— Меры, принимаемые для борьбы с кризисом, не носят системного и интегрированного характера. А нужны ли они вообще, вот вопрос. 43 миллиарда долларов, выделенные Минфином трем подконтрольным государству банкам, скорее всего, не попадут в «финансовую систему». А если и попадут, то в загадочный (для неосведомленных) избранный круг («КИТ Финанс», Связь-Банк). До конца года надо вернуть (или рефинансировать) почти такую же сумму — 45 млрд долларов. Так что коллапс некоторых других банков вероятен. И в этом нет трагедии — есть система страхования вкладов. А отмывочные конторы в банковской сфере — пусть умрут!

Если разрешить вкладывать средства пенсионных накоплений  в акции российских компаний, то ситуация на рынке улучшится. А решение о закрытии торгов, т.е.  о запрете российским инвесторам покупать российские активы, не ограничит  продажи российских активов на биржах за рубежом.

Причины нашего кризиса понятны: кризис в США и Европе, но также, конечно, события в Осетии и  последовавшие за этим антизападная риторика и ухудшение отношений. Наш рынок обрушился процентов на 25 —30  значительнее, чем у других стран  БРИК (Китай, Индия, Бразилия).

После событий в Осетии было немало неправильных конфронтационных выступлений, как будто мы хотели сами себе выстрелить в ногу. Зачем нам это? Чтобы полюбил обыватель?  Рейтинг и так заоблачный.  Не надо говорить про холодную войну, оставим эту чушь кандидату в американские президенты Маккейну, набравшему на этом очки. А нам  резкими антизападными высказываниями помогать ему в этом негоже. Нужно было сразу объяснить, что никакой холодной войны не будет —  не те времена, а не заявлять, что «мы ее не боимся».

В связи с кризисом звучит немало стереотипных заявлений: про «подушку безопасности», про то, что не пострадают простые люди… Это неизбежный «успокоительный» жанр. Девальвации рубля и утраты сбережений не будет: вклады застрахованы, рубль стабилен. Но со временем кризис «опустится сверху вниз». Будут банкротства, сокращения рабочих мест и зарплат. Уже сейчас ставки по кредитам  около 20 процентов, встают инвестиции. Из-за вливаний госденег разгонится инфляция.

Кризис может и оздоровить некоторые сферы. Хотелось бы, к примеру, чтобы снизились цены на недвижимость и на землю. И, наверное, если бы из 500 банков в Москве осталась бы сотня здоровых, то было бы отлично. Но этими процессами нужно управлять, а не доверять их турбулентному кризисному потоку.

Думаю, у нас в системе управления и на высшем, и на среднем уровнях много непрофессиональных людей, поскольку отсутствуют правильные методы отбора. Отбор сводится к принципу «кто со мной из одного аула». Посмотрим, сможет ли система эффективно работать. В этом главная проблема. А тысячи  чиновников, «заработавших непосильным трудом» десятки миллиардов долларов — и в одночасье потерявших на акциях 60%  своего  состояния, — это еще не кризис.