— Александр Яковлевич, скоро выходит ваша новая книга. В чем ее отличие от предыдущих публикаций, посвященных «Экономической социодинамике»?

— Да, в конце ноября в издательстве «Экономика» должна выйти моя книга «Рождение теории. Разговоры с известными экономистами», посвященная концепции экономической социодинамики (КЭС). На эту тему директор Института экономики Руслан Гринберг и я опубликовали уже более тридцати статей и около десятка книг и брошюр. При этом все прежние издания были связаны с разработкой самой концепции. Новая же моя книга совершенно иного жанра.

Дело в том, что до и после первого издания «Экономической социодинамики» (2000) многие ее сюжеты мы обсуждали с российскими и зарубежными коллегами. Все эти беседы я тщательно записывал. Кроме того, КЭС обсуждалась на заседаниях ученого совета Института экономики, экономической секции отделения общественных наук, на различных семинарах и конференциях. В результате у меня сформировался большой архив, состоящий из стенограмм обсуждений и записей бесед с известными экономистами. И два года назад, разбирая свой архив, я пришел к выводу: пора писать специальную книгу, чтобы рассказать о КЭС через призму обсуждений с российскими и зарубежными экономистами.

— И кто вошел в список ваших «соавторов»?

— Я знаком со многими выдающимися специалистами в различных областях экономической науки, интеллигентными и доброжелательными людьми, всегда готовыми помочь квалифицированным советом и искренне радоваться успехам своих коллег. Но особо выделю двух своих коллег и, надеюсь, друзей, которые стали главными критиками и подсказчиками в работе над КЭС. На всех стадиях ее создания важнейшее значение имели беседы с Александром Дмитриевичем Некипеловым и Виктором Мееровичем Полтеровичем. Диалоги с этими крупными учеными составили значительную часть моей новой книги. Наверное, правильным будет назвать и двух зарубежных ученых — Вильяма Баумоля и Ричарда Масгрейва, общение с которыми оказало очень большое влияние на содержание КЭС.

— Ваша концепция, насколько мне известно, во многом направлена на поиск оптимальных форм государственной активности. Нет ли у КЭС «антикризисного» звучания?

— Мировой экономический кризис и обнаруженная неспособность мейнстримовских представлений о рыночной экономике дать адекватные объяснения происходящих событий — это серьезное основание для модернизации методологии экономического анализа, пересмотра его базовых предпосылок и радикальных изменений в экономической политике. И мне думается, что доминантой такой модернизации должно стать повышение роли государства в экономической жизни. Правда, надо считаться и с тем, что государственное регулирование часто само становится источником проблем в силу того, что мотивируется политическими соображениями, в основе которых лежит пресловутый «здравый смысл», а не «оптимальные» стратегии преодоления кризиса. И хотя власть не очень пока жалует отечественных экономистов, здесь все же важно иметь надежную теорию.

Такой теорией я считаю КЭС, которая среди немногих современных концепций обладает необходимым «модернизационным потенциалом». Во-первых, ее теоретическое ядро определяет новая парадигма, допускающая наличие общественных интересов, не сводимых к предпочтениям индивидуумов. Введение данной предпосылки позволит «научить» модели макроэкономики распознавать системные риски, которые на уровне отдельных индивидуумов оказываются незамеченными. Во-вторых, в условиях кризиса объективно усиливается государственная активность; позиционирование государства как субъекта рыночных отношений, характерное для данной концепции, облегчает координацию антикризисных действий власти и бизнеса посредством государственно-частного партнерства и индикативного планирования.

Опираясь на КЭС и учитывая сложившуюся российскую ситуацию, рискну сформулировать императивы антикризисной политики России. Речь идет об инновационной стратегии модернизации российской экономики, направленной на стимулирование внутреннего спроса и рост собственного производства. Способствовать этому должно государство, деятельность которого следует развивать в следующих приоритетных направлениях: мощная поддержка аграрного и топливно-энергетического комплекса; сохранение интеллектуального потенциала, необходимого для становления инновационной и конкурентоспособной экономики в посткризисное время. Решение этих приоритетных задач предполагает также и модернизацию институциональной среды и оздоровление базовых секторов экономики.

— Вы говорите, что в настоящее время рекомендации отечественной экономической науки не сильно востребованы политической элитой. Может быть, дело в том, что сама наука переживает не лучшие времена?

— Такая проблема тоже есть, и надо искать пути выхода из кризиса. Мне бы очень хотелось, чтобы наша достаточно разрозненная экономическая наука, живущая в «разных комнатах коммунальной квартиры», со всеми особенностями такого жития, нашла бы ресурсы для объединения в цивилизованное научное сообщество, способствующее естественному обмену идеями и воспроизводству научных кадров. Я хотел бы, чтобы экономическая наука восстановила свой статус и вновь обрела уважение в российском обществе, бездумно растраченное за годы системных преобразований. Я хотел бы, наконец, чтобы наше научное сообщество превратилось в эффективный и влиятельный институт гражданского общества, к мнению и оценкам которого стали бы прислушиваться властные структуры.

— И что для этого нужно сделать? Может, для начала всем жителям «коммуналки» стоит хотя бы собраться вместе?

— Если вы имеете в виду Первый российский экономический конгресс (РЭК), который пройдет в Москве с 7 по 12 декабря этого года, то вы, безусловно, правы. Его отличие от других научных конференций и симпозиумов в том, что они, как правило, посвящены какой-то одной теме. РЭК-2009 же не имеет общей проблематики — «все флаги в гости к нам». Мы предоставили возможность каждому исследователю предложить инициативный доклад или сессию на любую тему. И более 500 докладов были сформулированы самими участниками. Повторю, в России это первый нетематический экономический конгресс.

— То есть человек может принять участие в конгрессе, даже не имея научной степени?

— Да, это так, более 2000 исследователей, представляющих различные школы и направления академической и вузовской экономической науки, а также независимые исследовательские центры из всех регионов Российской Федерации станут участниками конгресса. В рамках РЭК-2009 будет организована работа более 30 круглых столов, 32 программных секций, 17 тематических конференций, объединяющих 360 научных сессий, на которых представят свои работы более 1300 докладчиков. Подчеркну особо, что впервые в российской практике вместе с «взрослыми» исследователями в работе конгресса примут участие около 400 студентов и аспирантов со всей страны, которые выступят в рамках Молодежной конференции РЭК-2009. Впечатляет и география конгресса — Дальний Восток, Сибирь, Урал, Центральная Россия, Северо-Запад и т.д.; можно сказать, от Владивостока до Калининграда.

И все же основная черта РЭК-2009 даже не его глобальность, а отсутствие заранее заданной проблематики. Проблематика создается самими участниками конгресса, который должен объединять всех. То есть это некая инвентаризация всего того, что накоплено в нашей науке за последнее время. Инвентаризация, смотр и трибуна для того, чтобы все, начиная от маленького провинциального городка и кончая крупными исследовательскими центрами, смогли представить на общий смотр свои идеи.