Март в Законодательном собрании РФ начался с региональных выборов, продолжился гонениями на министра Михаила Зурабова (из которых в итоге ничего не вышло). Завершился март публичным призывом спикера Совфеда Сергея Миронова пожаловать президенту третий срок.

Своими оценками о мартовских политических играх с корреспондентом «Новой» поделился Владимир Рыжков, независимый депутат Думы, лидер Республиканской партии России (он настаивает, чтобы его называли именно так, несмотря на судебное решение о закрытии партии, вынесенное в марте этого года).

— Основная забота Госдумы в марте — выборы в региональные законодательные собрания. Итоги анализируют до сих пор. Каков, на ваш взгляд, их главный результат?

— Главный итог мартовских выборов в том, что стало совершенно ясно: Кремль полностью управляет политическим процессом, он сам отбирает участников выборов и заранее определяет их результаты. Так, в Санкт-Петербурге у «Яблока» были неплохие шансы, и именно там его сняли с выборов, а в регионах, где шансов у партии Явлинского не было, допустили к участию. То же и в отношении СПС. Три сателлита Кремля («Единая Россия», «Справедливая Россия» и ЛДПР) взяли 70% в марте — возьмут и в декабре 2007-го. Получит свое КПРФ, идеология которой срослась с идеологией власти — и там, и там видны антилиберальные, изоляционистские и антидемократические настроения. «Легальные» демократы (СПС и «Яблоко») — на «коротком поводке», возможности для маневра у них минимальны, их судьба полностью зависит от Кремля. Главное для них — не переступить грань, за которой компромисс с властью превращается в соглашательство. Еще один вывод: явка на декабрьских выборах будет невысока, примерно 40—50%. В крупных промышленных центрах явка составила 30—33%. Думаю, что для придания легитимности следующей Думе в декабре 2007-го возможен массовый вброс бюллетеней. Этим, видимо, и объясняется высказанное в Думе намерение запретить работать на выборах международным наблюдателям (российским общественным наблюдателям это уже запретили).

— Дума в марте приняла поправки в Бюджетный кодекс, которые могут существенно ограничить финансовые и инвестиционные полномочия парламента. Так ли это?

— Да, все верно. Дума давно утратила политическую самостоятельность и контроль над бюджетом. Бюджет принимается практически в том виде, в котором он приходит из правительства. Принятие поправок, по сути, только узаконило положение, которое существует де-факто. Кроме того, Дума отказалась и от контрольных функций, приняв закон, в соответствии с которым Счетная палата переведена в прямое подчинение президента. Парламент окончательно самоустранился из политической жизни, перестал быть самостоятельным институтом госвласти.

— А чем занимаются депутаты? Министру Зурабову недавно поставили на вид…

— История с Зурабовым подтверждает то, что я сказал. Вся страна требует отправить министра в отставку, а Дума не находит сил обратиться к президенту с такой просьбой! Как может быть министром человек, проваливший пенсионную реформу, допустивший лекарственный кризис в стране? Наконец, человек, ближайшие сподвижники которого либо уже арестованы, либо уволены? Это понимают все, но не депутатское большинство: фракция «Единая Россия» продолжает уклоняться от решения этого вопроса: отмашки ждут.

— Как вы думаете, призыв спикера Сергея Миронова двигать Путина на третий срок, минимум пятилетний — его личная инициатива?

— С приближением марта 2008 года на нашем политическом олимпе усиливается паника. Каждый преемник с опаской смотрит на соседей и гадает, что его ждет, когда кто-то из них придет к власти. Все, кто входит в ближний круг, друг другу не верят, боятся, что кого бы ни назначили Зевсом, он обязательно всех «кинет». Поэтому борьба идет не за Путина, а за сохранение статус-кво. Поэтому то там, то тут раздаются голоса: «Останься!» Это напоминает середину 70-х, когда больного Брежнева Политбюро ЦК уговаривало оставаться у власти. Партийные бонзы не о нем пеклись, а о себе.

— Есть ли вероятность, что президент прислушается?

— Надеюсь, что этого не случится, иначе в глазах всего мира страна окончательно превратится в диктатуру азиатского типа. Надеюсь, что передача власти все-таки произойдет. Понятно, что демократические способы такой передачи ликвидированы, но, может быть, это будет способствовать хоть какой-то либерализации нашей политической системы.