что следствие не доказало связь Сандркина с Журавлевым, а сам Сандркин, мол, не мог проверить все явки, которые приносили ему осужденные.



6 комментариев

0
Василий Бушнев , 18 августа 2014 в 09:47
Конечно , начальник колонии не знал ни сном ни духом о таких "шалостях" подчинённого и поэтому нигде не упоминается.
0
markus markus , 19 августа 2014 в 12:33
кстати- начальник ИУ кроме всего еще и является старшим оперативником- руководит работой опер.отдела а опера регулярно отчитываются ... так что знал. но видимо договор был- если что- я не в курсе....
0
вася пупкин , 18 августа 2014 в 10:34
Без разницы, где пишут признательные показания: снаружи или внутри колючей проволоки. Сам единоросс Макаров, который адвокат, как-то брякнул на теле..., что 40 %% внутри колючей проволоки невиновны и сидят там по признательным показаниям.
В 38-ом сажали по закону, счас УПК запрещает сажать только по признательным показаниям. Но судьи-то наши, похоже, тоже сидят на палке, как и полицейские.
0
серж тарак , 19 августа 2014 в 09:24
Представляю, если подобные "чистосердечные" признания случились в Европе или США и какие высокопоставленные лица лишились своих кресел... Когда же мы заживем по человечески?
0
Овидий Рагин , 19 августа 2014 в 18:28
А у меня есть такое предположение: Сандркин действовал не по собственной инициативе. Его подкупили те, которые убили Политковскую, Хлебникова, Кадырова.
0
Людмила Степнова , 21 августа 2014 в 10:24
"... Но судьи-то наши, похоже, тоже сидят на палке, как и полицейские.... "
Даже не сомневайтесь, так и есть, на палке. судьи это всего лишь обслуживающий бандформирования персонал, исполняющий заказы, как когда -то прозвучало в проге Познера в беседе с Лукиным - "девушки по вызову". А в суд народ посылать любят именно за заведомо заготовленным заказным решением в пользу адм. ресурса, как составляющего звена этих бандформирований, дабы потом ссылаться на такое неправосудное решение/приговор от "независимых", и ну." оч. честных ". Как будто им вшит чип на самоликвидацию, если прокурор, судья, следователь нарушит закон или допустит какие-либо злоупотребления. Или они имеют сертификат от самого Господа Бога.


Этот материал вышел в номере

Реклама

Блог редакции

Почтовый ящик

Наши читатели часто присылают нам свои вопросы и наблюдения. Каждый понедельник мы публикуем их:

Присылайте свои письма 2016@novayagazeta.ru

Наши авторы

Связь с редакцией

Если вы нашли ошибки в тексте, неточные факты или другие помарки, просто выделите текст и нажмите ctrl+enter.

Если у вас есть предложения редакции, если вы хотите купить у нас рекламу или располагаете какими-либо материалами, напишите нам или позвоните по телефону.

2016@novayagazeta.ru (495) 926-20-01

Для сообщений рекламного характера

reklama@novayagazeta.ru (495) 623-17-66 (495) 648-35-01
(495) 621-57-76

Тви-новости

Нужна ваша помощь

«Новая газета» участвует в благотворительных акциях по сбору средств нуждающимся. В наших силах вместе помочь ближнему.

Реклама