Только что завершившийся саммит в Тояко, на Хоккайдо, назвали кризисным. Правильно назвали. Куда ни глянь — кругом кризис роста. В том смысле, что растут цены на продовольствие, сырье и энергоресурсы. Раньше тоже так бывало. Но вслед за ростом цен, как правило, наступало их падение — и все были довольны. Сейчас, что будет за ростом,  не знает никто. Включая тех, кто, улыбаясь и вальяжно жестикулируя, сидел за круглым столом в отеле «Виндзор» в Тояко и делал вид, что знает все.

Всего лишь год назад, на саммите в Хайлигендамме, канцлер Ангела Меркель говорила о «благополучном состоянии» мировой экономики. Сглазила. Германия с инфляцией в 4 процента в год и 1,7 евро за литр бензина — запоздалая отрыжка того самого «благополучия»

Восемь лет назад после саммита на Окинаве президент Клинтон провозгласил, что человечество вступает в новое тысячелетие «в условиях глобальной стабильности и лидерства Америки». Сглазил. Нет больше той Америки, которая своей самой сильной и стабильной в мире валютой держала в руках ОПЕК, МВФ, ЕС и разные прочие аббревиатуры.

В 2005 году на саммите в Глениглсе богатые страны пообещали перечислить бедной Африке 50 миллиардов долларов до 2010 года. К сегодняшнему дню разблокирована только четвертая часть этой суммы. «Хватит нас кормить несбыточными надеждами», — без обиняков заявил в Тояко гость саммита президент Сенегала. Германия тут же объявила о решении выделить бедным странам 600 миллионов евро гуманитарной помощи, а Россия списала Африке весь 16-миллиардный долг, который Африка все равно никогда бы не вернула. Но проблема-то осталась: механизм контроля над исполнением решений саммитов «Восьмерки» отсутствует. Так же как никто, абсолютно никто, не несет ответственности за неисполнение этих решений: санкции для богатых не предусмотрены. Именно по этой причине не очень-то верится в торжественное обещание участников саммита в Тояко на 50 процентов сократить в ближайшие 40 лет вредные выбросы в атмосферу.

У Джорджа Буша плохая память на все неамериканское… Четыре года назад во время предвыборных теледебатов кандидат в президенты от демократов, сенатор Джон Керри попенял Бушу за то, что Америка влезла в Ирак, даже не прислушавшись к мнению ближайших европейских союзников. «А что, Тони Блэр — не союзник? А Сербио Берлускино (так и сказал. — Б. Ю.) — не союзник? Они же поддержали нас!» — парировал Буш. Перед началом саммита в Тояко Буш подошел к итальянскому «всаднику» («il cavaliere» — так зовут премьера Италии на родине), успевшему с тех пор уйти и вернуться в кресло главы кабинета, и громко произнес: «Рад тебя видеть! Берлускони!» На этот раз без ошибки. Демонстративный дружеский жест со стороны президента США явно был призван компенсировать разгильдяйство его помощников, выпустивших к саммиту пресс-релиз с оскорбительными для Берлускони пассажами. Так, сообщалось, что «друг Сильвио» у себя на родине «многими ненавидим», в том числе из-за репутации «политического дилетанта, который смог занять свой пост за счет влияния на национальные СМИ». Уже во время саммита США принесли официальные извинения премьер-министру Италии. Но сам этот эпизод великолепно иллюстрирует пренебрежительное отношение Америки ко всему (и всем), что (кто) находится вне ее пределов.

Благо ошибка с Берлускони из разряда досадных. Ошибка же с Ираком все больше напоминает роковую. Не в иракской ли войне истоки нынешнего мирового кризиса, ставшего главной головной болью участников саммита в Тояко? После того как на Багдад посыпались бомбы, взрывная волна накрыла весь мир: стремительный рост цен на нефть и на глазах слабеющий доллар; ускоренные ядерные разработки Ирана и как ответ на них — американская ПРО в Европе; новые энергетические амбиции России и насмерть перепуганная ими Европа — основной потребитель российских углеводородов.

Понял ли Буш, что Ирак уже нанес ответный удар по США? После того как кучка «хозяйствующих субъектов» сознательно построила в США финансовую пирамиду ипотечного кризиса и тем самым продемонстрировала неверие в собственную страну, Америка не просто утратила статус мирового лидера — она перестала быть собой. «Сверхдержава? Такого слова больше нет», — сказал журналистам в самолете на пути в Тояко президент Франции Николя Саркози, почему-то считающийся проамериканским президентом.

Саркози уже понял, что Америка непоправимо тонет в пучине государственного долга. Министр финансов США Генри Полсон за несколько дней до саммита в Тояко прибыл в Москву… просить о помощи! Москва ответила, что окажет ее, но на своих условиях. Окрыленный новым финансовым статусом России, президент Дмитрий Медведев дебютировал перед коллегами из «Восьмерки» с идеей сделать рубль мировой резервной валютой и реформировать мировую финансовую систему. Если кандидат в президенты США Джон Маккейн и после этого продолжает верить в возможность исключения России из «Большой восьмерки», то пусть хотя бы спросит мнения Полсона. Или того же Саркози, который в унисон с Москвой предлагает расширить «элитный клуб» как минимум за счет Индии и Китая. «Обсуждать проблемы энергоресурсов в отсутствие их главных производителей (кроме России) и потребителей бессмысленно», — говорит он. Исключать «авторитарную Россию», чтобы принять тоталитарный Китай? Да и в Индии телевидение под полным госконтролем… Где логика?

Подоплека саммитов «Большой восьмерки» отныне состоит в том и только в том, что наступила эпоха экономического передела мира и пересмотра промежуточных итогов глобализации. И никто не в состоянии этого отменить.