Девушка сидела верхом на памятнике и пыталась прикрепить красное знамя к винтовке чугунного революционера. На ее нежно-розовой сумке красовался значок: «Не буди во мне пролетария!». Так начинался в субботу очередной «День народного гнева».

Субботний митинг левой оппозиции проходил при повышенных мерах безопасности. После обычных металлоискателей все участники должны были пройти через цепь сотрудников ОМОНа, похлопывавших их по бокам и аккуратно выяснявшим, что это за твёрдый предмет лежит вон в том кармане. Настроены все были довольно дружелюбно, особых препятствий никому не чинили, и вскоре на площади у метро «Улица 1905 года» собралось около тысячи человек. «Не все москвичи готовы сражаться с ОМОНом», - объяснил журналистам один из организаторов акции Сергей Удальцов, добавив, что этот митинг не совсем обычный, а «как народное вече». Он был настолько озабочен имиджем мероприятия, что даже попросил удалиться бабушку, стоявшую с большим портретом Геннадия Зюганова, на котором было крупно написано: «Моё лекарство». Бабушка не удалилась, но до конца митинга стояла в сторонке и вела себя тихо.

Без провокации, правда, всё равно не обошлось. Едва начался митинг, в воздух полетели сотни листовок, на одной стороне которых фирменным шрифтом прокремлёвского движения «Молодая гвардия» была напечатана большая буква «Я». На другой стороне авторы сравнивали «День гнева» с «пятиминутками ненависти» из оруэлловского романа «1984» и делали вывод: «Маргинальная оппозиция тянет вас в тоталитаризм!». Фирменный шрифт «Молодой гвардии» провокаторам не помог: всех их - порядка 40 коротко стриженых молодых людей - отогнали к метро, посадили в милицейский автобус и увезли от греха подальше. Гневающийся народ скандировал при этом «Па-азор!» и ещё одно слово на букву «г». Тем временем с платформы грузовика, выполнявшего роль трибуны, выступали противники строительства в Москве мусоросжигательных заводов. Толпа призывала сжигать мусор на Рублёвке, ораторы предлагали пожалеть жителей соседнего Крылатского. «Это наш город! – кричал народ. - Даёшь референдум!».

«Этот день, 14 марта, войдёт в историю как день народовластия!» - заявил Сергей Удальцов и предложил проголосовать за создание Единого московского общественного совета, куда вошли бы все протестные организации, до этого объединявшиеся лишь в «дни народного гнева». «Народное вече» идею единогласно поддержало: всех, кто мог бы быть против, уже забрал ОМОН. Журналист «Нового региона» Денис Фрунзе решительно осуждал с трибуны своих продажных коллег. Затем он рассказал, что в Прощёное воскресенье ждал, что «хоть одна сволочь выйдет и скажет по телевидению: простите нас». Поскольку никто так и не вышел, Денис закончил своё выступление яростным криком: «Горите в аду, ублюдки!». Народ его горячо поддержал. Вместе со всеми кричал и маленький мальчик, почти целиком спрятавшийся за листом ватмана, на котором стояло «герои России» и короткий список убитых и арестованных нацболов. Мальчика звали Валера, и ему было 9 лет. Когда я спросил, знает ли он, что за люди перечислены на его плакате, Валера отвернулся и убежал.

Дальше выступали защитники Южного Бутова, Химкинского леса и Центрального дома художника. Осуждали равнодушие тех, кто не ходит на митинги; ругали продажных чиновников и призывали встать живой стеной, когда власти попробуют что-нибудь где-нибудь снести. Отдельные голоса в толпе кричали: «сечь розгами!», а также что-то про «сволочь мордастую» и «сатанинское отродье». На коллективном уровне гнев выражался в лозунгах «Вся власть народу!», «Свобода или смерть!» и «Вся власть советам!», которые орала, надрываясь, тысяча митингующих. В последнем случае речь шла, очевидно, о только что созданном Едином московском общественном совете.

Закончился митинг чрезвычайно трогательной сценой: ряженый «Юрий Михайлович» в маске, изображавшей московского мэра, передал символ власти - свою кепку - Сергею Удальцову, а тот бросил её с грузовика в народ. Потом, правда, попросил вернуть: «она нам ещё пригодится».