Вот уже месяц, как Кремль опубликовал список из пяти кандидатур на должность президента Дагестана. Это ошибка. Потому что в силу специфики Дагестана в республике тут же начались тараканьи бега с долларами и автоматами наперевес, и хорошо, если все кандидаты физически доживут до финиша. Зачем, спрашивается, отменять выборы, чтобы тут же самим устроить бардак?

Кандидатуры в списке тоже своеобразные. Один из кандидатов замечателен тем, что еще во времена Козака сажал перед собой десяток приближенных пацанов, набирал при них телефон и говорил: «Ну че, Дима, заметано?» — и потом рассказывал пацанам, сколько он занес Козаку, чтобы тот назначил его президентом. Дмитрий Николаевич при одном имени мошенника белел и впадал в ярость, но сделать ничего не мог, ибо Козак не Козак — а каким-то мелким фээсбэшникам субъект слюнявил исправно.

Другой кандидат, будучи приглашен на смотрины к Путину, первым делом попросил у премьера машину и охрану. Премьер пожалел кандидата, а зря: ибо предоставленную машину кандидат тут же выдал за знак того, что «все уже решено», и теперь ходит по местному Белому дому, повергая всех в трепет фразами типа: «Ах, если бы Дима знал, какой тут вкусный кофе».

Признаться, я была большой поклонницей президента Муху Алиева, когда его назначили — 70-летний аксакал Алиев не брал денег и не убивал людей, и казалось, что это дает ему абсолютное моральное преимущество и мандат на реформы. Но в итоге оказалось, что у президента Алиева нет двух главных средств управления республикой — то есть денег и стволов. Они были заменены интригами редкой мелочности и злопамятности.

Президент Алиев не увольнял убийц, не сажал казнокрадов, но он отчаянно ревновал к тем, кто был масштабнее его, — и, наверное, самой роковой для России и Дагестана ошибкой стала ссора президента Дагестана с могущественным олигархом Сулейманом Керимовым.

Керимов никогда не хотел стать президентом Дагестана, — однако, по просьбе властей же и для страховки, зарегистрировался в Дагестане как налогоплательщик, заплатил там 100 млн долл. налогов, еще 100 млн долл. вложил в фонд, а еще миллионов 20 грохнул на выборы, чтобы не скомпрометировать триумф «Единой России» привычным для дагестанских выборов смертоубийством.

Казалось, Керимову должна была быть обеспечена благодарность Кремля и Махачкалы, но тут, в силу поворота сюжета, отдающего Морисом Дрюоном и «проклятыми королями», президенту Дагестана нашептали, что Керимов хочет занять его место. Начались наветы и драка. Керимов не из тех людей, которые будут подставлять левую щеку, когда их ударили по правой: у него другая вера и другие привычки. Керимов принялся наносить ответные удары.

В рамках одного из них главой налоговой службы Дагестана был назначен некто Радченко, но недолго там продержался. Сначала в кабинет к новому главе зашел его зам (по случайному совпадению — сын президента Алиева), а потом — бандиты, которые и вывезли Радченко куда-то на помойку. Последнее обстоятельство вызвало немалое изумление, ибо сын президента Алиева не относится к людям, о которых в Дагестане известно, что они могут вывезти на помойку хоть кого-то (исключая, видимо, русского чиновника).

Недруги Керимова утверждают, что после этого Керимов действительно захотел стать президентом Дагестана, и я лично считаю, что это была бы отличная кандидатура. Но по каким-то причинам Керимова не включили в список, и теперь ему остается лишь «договариваться» с частью кандидатов — а это, извините, совсем другое дело. Дагестаном не должен править слабак. Дагестаном может и должен править человек, лояльный Москве, но им не должна править марионетка.

Президенту Дагестана придется иметь дело с тремя проблемами. Первая — это ваххабиты. За время правления Муху Алиева ваххабиты превратились из маргиналов в крупную силу; они обложили данью бюджет и бизнес. Де-факто сейчас любые бюджетные деньги, выделяемые республике, есть деньги на финансирование ваххабизма. Люди боятся не платить, потому что даже если донести и ваххабита убьют — придут его друзья и убьют доносчика. И это конец. Дальше — Сомали.

Вторая проблема — чиновники. За иными тянется по десятку трупов, слабого президента они не слушаются совершенно, и все, что они творят, служит живой иллюстрацией тезиса ваххабитов: «Это все потому, что нами правят неверные». Самым могущественным человеком в республике на самом деле является мэр Махачкалы Саид Амиров. На него покушались пятнадцать раз. Что президент Алиев не в силах ничего изменить, стало ясно после того, как он пешком отправился через площадь к мэру Махачкалы (тот после одного из покушений парализован ниже пояса).

Третья проблема — Рамзан Кадыров. Кадыров — это тот человек, который в любой момент может лично говорить с Путиным. Понятно, что ни у одного президента Дагестана такой возможности не будет, о силовом потенциале я уже не говорю. Понятно, что в таких условиях при слабом президенте Дагестана от Дагестана де-факто начнут отваливаться куски в пользу Чечни, то есть главы отдельных районов де-факто станут вассалами Кадырова, а не Махачкалы. (Это, собственно, уже происходит, хотя одного из таких глав — главу Хасавюртовского района Алимсултана Алхаматова — недавно убили по частным, не зависящим от политики причинам.)

Вот в этих-то условиях Москва и устроила бега, вынеся на обсуждение список из пяти человек: действующего президента Муху Алиева, сына бывшего главы республики Магомедсалама Магомедова, казначея Сайгидгусейна Магомедова, бывшего сенатора от Смоленска Магомеда Магомедова, и вице-премьера Магомеда Абдуллаева.

Еще недавно говорили, что фаворитом в Кремле считается доктор юридических наук Магомед Абдуллаев, который всю жизнь провел вне Дагестана и недели за три до начала тараканьих бегов был назначен вице-премьером по той уважительной причине, что он с Медведевым защищал диссертацию у одного и того же руководителя. По-моему, это даже не поведение метрополии по отношению к колонии. Это просто затмение.