В номере «Новой» за 14 августа сего года мы писали, что, после того как президент и главнокомандующий Российской армией Медведев заявил о прекращении боевых действий на территории Грузии, возникла «развилка возможностей: либо мирный процесс станет безостановочным, либо опять начнутся провокации и стрельба». Опыт прошедших нескольких дней показал, что кроме прямых «провокаций и стрельбы» может быть и такой способ торпедировать мирный процесс, как затягивание обещанного и столь необходимого для снятия напряженности ухода войск из тех мест, где их до конфликта не было.

Похоже, что реально прекратить конфликт значительно сложнее, чем об этом публично заявить. И дело не только в том, что, как известно всякому грамотному военному человеку, выводить войска технически и организационно сложнее и дольше, чем вводить. Даже если на этот счет принято жесткое политическое решение.

А если оно толком и не принято? А если принято, но с «фигой в кармане» — для внешнего мира, чтобы «угомонились», а на самом деле суетиться, мол, не будем, уйдем, когда посчитаем нужным? А если принято и без всякой «фиги», но его не торопятся исполнять, те, кому это делать положено? Если, например, они считают, что формальный верховный главнокомандующий — это так, понарошку, есть и другая политическая «крыша», более надежная и с другими планами на взаимоотношения с соседями и на будущее страны?

Чем дольше российская и мировая общественность будут находиться в неведении об истинных намерениях Кремля (и Дома правительства?) по выходу из конфликта, чем дольше будет очевидным затягивание вывода (или хотя бы, как говорят российские генералы, «отвода») войск из зоны конфликта, тем больше очков Россия будет терять на международной арене. И тем больше очков будет у тех политиков, которые уверены в том, что не придуман еще в России лучший способ манипулировать собственным народом, чем поддержание «синдрома осажденной крепости». Этим политикам международная изоляция не грозит — они и так уже практически «невыездные». А внутри страны порезвиться еще есть где — она же большая!

Дмитрий Медведев:

12 августа на пресс-конференции после переговоров в Кремле с президентом Франции Николя Саркози, перечисляя согласованные принципы урегулирования конфликта:

«Вооруженные силы Российской Федерации выводятся на линию, предшествующую началу боевых действий».

12 августа во время встречи с министром обороны Анатолием Сердюковым и начальником Генштаба Николаем Макаровым:

«На основании вашего доклада я принял решение завершить операцию по принуждению грузинских властей к миру».

17 августа в телефонном разговоре с Николя Саркози:

На следующий день, 18 августа, Россия начинает «отвод воинского контингента, приданного в усиление российским миротворцам в связи с грузинской агрессией против Южной Осетии, в определенную решением Смешанной контрольной комиссии по урегулированию грузино-осетинского конфликта 1999 года зону безопасности и собственно на территорию Южной Осетии».

19 августа в телефонном разговоре с Николя Саркози: «К 22 августа, после завершения обустройства КПП и мест размещения, часть миротворцев будет отведена во временную зону безопасности, определенную решением Смешанной контрольной комиссии по урегулированию грузино-южноосетинского конфликта 1999 года. Остальной контингент, приданный в усиление миротворцам, будет отведен на территорию Южной Осетии и в Россию».