Федеральный политсовет «Союза правых сил» должен сегодня не просто подтвердить председательские полномочия своего нового лидера Леонида Гозмана, но и выслушать его первые соображения по реорганизации партии. А также назначить дату съезда СПС, собрав очередную порцию ядовитых намеков по поводу капитуляции перед Кремлем.
Укрупнение федеральных партий, готовившееся все лето, стало фактом не столько по политическим, сколько по экономическим соображениям. Накладно, например, держать на электоральном поле самостоятельную Аграрную партию России, проходившую в Госдуму лишь однажды 15 лет назад. Во-первых, потому что ей надо гасить долги за бесплатные эфиры на телевидении без всякой надежды на возврат этих денег. А во-вторых, село и без того голосует как надо, то есть за партию власти, и распылять административный ресурс еще и налево (АПР, как ни крути, по лозунгам левая структура) непрактично. «Болото», состоящее из мелких непроходных партий, лишь путающихся под «правой» и «левой» ногами Кремля, все равно было бы осушено до выборов 2011 года, так почему же не создать информационный повод из неизбежной капитуляции?

Такая же судьба ждала и правый фланг политического спектра. Главный капитал СПС - лицензию на «правоту» в виде свидетельства Росрегистрации плюс ядерный электорат около миллиона человек - нужно было «с умом» (цитата из Гозмана) инвестировать в новую «достройку капитализма». Говорят, будто бы еще в августе за красной кирпичной стеной возникло желание слить лояльные Кремлю «Гражданскую силу» Михаила Барщевского и ДПР Александра Богданова в нечто «единое либеральное», причем  на организационной базе товарищей Чубайса по партии. Поскольку такой союз мог смотреться несколько одиозно, было будто бы решено, не распуская партии-пиявки, просто заменить их первых лиц, добавив к Леониду Гозману пару сопредседателей, скажем, Бориса Титова из «Деловой России» и Николая Сванидзе (который, по информации «Новой», категорически отказался становиться партийным). В прошлую пятницу разворот СПС в сторону Кремля стал фактом публичной политики, хотя за полтора месяца до этого все правые вожди опровергали возможность смены курса партии.

Владимиру Путину, как известно, понравилось, что в новой Думе совсем нет национал-предателей, - он так и сказал это на встрече с фракцией «Справедливой России». Верхняя палата парламента обеспечила премьеру воюющей страны такую же стопроцентную поддержку, как и нижняя, единодушно поддержав независимость Южной Осетии и Абхазии. А окажись в числе заднескамеечников какие-нибудь СПС и «Яблоко», разве можно было показать цифру «0» в графе «Против» по всем каналам телевидения? То-то же!

Вообще-то крах «Союза правых сил» как нелояльной Кремлю партии стал очевиден, когда ставропольские власти (не говоря уже о Кемеровской области Амана Тулеева) вдруг перекрыли кислород списку СПС на выборах 16 октября, сославшись на брак в подписях. Желающие переизбраться правые депутаты получили недвусмысленный сигнал от губернаторов: либо избавляйтесь от Никиты Белых, либо не видать вам мандатов… Именно точная калькуляция интересов большинства глав региональных организаций партии - а стало быть, и их представителей в Федеральном политическом совете и потенциальных делегатов на ближайшем съезде - убедила экс-лидера СПС отойти в сторону.
Куда девалось правое большинство, голосовавшее за переизбрание Никиты Белых лидером партии и выдвигавшее Бориса Немцова в президенты России? Владимир Милов, чуть было не ставший одним из лидеров СПС по приглашению прежнего вождя, сказал «Новой»: «В декабре на съезде была хорошая злость. Это создало драйв на время, пока у Кремля не возникло серьезное предложение». И оказалось, что истинных оппозиционеров в партии все же меньшинство. Теперь оба брата-близнеца, как называют Немцова с Миловым журналисты, принимают у себя в штаб-квартире на Котельнической набережной Никиту Белых и пишут открытые письма  членам «Союза правых сил», призывая перейти под знамена единого демократического движения на запланированном в Москве 13 декабря съезде демократических сил.

Досрочный крах «Союза правых сил» как платформы для объединения оппозиции, однако, не похоронил саму идею. Почти одновременно Михаил Горбачев и Александр Лебедев, по сути, пригласили в свой новый партийный проект и Никиту Белых, и Владимира Рыжкова, хотя социал-демократы из них (а «Независимая демократическая партия» - таково пока ее рабочее название - создается на базе «Социал-демократического союза») получаются не слишком убедительные: оба начинали в «Выборе России» у Егора Гайдара.

Ясно, что стране нужна и оппозиция, и квалифицированная политическая сила, способная с цифрами в руках оппонировать власти, не переходя грани приличия. Запрос на нее в авторитарном государстве, правда, не слишком просматривается, но многие россияне инстинктивно еще продолжают жить в том демократическом - по инстинктам - обществе, которое родилось у нас в конце перестройки. 25 - 30 процентов российских граждан, мечтающих о свободе «по-европейски», фиксируются во всех опросах, но не находят пока той силы, которая будет выражать их политические интересы. Их пытаются мобилизовать через муниципальные - последние из оставшихся в стране конкурентными - выборы, но «улица корчится безъязыкая» и ждет каких-то других мессиджей. Несколько новых партий, может, и не спасут положения, но за попытку - всем спасибо. Свободны, увы, далеко не все.