Вчера в Великобритании сменилась власть. 44 млн официально зарегистрированных избирателей должны были выбрать 650 депутатов  палаты общин, нижней палаты британского парламента. К моменту подписания номера подсчет голосов еще только начинался, но уже было понятно: какими бы ни оказались результаты выборов, политику страны они изменят наверняка. Как предсказывали аналитики, впервые за 13 лет британские лейбористы проиграют, к власти вернутся консерваторы, а вместе с ними — либерал-демократы, третья сила, которая впервые может всерьез повлиять на формирование кабинета министров.

В британской политике уже давно властвуют сменяющие друг друга две партии — лейбористов и консерваторов. Но во время первых телевизионных дебатов в истории страны, прошедших в прямом эфире канала ITV 15 апреля, перед камерами предстали не только премьер-министр лейборист Гордон Браун и лидер оппозиции консерватор Дэвид Кэмерон, но и глава партии либеральных демократов Ник Клегг.

«Эти двое скажут вам, что единственный выбор, который у вас есть, — это выбор между двумя старыми партиями, годами заправлявшими страной, — заявил Клегг, открывая дебаты. — Я здесь, чтобы показать вам: альтернатива есть». На следующее утро рейтинг либеральных демократов подскочил с 22 до 30%. Либеральные демократы (или либдемы) оказались наравне с лейбористами и консерваторами, а журналисты, аналитики и избиратели заговорили о начале конца двухпартийной системы в Англии.

«Подвешенный парламент»

Двухпартийная система в Великобритании сложилась в 30-х годах XX века и с тех пор практически не поменялась. Но иногда ситуация складывается так, что ни одна из крупных партий не набирает абсолютного большинства в палате общин. Это называется «подвешенный парламент», в котором ни одна партия не может принимать законы исключительно своими силами.

Лейбористы с трудом получили большинство еще на прошлых выборах, когда партию возглавлял популярный Тони Блэр.

С тех пор харизматичного Блэра сменил скучный Гордон Браун, в стране наступил финансовый кризис, неразрывно связанный в умах граждан с рыночной политикой правительства, а доверие к парламенту было подорвано коррупционным скандалом с тратами парламентариев. В результате Браун, на момент вступления в должность один из самых любимых британских политиков, стал едва ли не самым непопулярным премьер-министром в истории страны.

Чтобы получить парламентское большинство, консерваторам нужно завоевать 116 новых мест в парламенте, при этом лейбористам для проигрыша достаточно лишиться всего 24 мест. Шансы получить «подвешенный парламент» кажутся вполне реальными. В такой ситуации другие партии играют значительно более важную роль, чем обычно, так как крупные партии не могут сформировать правительство без их поддержки. В прошлом парламенте партии либеральных демократов принадлежало 62 места, и было очевидно, что на вчерашних выборах они сыграют не последнюю роль. Но мало кто ожидал, что либдемам удастся вести предвыборную кампанию наравне с лейбористами и консерваторами.

Третья сила

Считается, что впервые проведенные в Великобритании телевизионные дебаты, в ходе которых лидер либдемов Ник Клегг выступал на равных с лидерами главных партий, сыграли важную роль в усилении позиций партии. Победителем дебатов Клегга признало большинство зрителей (по разным данным, от 37 до 61%).

«Рост популярности либдемов произошел на фоне упадка партий лейбористов и консерваторов, — заявил «Новой» британский политолог Джеймс Пэнтон. —  Дело не в том, что они действительно воодушевили электорат, просто они кажутся чуть-чуть лучше, чем две главные партии».

При этом, как считает Джеймс Пэнтон, британцам рано говорить о появлении многопартийной системы. «Есть две главные партии, которые могут сформировать правительство, и третья, которая пока не может. Это, по сути, система двух с половиной партий», — говорит он.

Чем же грозит Соединенному Королевству «подвешенный парламент»?

Есть несколько возможных сценариев. В одном из них консерваторы вплотную подходят к грани в 50% мест в парламенте и формируют правительство меньшинства при поддержке ирландских юнионистов. Об этом в преддверии выборов много говорил глава консерваторов Дэвид Кэмерон.

Если же до барьера в 50% консерваторам окажется далеко, ключом к дому 10 по Даунинг-стрит станет поддержка либдемов.

Директор правозащитного центра Democratic Audit Стюарт Уилкс-Хеег считает, что в обмен на свою поддержку они могут потребовать провести избирательную реформу (партия настаивает на введение пропорциональной избирательной системы, когда количество мест у партии зависит от процента проголосовавших за нее).

Лейбористы обещали провести референдум по избирательной реформе еще в 1997 году, но на тех выборах они одержали убедительную победу, поддержка либеральных демократов им не понадобилась. С другой стороны, консерваторы всегда выступали против реформы. Уилкс-Хеег считает, что это может стать серьезным препятствием на пути к сотрудничеству консерваторов и либдемов. Джеймс Пэнтон, однако, уверен, что консерваторы готовы пойти на переговоры: «Единственный шанс для консерваторов заручиться поддержкой либдемов — это ее пообещать. Это создаст возможности для появления новых голосов в политике, но тут все зависит от того, будет ли этим голосам что сказать».