В понедельник в Московском городском суде состоится кассационное слушание по делу предпринимателя Олега Рощина и группы лиц, мотающих срок вместе с ним. Случай Рощина — исключительный повод для проверки того, как судебная и в целом правоохранительная система поняла задумку президента по гуманизации правосудия в отношении осужденных по экономическим статьям.

Олег Рощин, учредитель фирмы ООО «Третий Рим», в январе получил 18 лет колонии строгого режима. Срок, близкий к максимально возможному. Вместе с ним сели и два выявленных следствием «подельника» — одна на 15, другой на 9 лет.

Что же сделали эти страшные люди? Вот примерная фабула их обвинения.

Небольшая фирма «Третий Рим» с 2007 года начала завозить в Россию полистирол — материал с очень широким спектром применения: от строительства до медицинской индустрии. Этот сегмент на рынке тогда еще был свободен и приносил неплохой доход, которому многие завидовали. По закону жанра это вскоре навлекло на «Третий Рим» проверку: пришел 12-й отдел УБЭП по Москве. Ну и далее тоже все по традиционному сценарию: обыски, изъятия, аресты.

Арестованным было предъявлено обвинение по ст. 188 УК («контрабанда»), приправленное по традиции ст. 174 — «отмывание доходов». По логике следствия, фирма декларировала свой полистирол как «полимер». По сути это верно, т.к. полистирол входит в группу полимеров. Однако таможенные пошлины на группу «полимеры» ниже, чем пошлины на полистирол как таковой. Такая вот, типа, оптимизация.

Короче, вроде бы получилось так, что Рощин и компания обманули государство на 126 млн рублей.

Я сейчас не хочу подробно останавливаться на том, имело ли место преступление. Мне понятно главное: Рощин был обычным бизнесменом, пытавшимся вести нормальный бизнес, насколько он возможен в нашей стране. Он никого не убивал, не пытал и не насиловал. Мне кажется, что суд проявил преднамеренную, необоснованную жестокость (у Рощина — трое малолетних детей). И можно только догадываться, чем эта жестокость была мотивирована.

Больше того, мне не кажется, что следствие ставило перед собой задачу поиска истины. Иначе как объяснить ту потрясающую гуттаперчевость мысли, которая позволила вменить обвиняемым не ст. 194 — «уклонение от уплаты таможенных платежей», а именно контрабанду? И имел ли какое-то значение тот факт, что по 194-й статье максимальное наказание — пять лет, а по 188-й — все двенадцать?

И вот итог. Олег Рощин, генеральный директор — 18 лет; Инна Бажибина, бухгалтер — 15 лет. И пристегнутый к ним Игорь Кочетов, таможенный брокер — 9 лет. Автор приговора — судья Перовского районного суда г. Москвы Олеся Турланова.

Впрочем, и в этом беспросветном деле осужденным почудилась было какая-то надежда. Пока дело дошло до кассационного рассмотрения в Мосгорсуде, президент уже подписал закон о внесении поправок в Уголовный кодекс. Была изменена диспозиция нескольких экономических статей, дававших слишком много свободы следственным органам в деле давления на бизнес.

На основании принятых поправок защита вознамерилась требовать пересмотра приговора. Но и прокуратура не спала: самостоятельно пересмотрела дело «Третьего Рима». 7 июля 2010 года прокурор Хомутовский из Перовской межрайонной прокуратуры, прежде требовавший для Рощина 22 года заключения, подписал кассационное представление. Выяснилось, что если посмотреть на 174-ю статью под углом гуманизации (а не как прежде), то из вмененных группе 511 эпизодов по легализации — 510 подлежат отмене. Отказалась прокуратура и от большинства эпизодов по 188-й статье. В связи с новыми обстоятельствами прокурор посчитал возможным снизить сроки заключения: Рощину — на три года, Бажибиной — на три года, Кочетову — на год.

Вот так прокурор Хомутовский из Перовской межрайонной прокуратуры понял всю эту затею с гуманизацией. Посмотрим в понедельник, как ее поняли в Мосгорсуде.