Два срока Путина подходят к концу. Надо показать, что все удалось. Но как, если создали государство без разделения властей, без выборов, с муляжами вместо общественных организаций, без судов. Экономика преимущественно непроизводительная, сырьевая. Выход один: покрыть все это такой же лживой идеологией, какая была в сталинские времена.

Пришло время повлиять на то, как люди воспринимают власть, а также свое собственное положение и состояние. Отношение к прошлому, к истории — центральный пункт идеологии.

Не раз о том, как должна трактоваться история, каким должен быть учебник, говорили сам президент, представители администрации, министр образования и науки. На самом высоком уровне не только был сформулирован запрос, но и проведен отбор авторов.

Казалось бы, эка невидаль — книги для учителя. Но столь пристальное внимание говорит, как они важны для руководства. Кроме, может быть, А. Уткина в авторском коллективе книги по новейшей истории нет солидных историков. Не в этом круге шел отбор. Авторами стали люди, которые были близки к администрации президента.

Книги были написаны под заказ. В них то, что декларирует сегодня власть. Продвижение их тоже ведется небывалым способом.

Почему, в чем дело? Почему, казалось бы, к рядовому изданию непосредственно причастны такие большие люди, как Поллыева, Сурков, Чубарьян, Садовничий, Фурсенко и, наконец, президент? Почему все происходит так, словно невозможно дальше жить без этих новых книг для учителя?

Действительно, власти невозможно.

Современная власть приступила к выработке всеобъемной идеологии, которая и по своим стандартам, и по способам распространения соответствовала бы эпохе информационных технологий. Как убедительно показала в недавней публикации Галина Зверева, усилиями администрации президента строится своего рода матрица, системный продукт для предъявления массовому потребителю.

Государство, экономику и общество мало только построить. Эту задачу администрация считает в основных чертах завершенной. Теперь надо сделанное при Путине по достоинству предъявить. Так, чтобы произведенный продукт с восторгом воспринимался массами. По этому бренду должны узнавать путинское творение как внутри страны, так и за рубежом.

Две книги для учителя призваны это начать.

Нужен миф. Власть решила не только показать грандиозность свершений этих двух президентских сроков, но еще и вписать себя в традицию. Надо продемонстрировать, что все лучшее, что было в Советском Союзе, не потеряно. Необходимо создать ощущение, что мы продолжаем и завершаем великое дело своих отцов, за нами усилия и жизни нескольких поколений. Вот почему в этих пособиях такое отношение к Сталину, к сталинизму. Чтобы вписаться в традицию, они здесь годятся так же, как и Петр, и Екатерина. А поскольку традиция вступает в противоречие с представлениями о современной цивилизации, из этого желания во что бы то ни стало, тем не менее, вписаться вырастает идиотизм с суверенной демократией.

Это замысел. Но что же получается на деле?

А на деле эта власть демонстрирует, что готова на сделки с совестью. Не боится даже обнажить свою безнравственность перед обществом и миром. И делает это.

Для того чтобы все выглядело так, как это подается, надо извратить итоги деятельности последних лет, а кроме того, и извратить историческую традицию, в которую власть пытается себя вписать. Дважды ложь: и по поводу итогов, и по поводу традиции.

Что говорится, например, о сталинской эпохе: промышленность, железные дороги, трубопроводы, здания, все это создано в советские годы. Это правда.

Мы наследники этого — и это правда. Но в сталинскую эпоху еще сгинули несколько десятков миллионов людей. Для власти эти миллионы были не людьми, а трудовыми ресурсами. Но для ныне живущих — это не просто людские потери, это травма, которая сказалась и скажется не на одном поколении. Это-то куда деть? Как с этим быть? Авторы говорят, что эти жертвы были подчас вынужденными. И получается ложь, если при этом умолчать, что в ту эпоху не только построили заводы и дороги, но и создали уродливый искусственный социум — без частной собственности, без права, без рынка и свободы. Зато с тотальным централизованным планированием и распределением ресурсов сверху. Поголовно все люди в социальном плане были усреднены, все они стали служащими у государства с мизерным содержанием по единым на всю страну стандартным ставкам. Все были ограничены в праве на перемещение, а для колхозников оно было вообще запрещено. В то же время вершились массовые вынужденные перемещения. Миллионы содержались в карательных учреждениях.

Людям часто вообще не платили зарплаты, пенсии, а колхозники их не получали никогда. Для того чтобы выжить, люди вынуждены были воровать. Серые зарплаты, коррупция и организованная преступность наших дней — совокупный результат путинского строительства — это в то же время итог всей нашей советскости.