Президент Путин впервые лично вмешался в ситуацию вокруг Абхазии и Южной Осетии. Он приказал правительству РФ разработать меры «по оказанию предметной помощи» населению непризнанных республик. А именно — начать сотрудничать с их органами власти в торгово-экономической и социальной сферах, а также определить перечень документов, которые выдаются властями этих республик и признаются Москвой.

Что означает это распоряжение?

Это означает, что юридические субъекты, зарегистрированнные на территории Абхазии или Южной Осетии, будут признаны и в России.

Следует ли напоминать, что хозяйственная деятельность на территории непризнанных республик весьма специфична? Например, один из премьеров Южной Осетии лишился поста, так как не хотел делиться деньгами, полученными за фальшивые авизовки, с боевыми товарищами (в наказание боевые товарищи украли у него сына).

Нынешний президент Эдуард Кокойты, сменивший прежнего президента Людвига Чебирова, был в свое время ставленником югоосетинской оппозиции в лице братьев Тедеевых. Разница же между властью и оппозицией заключалась в том, что власть прямо занималась контрабандой через Рокский тоннель, а оппозиция с автоматами приходила на таможню и забирала свою долю.

Впрочем, те времена уже в прошлом, и сейчас Южная Осетия живет не с контрабанды, а с российских денег. Представляете, сколько денег можно получить, если в республике, где проживают от силы 30 тыс. человек, получать пенсии и пособия на 70 тыс.? Что же до Тедеевых, то их сначала обвинили в заговоре против Кокойты, а потом младшего Тедеева и вовсе расстреляли во Владикавказе.

Не могу забыть одного эпизода: везут меня в машине охранники президента Кокойты. Бедолаги явно чувствуют ответственность, понимают, что везут не иначе как шпиона МОССАД, МИ-5 и ЦРУ, на все вопросы отвечают про злодейский режим Грузии и агрессоров из НАТО. Потом случайно заходит речь о российском олигархе, который по просьбе Кремля выделил какому-то из умирающих государственных югоосетинских предприятий деньги. Завязывается спор: а в рудники местные он собирался вкладывать или нет? Выясняется, нет. Проходит пара минут, и вдруг один из охранников с непередаваемой интонацией говорит: «А че, если обещал, то ему за гнилой базар и предъявить можно». Выдав тем самым главную военную тайну государственного устройства Южной Осетии.

Что же касается республики Абхазия, то в ней весьма распространена следующая бизнес-сделка. Неосторожный гражданин РФ, не имеющий местных корней, покупает дом у владельца. Скажем, за 30 тыс. долл. На следующий месяц к нему приходит другой продавец и говорит: это я владелец того дома, который ты купил. Покупай его у меня снова. На следующий месяц приходит третий владелец и т.д. Другой вариант: доплата за дом по мере роста его стоимости. То есть ты покупаешь дом за 30 тыс., а на следующий год к тебе приходит продавец и сообщает, что придется доплатить, потому что дом подорожал.

Еще распространенная сделка — с крупным имуществом. Например, вам предлагают отель за 2 млн долл. Вы даете на оформление бумаг 200 тыс. За эти деньги посредник оформляет собственность, но не на вас, а на себя. Когда один покупатель так попался и потребовал свои деньги обратно, он получил замечательный ответ: «Мы эти деньги уже проели, но если ты приведешь нам лоха из России, то мы его кинем и возместим тебе потери».

Вот все эти свободные — очень свободные экономические зоны — и поручил президент Путин признать российскому правительству. Байконур отдыхает. ЗАТО отдыхают. Кипрские офшоры вообще повесились с тоски.

Во-вторых… а, собственно, нет никакого во-вторых. Есть только во-первых, то есть налоговая дырка, а ничего другого нет. Личное.

То есть на этой неделе произошло два важных внешнеполитических события. Во-первых, президент Путин подписал с Ливией соглашение о том, что мы простим ей долги, если она наделает новых. Коммерция,  достойная Ходжи Насреддина.

Во-вторых, вертикаль власти грозно отомстила Грузии, проткнув в российском налоговом и юридическом боку черную дыру. По вертикали и месть.